Читаем без скачивания «Нормандия». Гибель флагмана эпохи - Алексей Широков

19 августа «Куин Мэри» успешно потеснила свою французскую конкурентку, когда на ее борту находилось 1720 пассажиров, среди которых был Джесси Оуэне, возвращавшийся домой с золотыми олимпийскими медалями из Берлина. «Мэри» прошла дистанцию от Бишоп-Рок до Амброз всего за 4 суток и 27 минут со средней скоростью в 30,14 уз. («Нормандия» проделала этот рейс со средней скоростью 29,93 уз.)

Но КЖТ не собиралась без борьбы расставаться с «Голубой лентой». Французская пароходная компания отметила, что «Куин Мэри» действительно поставила рекорд в западном направлении, но «Нормандия» продолжает удерживать рекорд в восточном, демонстрируя самую высокую среднюю скорость, с которой лайнер когда-либо пересекал Атлантику, — 30,31 уз.

Капитан «Мэри» не спешил трубить победу. Он хотел побить и рекорд «Нормандии» в восточном направлении. 31 августа «Куин Мэри» прошла Бишоп-Рок в 8:12 вечера, стартовав у маяка Амброз 3 суток, 23 часа 57 минут назад. Впервые в истории пассажирское судно пересекло Атлантику менее чем за четыре дня! Средняя скорость «Мэри» за это путешествие составила 30,63 уз. Лучшее время «Нормандии» в этом направлении было на 3 часа 31 минуту больше, а се скорость — на 0,32 уз. медленнее. В этот раз не было никакого смысла отрицать триумф британского судна. Но коммодор Бриттен был настроен по-доброму: «Французы будут пытаться обогнать нас, а мы их — и всё это в лучших традициях спортивного духа».

Члены комитета «Кубка Хейлза» известили теперь Перси Бейтса о том, что «Френч Лайн» должна передать символ рекорда трансатлантической скорости в течение трех месяцев. Ответ возмутил их:

«"Кьюнард " не желает получать "Кубок Хейлза" и вынужден отказаться от него. Я сожалею о том, что кубок "Голубой ленты" вообще нашел материальное воплощение, мы не состязаемся и не будем состязаться в скорости».

Зачем же, спрашивали журналисты, «Куин Мэри» выполнила два рекордных рейса из конца в конец? «Мы позволили сделать это в одном рейсе, — отвечал сэр Перси. — Но единственная наша цель состояла в получении важных данных, которые будут использованы при строительстве однотипного судна».

Это был нонсенс. За те 22 года, в течение которых «Мавритания» держала свой рекорд, факт этого постоянно муссировался во всех пассажирских списках и меню «Кьюнард». Почему сейчас «Кьюнард» вдруг стал таким скромным?

Отвергая «Голубую ленту», Бейтс игнорировал также историю соревнования по скорости на Атлантике, соревнования, благодаря которому устойчиво снижалось время пересечения океана: от 12 суток 10 часов в 1840 г. (первый рейс «Британии», первого парохода «Кьюнард») до 3 суток, 23 часов 57 минут («Куин Мэри»).

Осенью 1936 г. «Куин Мэри» испытала первый настоящий шторм. Она переваливалась с боку на бок, подобно 5000-тонному трампу. Проектировщики, очевидно, не предусмотрели такую возможность и не установили перила вдоль коридоров. В результате пассажиры, извергая проклятия, летали по судну, как кегли в боулинге.

Лайнер прибыл в Саутгемптон с опозданием на три с половиной часа, с покалеченными восемью пассажирами и четырьмя членами экипажа; одного пассажира пришлось положить в больницу. Эти неприятности вызвали переполох в британской прессе и, к сильному раздражению сэра Перси, подняли вопрос об отличительных особенностях формы корпуса Юркевича.

Но этим не ограничилось. Вскоре вопросы о перенесенных пассажирами «неудобствах» в «последнюю бурную погоду» были подняты в палате общин. В конце концов Бейтс известил секретаря парламента о том, что для «предотвращения повторных трудностей» будут приняты меры.

В следующий рейс «Куин Мэри» группа плотников установила перила вдоль всех судовых коридоров и закрепила мебель. Бейтс приказал коммодору Бриттену снижать скорость судна при входе в шторм, дабы уменьшить дискомфорт пассажиров. В результате после одною из сильных штормов «Куин Мэри» опоздала на 13 часов.

14 октября 1936 г. «Нормандия» вновь отплывала из Нью-Йорка. Интересно, что с вводом в эксплуатацию французского лайнера путь в США и обратно для большинства из путешествующих советских граждан стал пролегать через Францию и борт «Нормандии». Так и в этом рейсе американские берега покидал советский инженер-энергетик Вениамин Юсим. Вместе с ним в Европу направлялась его жена Дина и восьмилетняя дочь Света. Несмотря на юный возраст, Света собиралась пересечь Атлантику уже в четвертый раз. До этого она путешествовала на борту «Бремена»[37], «Европы» и «Олимпика». Теперь сё встречала гостеприимная «Нормандия»:

«Мой отец работал в "Амторге", где занимался вопросами изучения американского опыта в энергостроительстве и оборудовании электростанций, а также закупкой различного оборудования для оснащения электростанций в СССР.

