Читаем без скачивания Самурай поневоле - Аноним Hottab4

Подойдя ближе, Харуна накрывает мои губы пальцами:

-- Хватит говорить о делах...

Ее глаза горят небывалой страстью. Перед тем, как нас захлебнул поток наслаждения, она шепчет мне на ухо:

-- Ты мой, Канске. На веке веков, не забывай об этом...

Битва при Сиодзиритогэ

Зная, что из провинции Кодзуке на помощь к Мураками Ёсикие прибыло подкрепление, Харуна насторожилась. Пять тысяч воинов вполне усилили положение Мураками, но сильное беспокойство вызывало то, что Кагэтора прислала много злата Ёсикие. А, как известно, золото может решит вопрос даже там, где меч бесполезен.

Решив напасть на врага, когда он меньше этого ждет, Харуна разделив войска, выдвинулась с основными силами на лагерь Мураками. Путь был не близким, и, чтобы враг растерялся окончательно, Харуна велела своему стратегу ударить на лагерь с восточной стороны, когда основные силы нападут с юга.

Согласовав свой план, две части выдвинулись по своим маршрутам. Но, какого было удивление воинов Такеды, когда они через полчаса марша встретили Мураками перед собой.

Враг думал очень схоже с Харуной. Ёсикие, решив ударить первым, тоже никак не ожидал встретиться со своими кровными врагами в долине Сиодзиритогэ. Оба войска порядком утомились с дороги, но предчувствие скорой битвы предало им немало сил. Видя, как Мураками развертывает войска для битвы, Харуна тихо проклинала своих нерадивых шиноби.

Но винить последних было не в чем, на войне ситуация резко менялась. Да и враги не церемонились с людьми, которых подозревали в сговоре с Такедой...

Харуне ничего не оставалась, как принять бой. Да, численное превосходство было на стороне Мурками. Но, реши Такеда отступить, как враг последует за ними и ударит в самое не подходящее время...

-- Сестра, многие наши воины не переживут эту битву...

Нобусине не было нужды говорить очевидное. Харуна и сама всё прекрасно осознавала. Что и говорить, девушка не была уверена, что и сама выживет в предстоящей битве.

Как только командные самураи занимают свои места, с обеих сторон начинают доноситься гомон барабанов.

Место, которое называют Сиодзиритогэ было ничем иным, как низиной. Дорога вывела на низину, которая была зажата холмами по бокам. В идеале было бы разумно закрепиться на холме, но ни одна из противодействующих сторон не даст такое преимущество сопернику. Впадина была обширной, и обе армии, разместившись на ней, стояли друг против друга.

Гомон барабанов будоражил кровь воинам, затмевая все прочие звуки. Шум, отражаясь горными цепями, уходил дальше. Но самураи трактовали это как знак того, что сами небожители решили принять участие в этой борьбе...

Воины Такеды не забыли прежней обиды, нанесенной Мураками. А последние, в свою очередь, отвечали еще большой ненавистью, которая лишь увеличилась после потери родины.

Глядя, как схлестнулись в битве ряды асигару, Харуна заключила, что битва будет на уничтожение врага. Или же до истребления войск Такеды...

Сражение сразу же началось яростно. Воины с обеих сторон не замечали ни усталости, ни полученных ран. Место погибшего сразу же занимал подоспевший воин и обрушивался на противника.

Отправленный конный отряд Мураками для флангового охвата был перехвачен кавалерией Такеды. И всадники увязли в битве, не уступающей той, где сражались пехота обеих войск.

-- Командующий, просим подкрепление!

Оба войска были равны на поле боя, лишь в одном Мураками выигрывал: в численности. В отличие от него, у девушки каждый воин на счету. Резервные силы истрачены, если не считать сотню самураев, лично преданных ей...

Мурками всё же стремился сломить центр войска Такеды. Яростные бои велись именно там. Но, заметив, что центр долго не продержится под натиском свежих сил врага, Харуна ведет своих воинов именно туда.

Знамя Харуны возвещает, что командующий с ними. Это не могло не отразиться на боевом духе воинов. Мураками, в отличие от Харуны, не спешит участвовать в битве. Посылая имеющиеся силы, Ёсикие решил поставить точку в споре с врагом...

Нобусина, замазанная с ног до головы кровью врага, глазами вопрошает сестру отступить. Ведь войско можно заново набрать, но смерть Харуны будет окончательным поражение для клана...

Харуна, понимая, что сестренка готова положить жизнь здесь и сейчас ради нее, отрицательно качает головой.

Как она может спастись, когда всё войско бьется против врага, как один?

