Читаем без скачивания Тот самый перевал - Павел Сергеевич Почикаев

глаза попалась ваша книга, я знаю, что вам пришлось вытерпеть на этом перевале, однако совершенно не поверил написанному. Ни слову, относящемуся к той метели.

Голова и плечи Маркуса поникли, в конечном итоге он сам стал причиной своих проблем. Он искоса посмотрел в ту сторону, где располагался навес охотников. Под этим самым камнем, где сейчас стояли арбалеты, он готовился встретить свою смерть, видимо, в прошлый раз ему удалось её обмануть, а три года жизни были вовсе не даром, а долгом.

– Очень мало вероятно, чтобы раненый человек в больном состоянии и мокрой одежде сумел вынести ночную метель на перевале. Это напоминало чудо, особенно с учётом того, что в итоге вы лишились всего двух пальцев и не получили серьёзных отморожений. – Алмаз поставил термос на ящик возле пистолета, а сам подошёл вплотную в Маркусу, отчего тот максимально отклонился назад. Охотник схватился за правую перчатку и сдёрнул её с руки путешественника, явив трёхпалую ладонь. – Выпишите, что пальцы вам отдавило камнем, но и тут я смею не верить этому отверждению. Я бывал в больнице, куда вас доставили вертолётом, я говорил с хирургом, осматривающим вашу кисть. Он сказал, что никогда не сталкивался с такими ранами и что она выглядела слишком чистой. У вас отняло пальцы ровно по суставу, слишком точно для камня, не находите?

Охотник впился пальцами в его руку, и Маркусу пришлось прикусить язык. Раньше он считал, что у скалолазов крепкая хватка, что ж до этого жизнь не сталкивала его с охотниками. Алмаз грубо стискивал его ладонь, умышленно причиняя боль, он осматривал старые зажившие шрамы. Закончив с этим, он разжал пальцы и отшвырнул в сторону сшитую по специальному заказу перчатку.

– Ваши приключения указали мне более конкретное место – Восточный перевал Арселя, – Алмаз повёл руками кругом. – А в скором времени всплыл ещё один интересный эпизод, касающийся нашего общего знакомца хозяина приюта и деревенского изгоя Джахира. Оказывается, с ним тоже произошёл несчастный случай на Восточном Арселе. Ему повезло в большей степени, чем Пембе Рита, но всё же пришлось отказаться от восхождений и обосноваться за пределами родной деревни. Довольно странное проявление заботы со стороны людей, с которыми он вырос. Они выселили его, но что могло послужить к тому причиной?

Эта ищейка в человечьем обличье довольно далеко забралась в своих суждениях, Маркусу было непросто это признавать, но доводы охотника были правдивы. Какими бы путями он не доставал по кусочкам информацию, она складывалась в правильный узор. А самое гнусное заключалось в том, что Маркус своими руками протянул ему несколько ключевых фрагментов.

– Несколько недель назад я общался с Пемба Рита. – Лемурия раскрывал сюжет своего детективного бестселлера, а Маркусу оставалось только его слушать. – Он долго не хотел идти на контакт, но мои подозрения вызвали у него понимание. Я рассказал ему о вас, о Джахире… выложил практически все результаты моего расследования, а в конце он рассказал мне о своём несчастье. О проклятии, которым он оказался помечен. О загубленных годах его жизни. И о том, что он желает смерти Гуари, именно от него я услышал это древнее имя. Можно сказать, с того момента у меня были развязаны руки, и я начал полноценную подготовку к охоте. Предпоследним кирпичиком моей уверенности стало появление вот этого мальца. – Он обернулся и указал в сторону молодого шаркхомбо, который сидел под навесом и в запуганным видом озирался по сторонам. Было видно, что парню не по себе. – Тенцинг, не мог бы ты подойти к нам?

Послушный зову своего хозяина проводник покинул нагретое местечко и приблизился к беседующим мужчинам. На Маркуса он смотрел виновато, на Алмаза – подобострастно, как на покровителя.

– Страх перед Восточным перевалом удерживает шаркхомбо в долине, заставляя их пользоваться другими перевалами. Джахир отказался быть моим проводником и не ответил на интересующие меня вопросы. В Ло-Мантанге было очень трудно найти человека, готового провести нас сюда, но этот смельчак не робкого десятка, к тому же я увеличил его вознаграждение вдвое после того, как он кое-что мне поведал. Повтори, что сказал мне в деревне. – Приказал Алмаз, и его голос заставил проводника съёжиться.

– Это мой отец встретил тогда Джахира Бохора. – Начал Тенцинг на ужасно ломаном языке. – Когда Джахир повредил ногу и спускался с перевала в долину. Мой отец помог ему добраться до Ло-Мантанга, донёс на свои плечах, а потом сказал нам по секрету, что от Джахира пахло мокрой шерстью. Он пах, как вымокшая собака. Но разве Джахир собака, чтобы так пахнуть?

– Да, я удвоил ему вознаграждение после этой истории! – Алмаз махнул рукой, давая понять проводнику, что более не нуждается в его присутствии. – Вполне возможно, что теперь он самый богатый житель Ло-Мантанга. Что скажешь на это, Маркус, твоя куртка тоже пахла мокрой псиной, когда ты вернулся в долину? Уж в чём, в чём, а в этом запахе я умею разбираться.

Да, этот запах был знаком и Маркусу, но он ни за что не стал бы в этом признаваться охотнику.

– Ты сказал шаркхомбо стал предпоследним кирпичиком твоей уверенности. А что же стало последним? – Хоть Маркусом и двигал интерес, однако он по-прежнему старался выиграть время. Возможно, некие неведомые часы уже начали отсчёт последних минут его жизни.

Алмаз уставился на него с выражением истинного удивления:

– Ты им стал. Твоё появление здесь с заряженным пистолетом – самый верный признак того, что на перевале водится зверь, и ты пришёл его защищать, ведь это он помог тебе в тот раз переждать метель. – Охотник качнул головой в сторону лежащего пистолета Джахира. – Боюсь только, что выстрелом из него ты бы мог спровоцировать лавину, или в этом и заключался твой план по спасению Гуари?

Лемурия двинулся по направлению к навесу, он поднял один из приготовленных арбалетов и посмотрел на скалы сквозь оптический прицел. Казалось, он совсем утратил интерес к пленнику.

– А если нет? – Спросил Маркус, всем телом поворачиваясь вслед за Алмазом. – Если я тоже пришёл на него охотиться?

– Вы отвратительный лгун, господин Фломель, к тому же не способный на убийство. Уж не знаю, какие мотивы вами движут, но на этом перевале мы точно преследуем разные цели.

Следующий вопрос дался Маркусу сложнее всего предыдущего разговора, но раз уже жестокость была обыденностью в этой компании, то он просто не мог промолчать. Некоторые вопросы должны быть озвучены при любых обстоятельствах.

– Тогда почему я ещё жив?

На этот раз Алмаз присел рядом с ним, едва не ткнув в