это запросто собирается в единый пакет. Тут и десять лет на лесоповале могут удачей показаться. Сообразив это (а заодно посидев пару деньков в одиночных камерах с минимумом удобств и круглосуточно горящим светом), фигуранты поняли, что игры закончились, и начали сдавать всех и вся, иной раз сообщая факты, к делу вовсе не относящиеся. Весьма интересные факты, к слову, аккуратно записываемые, подшиваемые в папочку и потом внимательно изучаемые. Ненужной информации у контрразведки нет.
Жаль только, на самом деле знали они немного. Да и чего еще ждать от исполнителей невеликого ранга? Конечно, ниточка потянулась, и особисты ее аккуратненько, осторожно, чтобы не спугнуть по-настоящему крупную рыбу, разматывали. Но процесс шел крайне медленно, и конца-краю ему видно не было. А заодно и дополнительным проблемам, свалившимся на шею генералу Кузнецову, который и сам уже был не рад, что проявил инициативу.
Совсем рядом. Это же время
– Как вы это едите? – сморщился Пашка, глядя на глубокие миски салатов, заполняющие витрину. Салаты, все как один, были овощные – главный (и единственный) врач Базы считал, что игрокам нужны витамины. Сурок, с малолетства эксплуатируемый на даче, каждый раз смотрел на это изобилие, как ортодоксальный еврей на свинину, но молчал. Только обходил их по широкой дуге. И вот прорвало.
Леночка усмехнулась:
– Запомни простую истину, друг мой малолетний. Овощи вдвойне вкусней, если это жирный стейк, – и бухнула себе на тарелку хорошо прожаренный кусок мяса.
– Логично, – Сурок дополнил свой выбор аналогичным блюдом и, подхватив хорошенько загруженный поднос, двинулся к облюбованному столику, ловко, даже с некоторой долей изящества лавируя между такими же, как они, любителями набить пузо. Леночка последовала за ним.
Смешно. Говорят, женщин в определенный период должно тошнить. За собой Леночка такого никогда не замечала. А вот есть в последнее время хотелось все больше, чем она и занималась. На фигуре это пока никак не отражалось, равно как и ее текущий статус. Данным обстоятельством Леночка с удовольствием пользовалась, доводя до исступления молодящихся дам из бухгалтерии, по статусу своему ничего не знавших и свято уверенных, что работают на не в меру присосавшихся к кормушке и чрезмерно, совсем не по чину много зарабатывающих спортсменов.
Впрочем, этих многое доводило до невменяемого состояния. Хотя бы тот факт, что, вразрез сложившимся еще с советских времен традициям, зарплаты бухгалтерии оказались ниже, чем у тех же игроков. И уйти не получится. Во-первых, потому что «ниже» не значит «маленькие». По местному городскому уровню, так вполне выше средних. А во-вторых, в контракте были предусмотрены такие неустойки, что проще самому повеситься. В общем, окружающих, для которых дела финансовые не были секретом, это устраивало, бухгалтерши мрачно шипели, и напряженность в коллективе таким образом поддерживалась на стабильном уровне. Как полагала Леночка, сделано это было намеренно, для того чтобы «точка фокуса» была видимой и постоянной. Видать, психологи что-то мудрили. Глубже залезать и разбираться ей было откровенно лень, да и остальным тоже.
– Привет, мóлодежь!
Сурок и Леночка переглянулись и дружно усмехнулись. От кого другого они такой тон вряд ли стерпели бы, но Шарикова знали давно. Не то чтобы они рады были его видеть, но все же, все же…
– Падай, – Сурок кивнул на свободный стул и, не удержавшись, добавил: – Старпер.
– Гы! – Шариков не обиделся. Пристроил нагруженный халявной (столовая была бесплатная) едой поднос и сам уселся. – Как жизнь молодая?
– Жизнь – только держись! Сам как?
– Да тоже более-менее. Вон, софт новый испытали – и отказались. Глючный, как сволочь! Лен, что там о твоем слышно?
– Ничего, – уже вернувшееся было к нормальной планке настроение Леночки моментально испарилось. – Как в командировку улетел – так ни слуху, ни духу.
– Смотри, как бы он там не загулял…
– Да иди ты!
– А что такого? Сама знаешь: если гора не идет к Магомету, то Магомет идет в гарем.
– В лоб хочешь? – Сурок посмотрел на старого знакомца исподлобья, и взгляд его был нехороший. Те, кто знал этого веселого и разбитного парня, сразу же поняли бы: следующим номером программы будет удар в челюсть. И тот, чей длинный язык только что подвел разговор к границе драки, это тоже прекрасно понял.
– Все, все, успокойся! – Шариков примирительно поднял руки. – Неудачная шутка, согласен. Лучше гляньте, что я надыбал.
Что же, спустить все на тормозах – не худшее решение проблемы. Да и в самом деле, что он там принес? Выждав паузу в несколько секунд для приличия, ребята заинтересованно посмотрели на его планшет. Действительно, картинка впечатляла. Сурок хмыкнул:
– Оригинально… Больше всего похоже на моющий пылесос, зачем-то построенный на базе танка.
– Почему?
– Не знаю. Наверное, потому, что у нас все на базе танков любят делать.
– Почти угадал. Машина для разминирования, еще в Афгане применяли. Насколько удачно, спорят до сих пор.
– Гм… А зачем ты нам это показываешь?
– Да просто так, – Шариков рассмеялся. – Захотелось на ваши ошарашенные лица посмотреть. И у меня получилось!
Сказав это, он так вкусно начал грызть бараньи ребрышки под острым соусом, что у ребят невольно слюнки потекли, и они присоединились к трапезе. Леночка, правда, съязвила, что из-за той мешанины, которую навалил себе на тарелку Шариков, можно и на горшок присесть, на что тот лишь отмахнулся. Задница может производить все три состояния вещества, и не стоит лишать ее этого великого права. Звучало логично… В общем, обед удался.
Закончив есть, Шариков откинулся на спинку стула, посмотрел на товарищей немного осоловелыми глазами и поинтересовался:
– Ну что, каковы дальнейшие планы?
– Завоевать весь мир, – ляпнула девушка.
Шариков хохотнул понимающе:
– Достойная мысль. Только вот наши предки регулярно делали нечто подобное – и что?
– Да ничего. Вели они себя неправильно.
– Ну-ка, поясни.
– Да что тут пояснять? Мы вели себя, как дураки. Были гуманны, прощали обиды. А дураков не уважают.
– Есть альтернативные идеи?
– А то ж! Нас, русских, на Западе всегда считали варварами. Может, стоит однажды начать вести себя, как варвары? Ну там города жечь, народ грабить, женщин, опять же, того… Все равно хорошими для них мы не станем. Зато, может, бояться начнут и лишний раз задирать не будут?
– Не зря говорят, что страшнее женщин зверя нет. Хотя, признаться, есть в твоих словах рациональное зерно.
– И огромное. Хотя, я считаю, заниматься этим должны мужчины.
– Это еще почему?
– Самой природой вы предназначены для подвигов.
Шариков искренне рассмеялся:
– Угу. Я тебе что, как муравей, должен бревна в десять раз тяжелее себя перетаскивать?
– Муравей – слабак. Вон, бери пример с гонококков. Говорят, колония этих