Фланги и центры у обоих смешались, но войска Мураками начали брать в кольцо воинов Такеды. Пока кольцо не сформировано полностью, лишь напоминает с собой не полный круг.

Воины Такеды падают, но не отступают. Казалось, исход битвы определен, и было лишь вопросом времени, когда все будет кончено. Сердце девушки невольно сжимается, стоит лишь ей подумать о скорой кончине. И в этом отчаянном положении она вспоминает Канске. Смог бы он спасти её и на этот раз? Смог бы он изменить поражение на победу...

Мысль, что в это время Канске находиться далеко, рубит надежду в корню.

И в пылу битвы Харуна улавливает удивленной голос Хары:

-- Госпожа, смотрите. Там всадник!

Проследив, куда указывает Хара Масатане, Харуна видит одинокого всадника, стоящего на холме. Так как по бокам низины вырастали холмы, появление всадника не осталась не замеченными участниками битвы.

-- Неужели всё кончено?! К врагам подоспела помощь, -- сетует на судьбу Харуна.

Словно услышав слова девушки, рядом с одиноким всадником появляются и остальные. Из-за того, как они построились в ряд, было очевидно, что вскоре они вмешаются в сражение. И это вмешательство, грозило, рассудит битву...

На миг яростный темп битвы спал. Пока люди озирались на всадников, кто-то из воинов Такеды радостно крикнул:

-- Смотрите, да это ведь наши! Канске подоспел на подмогу!

Видя знамя Канске, Харуна не может в это поверить. Но ее удивление быстро меняется радостью, всадники, словно лавина, обрушались на тиски врага.

Появление Канске в этот момент для Мурками было подобно удара кувалды по голове...

Воины Такеды и враги не могли поверить в это. И каждый второй спрашивал себя, не демоническими ли силами воспользовался стратег Харуны?

Им было невдомек, что звуки барабанов, подхваченные горами, донеслись туда, где обходили горное препятствие воины Канске.

Услышав едва заметный звук барабанов, Канске сразу же понял, что где-то начался бой. Ему не составило труда сопоставить факты и придти к мысли, что вероятность того, что Харуна ввязалась битву, была огромной. Да и звуки доносились оттуда, где должна была пройти его госпожа.

Тогда Санада Нобуцуна и принцесса Ю увидели в этом проделки богов. Стратег не допускал подобной глупости, он-то знал, что звуки эти достигли до них, благодаря простейшим законам физики, дифракции звуков...

Так или иначе, но благодаря появлению всадников, клан Такеда вышил победителем из этой битвы.

Вести об этой битве быстро распространились по всему Синано. Сомневающиеся в силе клана Такеды решили не предавать Харуну...

Выжившие воины с обеих сторон красочно описывали битву при Сиодзиритогэ мирным жителям. И вскоре было не понятно, где в этих рассказах правда, а где ложь. Так как люди свято верили, что сами боги приняли в нем участие...

Слухи о Канске Харуюки дополнились новыми придуманными сведениями. Народ быстро поверил своим же россказням.

Осада города Одавара

После поражения клана Ходзе провинция Кодзуке быстро вернулась к своим истинным хозяевам. Даже Усами не ожидал, что всё пройдет так просто. Удзиясу не решилась оставаться в городе Минова. Для нее все города Кодзуке представляли угрозу с появлением Кагэторы на ее земле...

Уэсуги Кагэтора неустанно преследовала Удзиясу, желая покончить с войной, добыв голову лорда клана Ходзе.

По мнению Усами Садамицу, ситуация для Кагэторы была положительной. Но не для врага.

Города, оставленные без присмотра, тут же открывали двери перед Уэсуги Кагэторой. В деньгах и провизиях не было отбоя, не говоря уже о людях, которые стремились пополнить войска Уэсуги.

Так что Усами с легкостью послал подмогу к Мураками.

Кагэтора не желала увеличивать свое войска до неприличных размеров, в чем между прочем, Усами ее поддерживал. Какой прок от бывших крестьян, когда дело запахнет жаренным?

К тому же, это очень замедлит передвижение войск.

После поражения, Удзиясу уклоняясь от битвы, начала придерживаться стратегию позаимственную у Такеды. Воины Уэсуги легко прошли сквозь земли Мусаси, не видя сопротивление перед собой.

Провинция Мусаси уже считалась землями клана Ходзе. В отличие от жителей Кодзуке, жители Мусаси не встретили Кагэтору приветливо. Города в них решили не отпирать двери перед воинами Уэсуги, сохраняя преданность клану Ходзе.

Перед Кагэторой не стояла задача захватывать провинцию Мусаси. Да и по правде говоря, Усами не верил, что это возможно за одну военную кампанию.