– Ожесточился Олег, – задумчиво ответил воевода. – А победа вскружила голову... Но, может быть, и ему надоели междоусобные войны, и он хочет мира? В крайнем случае, ничего не потеряешь, если предложишь замирение. Все-таки вы родственники, а это много значит.
– Именно родственники и ругаются, постоянно что-то деля, – неопределенно махнув рукой, произнес Мстислав, но в тот же день сел за письмо Олегу. В нем он писал: «Иди из Суздаля и Ростова к Мурому, а в чужой волости не сиди. И я пошлю с дружиной своей просить к отцу своему и помирю тебя с моим отцом. Хотя и убил ты брата моего, но это не удивительно, в бою ведь цари и мужи погибают».
Весть о смерти сына Мономах получил от Мстислава. За окном выл сентябрьский ветер, по цветным стеклам текли потоки дождевой воды, раздавался заунывный звон колокола церкви святого Михаила, а думы князя были горестными и тяжелыми. Он вспомнил своего второго сына, который рос шустрым мальчишкой, любителем разных проказ. Так, когда собирались они всей семьей за обеденным столом – семь сыновей и две дочери, – вспыхивали порой между детьми короткие стычки за обладание горбушкой от каравая, которая считалась у них почему-то лакомством, они старались вырвать ее друг у друга. И тут Изяслав превзошел всех. Когда к нему попадала горбушка, он тотчас облизывал ее, клал напротив себя и победоносно улыбался: ну, кто теперь отнимет, кому нужна она, облизанная?.. И вот теперь лежит он мертвым где-то в далекой земле, зарытый чужими руками, а он, отец, даже не бросил в его могилу комок земли... Страшна не сама гибель сына, он знал, что придется нести потери, такова жизнь мужчин. Страшно время на Руси, когда сын погибает не от руки врага, а пораженный своим дядей...
Первым побуждением Мономаха было собрать войско и идти на Олега, чтобы отомстить за смерть сына. Но потом он еще раз более внимательно прочитал письмо Мстислава, особенно то место, где он писал, что Олег приходится ему не только дядей, но и крестным отцом, и у него нет сил поднять на него руку. Далее сын просил его уладить дело с Олегом миром, и пусть Изяслав будет последней жертвой в этой кровавой борьбе за владения.
Впервые Мономах подумал о своем сыне Мстиславе как о взрослом, сформировавшемся человеке, который нашел в себе силы встать над личным горем и обидой и призывал к примирению. Хорошая замена ему растет. Состарится, есть кому отдать княжескую власть, надежные руки ее подхватят.
И тогда Мономах оставил мысль о мести и сел писать грамоту Олегу: «Олег, брат мой... Все мы тленны, и потому помышляю, как бы не предстать перед страшным судьею, не покаявшись и не примирившись между собою... Это я тебе написал, потому что понудил меня сын мой, крещенный тобою, что сидит близко от тебя. Прислал он ко мне мужа своего и грамоту со словами: «Договоримся и помиримся, а братцу моему Божий суд пришел. А мы не будем за него мстителями, но положим то на Бога, когда предстанут они перед Богом; а Русскую землю не погубим...»
Послушал я сына своего, написал тебе грамоту: примешь ли ты ее по-доброму или с поруганием, то и другое увижу из твоего письма... И если начнешь каяться Богу и ко мне придешь добр сердцем, послав посла своего или епископа, то напиши грамоту с правдою, тогда и волость получишь добром, и наше сердце обратишь к себе, и лучше будем, чем прежде: не враг я тебе, не мститель... Если же кто из нас не хочет добра и мира христианам, пусть тому от Бога мира не видать душе своей на том свете!»
Получив грамоты от Мономаха и Мстислава, Олег презрительно сузил светло-синие глаза и скривил жесткие губы: вот так-то их, Мономаховичей! Славно прижал, загнав одного в Переяславль, а второго в Новгород! Без малого вся Русь в его, Олеговых, руках, вот они и заныли, завопили, прося и умоляя о мире. Нет, не пойдет он ни на какие соглашения, пока не поставит на колени ненавистный род!
Во все владения Святославичей были посланы гонцы, и вот уже к далекому лесному Мурому идут дружины из Рязани, Чернигова, Смоленска, Тмутаракани, Суздаля, Ростова, чтобы сокрушить новгородское воинство, после чего обрушиться на последнее пристанище Мономаха – Переяславское княжество!
