Зимами я дневал и ночевал в книгохранилищах, а с весны распускал парус и плыл по следам Ярмака — Волгою, Камою, Чусовой, Иртышем, — кормясь с ружья и сети. За шесть годов перерыл гору книг, проплыл по русским и сибирским реками под двенадцать тысяч верст.
В его библиотеке нашли место книги «Охота на уток» и «Охота на степную дичь» Каверзнева, «По таежной реке» Сдобнова, «Рыболов» Антонова, «Сеть рыболовная» Мякеляйнена и тому подобные, отнесенные к разделу «Архив плаванья».
Видное место в библиотеке занимали книги по проблемам творчества. В описи среди других отмечены книги И. М. Нусинова «Проблема исторического романа» (Гюго, А. Франс), М. И. Беккера «Писатель за работой», Б. В. Томашевского «Теория литературы», работы В. Волькенштейна о драматургии.
Пятитомное исследование И. Тэна «Философия искусства» соседствовало с книгами по истории западно-европейской литературы А. В. Луначарского, П. С. Когана и других авторов, с литературой о творчестве русских и европейских классиков.
Стихотворение в прозе «Книга» родилось в результате размышлений Артема Веселого о будущем литературы и книгопечатания.
При его жизни оно не публиковалось.
КНИГА 1Завернем, дружок, в лавку букиниста, помечтаем над книгами…Какая серость шрифтов.Какое удручающее однообразие печатных пустынь.Тут иллюстрация подана, точно через рябое стекло.Там музыкальная фраза надломлена переносом на новую страницу.Подобно червям на падали, кишат опечатки.Мудрое и глупое слово идут по тропе одной строки.Полчища букв, похожих одна на другую, как дождевые капли.Строгость стройных строк там, где нужно волнение.Одним шрифтом набраны и отпечатаны Хлебников и Халтаузен.Проза — солома, мякина, чертополох.Поэзия… В болото бы сего пиита изучать ритмику стиха у лягушек.Критика — мягко говоря — святочных масок пляска.
2Нас гнетет несовершенство вещей… Когда же, наконец:Меж строк прорастет трава?В зарослях зеленых строк крякнет утка?Со страницы загремит морской прибой?В книге о гибели «Челюскина» застонет и загудит штормовой океан?Из пушкинского стиха, точно из куста, сверкнет соловьиный свист?Емкость книги? Вкус книги? Запах книги?Волнение и трепет страстей в строке?Поэт + музыкант + живописец?Когда же, наконец, строки закипят по странице, подобны листьям весенней березы?Строки заплещутся по странице, словно праздничные флаги над кораблем?В книге — рельеф гор, глубина реки, простор степей?Знак —? знак —!.. А где же знаки удивления, недоумения, досады, восторга, ненависти, приязни?
3Мы верим, мы знаем, мы угадываем — день близок.Бумага начнет лягаться.Взору злодея будут недоступны стихи.Слово бездарное, слово лживое, слово глупое будет скатываться с печатного листа, как скатывается ртуть с полированной поверхности.Будет заоркестрован, вплетен в строку плач и смех.Зимняя строка будет запушена снегом и подернется искрой инея.В лирической строфе особо нежные слова будут мерцать, подобны звездам.Фраза — на страх бездарным — будет декольтирована и уже не сможет скрыть убожества своих форм за придаточными и вводными.Детская книга, поистине, будет являть собой чудо.Со страниц Жюля Верна на юного читателя дохнет палящим зноем тропических стран; дрогнут строки текста, и из строк, словно из пенящихся волн, вылетят на всех парусах окутанные пороховым дымом корабли — грянет битва.Кони будут ржать и скакать со страницы на страницу.Герой будет бледнеть, краснеть, улыбаться; у героини из-под дрогнувшей ресницы выкатится слеза.Описание заката — на странице сеются сумерки, страница дочитана, на страницу хлынула ночь — меж потемневших, неразличимых строк блеснут звезды.Где ты, рука мастера? 5
«РОССИЯ, КРОВЬЮ УМЫТАЯ»
Над «Россией, кровью умытая» Артем Веселый работал более десяти лет. Месяцы и годы уходили на сбор материалов. Поиски в архивах, частые поездки по местам боев, встречи с участниками гражданской войны…
В архиве Артема Веселого сохранились рабочие рукописи. Одна из страниц озаглавлена «Россия. Метод работы».
Приблизительные вопросы каждому, с кем я беседовал:
С какого времени в армииКакой частиЗнаменитые боиАтакиПриключения и всякие случаи из боевой жизниПоходОтдыхХрабрость и трусостьГрабежЧесть герояРедкие раныЖенщины в армииСолдатская любовьЖестокость, террорСудьбаКоньЗа что боролисьВерность и изменаПленныеГероиВрагиКитайцы, мадьяры, горцы и другие народы.
Отрывки из романа и рассказы на тему гражданской войны в течение восьми лет — с 1924-го по 1932-й — печатались в газетах и журналах, издавались в сборниках Артема Веселого «Мои лучшие страницы» (1928), «Пирующая весна» (1929), «Большой запев» (1931).
В 1932 году «Россия, кровью умытая» вышла отдельной книгой, в следующем году роман был переиздан.
Судя по сохранившемуся в архиве писателя плану романа, датированному 1933 годом, к этому времени окончательно прояснилось содержание будущего произведения, поэтому выходящие издания автор называл «фрагмент».
План «России, кровью умытой»Январь 1933 года.
Глава первая. Россия на переломе 1916–17 гг. Провинция, деревня, фронт, большие города. Экономика, политика, быт. Разгорающееся забастовочное движение в промышленных центрах. Февральская революция в Петрограде. Эхо революции в провинции и на фронте. Апрель-май, накопление сил в пролетарских низах. Фронт. Июнь-июль. Октябрь — страна срывается с якорей и на всех парусах устремляется в море гражданской войны.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