Пришло время отъезда домой, в Москву. Домой, в неизвестность, где люди начинали бесследно исчезать… На причале коллекция наклеек на нашем багаже пополнилась ярлыками "Френч Лайн " и пять дорожных сундуков уползли на ленте конвейера в чрево парохода. Вскоре и мы оказались в прихожей туристского класса, откуда на лифте поднялись в свою каюту.

Паша внутренняя каюта была довольно скромной, но вполне комфортабельной. В нашем распоряжении была двухэтажная кровать и диван. Я спала на верхнем "этаже", очень довольная возможностью забираться в кровать по лесенке.

Этим же рейсом из США домой плыл нарком пищевой промышленности Микоян А.И. Поскольку мы ехали вторым классом, а Микоян — первым, то мы его не видели, но знали о его присутствии на борту "Нормандии". Помню, как мама много раз говорила мне об этом во время нашего путешествия. Впрочем, мы и не стремились его увидеть.

"Нормандия" подходила к статуе Свободы. Все пассажиры высыпали на палубы, чтобы полюбоваться этим зрелищем, а я всё допытывалась у папы: почему пароход от этого не опрокидывается? Мои родители видели статую в последний раз. Я же еще раз увидела её из Бэттери-парк в 2000 году, когда сбылась мечта моей жизни, и я вновь оказалась в Америке своего детства…

Вечером следующего дня путешествия состоялся традиционный бал, посвященный началу плавания. Помню, для подобных случаев у мамы было два вечерних платья из шёлка, которые она сшила сама. Дважды одевать одно и то же платье не полагалось. Папа был в смокинге. Хотя я и просилась на бал, меня отправили на верхнюю полку, и я заснула еще до возвращения родителей.

На балу всем выдавали ленточки с надписью "Нормандия" и эмблемой трансатлантической компании. В то время еще никто из нас не знал, что корпус парохода проектировал Владимир Юркевич, русский эмигрант.

Начинался шторм, "Нормандию" качало. Я морской болезнью не страдала, но мама все равно не пускала меня в детскую игротеку с лошадками и множеством игрушек. Она была врачом и старалась оградить меня от лишнего общения с незнакомыми детьми, считая их источником инфекции. Зато я спокойно путешествовала по пустынным коридорам "Нормандии", приятно освещенным потайными светильниками. Но больше всего я любила кататься на лифте по всем её "этажам"!»

В декабре «Кьюнард — Уайт Стар» решила завершить сезон «Куин Мэри» на несколько рейсов раньше, чтобы устранить проблемы, связанные с вибрацией и коптящими дымовыми трубами. Одновременно с этим было сделано главное изменение в проекте № 552: в его планы был добавлен носовой якорь, как на «Нормандии». Это потребовало приподнять носовую часть, чтобы якорь смог спокойно падать в море. В результате получился гибрид изящного носа «Нормандии» и почти прямого «ножевого» среза «Куин Мэри».

Изменение, произведенное незадолго до закладки первых пластин киля, добавило 3,48 м к общей длине строящегося по проекту № 552 судна. По всем основным параметрам оно было близнецом своего предшественника. В результате этого «Элизабет» должна была получить длину в 314,40 м — точно на 40 см длиннее «Нормандии». Когда она вступит в строй («Кьюнард» рассчитывала на первый рейс в 1940 г.), она станет самым длинным и, вероятно, самым большим судном в мире.

Вскоре после того, как была заложена первая пластина киля «Куин Элизабет» и сразу же после начала переоборудования ее «сестры» «Нормандия» столкнулась с жесточайшим штормом, какого не было за всю се карьеру.

Она вышла из Гавра 18 декабря с 928 пассажирами на борту и 5000 мешков рождественской почты. На борту «Нормандии» был начальник управления Наркомата оборонной промышленности СССР инженер-приборостроитель Л.И. Логинов[38], командированный в «Амторг» в качестве председателя комиссии по приёмке технической помощи от приборостроительных фирм «Браун инструмент» и «Сперри джайроскоп».

Тем же рейсом из Саутгемптона в Нью-Йорк следовал зна-меннгый полярный летчик С.Л. Леваневский, Герой Советского Союза № 2, недавно совершивший перелет Лос-Анджелес — Сан-Франциско — Уэлен — Якутск — Свердловск — Москва на десятиместном американском гидросамолёте «Валти» V — 1As (URSS-N208). Вместе с ним на «Нормандии» путешествовали бортмеханики полярной авиации Г.Т. Побежимов и В.О. Чечин. Им было поручено осуществить приёмку трех закупленных в США лёгких бомбардировщиков-штурмовиков «Валти» V — 11, лицензию на серийное производство которых получил СССР.