XVI
Гонец от Олега застал Мстислава во дворце, когда он беседовал с иноземными купцами. Мстислав извинился перед гостями и вышел в соседнюю горницу.
– Что привез от Олега? – спросил нетерпеливо.
– Не стал долго размышлять Олег над твоим посланием, князь, – торопливо ответил гонец, молодой, краснощекий парень. – Пробежал глазами и сразу мне насмешливо так сказал: дескать, припекло Мономаховичей, с миром прибежали. Но теперь подо мной почти вся Русь, а скоро и вся будет моей. Так, мол, и передай своему князю: иду на него войной. А со мной идет войско из Рязани, Чернигова, Смоленска, Тмутаракани, Суздаля и Ростова. Все эти города перечислил, я всю дорогу повторял, чтобы не забыть и тебе передать.
– Молодец. Правильно поступил. А где сбор войска у них?
– В Муроме. Там и Олег, и его воеводы и бояре.
Мстислав прошелся по горнице, спросил тихо:
– Прах брата моего Изяслава... где похоронили?
– Кажется, в храме каком-то. А в каком, спросить некогда было, Олег меня вскорости отправил назад.
Мстислав ненадолго вернулся к купцам, завершил встречу и стал расхаживать по просторной гриднице. Сила тяжкая идет на Новгород. Не солгал Олег, не преувеличил, все эти города и княжества в руках Святославичей, и они поддерживают Олега, старшего и самого опытного в роду. Много войска движется на Новгород, и никак уже не остановить его – ни грамотами, ни словами, ни переговорами. Ожесточился Олег, напролом попер, только кровь рассудит их и разрешит долгий спор.
Что делать? Как поступить? Что бы сделал на его месте отец, Владимир Мономах? И тут вспомнил, как однажды ехали они по необозримой степи, до половцев было еще далеко, и отец вдруг заговорил убежденно, наставительно, как видно, подводя итоги своим размышлениям и стараясь передать их сыну:
– Никогда не воюй по однажды принятому образцу. Нет сражений одинаковых. Ни одна битва не похожа на другую. Разная местность. Иной состав войска – и своих и противника. Непохожий настрой войска – то ли битва на своей земле, то ли вторглись на чужую территорию. То ли воины отдохнули, то ли ты их бросил в бой с долгого пути... Еще десятки сложившихся условий должны учитываться, приниматься к сведению. Только тогда можно правильно расставить силы, заранее наметить действия войск. Только в этом случае можно рассчитывать на успех.
Они проехали некоторое время молча. Затем Мономах добавил:
– И старайся упредить противника, напасть неожиданно. Причем в том месте, где он тебя не ожидает. Внезапность – это половина успеха. Недаром говорят, что смелость города берет.
Рядом с отцом, умудренным жизнью и военным опытом полководцем, все было просто и понятно. Но вот теперь он остался один, и придется решать сложнейшую задачу по отпору многочисленному противнику. Как поступить? Как правильно расставить войска, куда их направить в первую очередь?
Мстислав сел за стол, стал старательно перебирать в уме все те сведения об Олеговом войске, которые имел на сегодня. Войско идет многочисленное, раза в два превосходящее силы новгородцев. На помощь отца рассчитывать не приходится: пока гонец доскачет до Переяславля, на ту сторону Руси, пока отец поднимет свою дружину и придет в Новгород, пройдет много времени, не менее полутора месяцев. А Олег – он тут, под боком, жди со дня на день появления его войск под стенами Новгорода...
Но почему он должен ждать? Почему должен позволить собраться вражеским силам? Наоборот, надо помешать их объединению. Бить по частям. Нападать в тот момент, когда они в пути к Мурому, внезапно, когда не ждут его, думая, что он заперся в Новгороде и боится высунуть нос из городских стен!
Из Рязани до Мурома отряды дойдут за несколько дней, Мстислав не сможет их перехватить. А вот из Смоленска и Чернигова им понадобится две-три недели, не считая сборов, а из Тмутаракани – и подавно больше месяца. Может, по Смоленску ударить? Но он там был недавно, знает мощь смоленских крепостных стен... Нет, не в этом направлении следует двигаться. Надо оседлать Суздаль и Ростов, тут слабое место у Олега. Обе эти волости издавна принадлежали его роду, народ всегда оказывал сопротивление Святославичам. Если он, Мстислав, подойдет под стены этих городов, то сможет рассчитывать на помощь своих подданных. А потом... А потом будет видно. Итак, на Ростов и Суздаль!
