Идти замуж там было не за кого. Те соседские парни, которые когда-то ей нравились, теперь, после всего пережитого, казались девушке сущими детьми. Плантацию Анжелика не любила никогда. Да, рабами занимались надсмотрщики, но их следовало держать железной рукой. Отец это умел, но она… ей почему-то не хотелось такой жизни.
Конечно, с такими деньгами Анжелика была способна оплатить все, включая грамотное управление сколь угодно большой плантацией. Она могла вообще не работать, выезжать на конные прогулки да плавать в лагуне. Вода в ней была изумительна. Но ведь всю жизнь в море не просидишь.
«Нет, на Мартинике мне делать нечего».
Теперь Анжелика видела это с беспощадной ясностью.
Адриан довольно быстро пожалел о том, что бросился вслед за Анжеликой. Во-первых, стоял ужасный холод. Во-вторых, он сглупил и выехал вместе с немалыми заработанными наличными деньгами. Надо было распределить их по банкам и кассам. Но возвращаться не хотелось. Вдобавок Адриан обрел такой уровень достатка, что мог себе позволить и потерю банковских процентов, и личный каприз.
Он прибыл в Нант 19 февраля 1792 года и сразу услышал потрясающую новость. Все деловые люди города обсуждали только одно происшествие. Застрелился мсье Тарту, владелец очень крупной и чрезвычайно уважаемой торговой компании. Она занималась поставкой черных рабов на сахарные плантации Вест-Индии. Это произошло после его разговора с некой девушкой, прибывшей из Парижа.
Горожане обсуждали и визит этой девушки в банк, но деталей никто не знал. Тамошние работники, как и служащие компании, принадлежащей покойному, хранили гробовое молчание. Люди говорили, что вскоре девушку видели в порту. Некоторые утверждали, что из Англии специально за ней прислали военный фрегат, но в это мало кто верил.
Адриан съездил в порт и сразу же выяснил главное. Мадемуазель Анжелика Беро здесь была, более того, она выкупила хорошую каюту на первой же шхуне, отплывшей на Мартинику. Иных деталей служащие порта, видящие сотни пассажиров каждые сутки, припомнить не могли.
Адриан расспросил всех, кто хоть что-нибудь знал, и выяснил прелюбопытную деталь. Девушка, прибывшая из Парижа, выехала со двора банка не на той карете, на какой заехала туда. Новая имела усиленные оси. Вот здесь он и впал в ступор.
Дело в том, что Адриан видел однажды, еще в детстве, такую карету. Отец тогда провернул крупную посредническую операцию, как-то связанную с владениями французской Ост-Индской компании, и вот для завершения расчетов была заказана именно такая карета.
«Ну ты и штучка, Анжелика Беро! И откуда у тебя такие деньги?»
Эта девчонка крепко его заинтриговала. Он не знал, где она раздобыла столько денег. Разве что Анжелика отыскала среди тряпья, присланного мародерами на продажу, секретную переписку всех монархов Европы и нашла покупателя, расплатившегося акциями торговой компании мсье Тарту.
Акции?
Это было уже теплее. Тот факт, что мсье Тарту застрелился, мог оказаться ключевым. Адриан стремительно перебрал все возможные варианты действий и двинулся напролом.
Он зашел в секретариат мсье Тарту, представился партнером сахарозаводчика с Мартиники, поговорил о перспективе покупки крупной партии рабов, поинтересовался качеством товара. Когда перед ним выложили пару документов, Адриан чуть не присвистнул. Компания была серьезная, из первой сотни.
Тогда он выяснил, как найти наследников мсье Тарту, и уже через час говорил с его младшим братом.
— Как я понимаю, вы разорены, — предположил Адриан.
— Вам-то какое дело? — мрачно отозвался наследник.
Молодой человек замер. Идея, пришедшая в его голову, была чрезвычайно дерзкой.
— Я потенциальный покупатель вашей компании.
Наследник хлопнул глазами и заявил:
— Кому нужна компания, которая ничего не стоит? — Уже в следующую секунду он горько пожалел о сказанном, хотя бы потому, что такие вещи не говорят посторонним людям, но было поздно.
Адриан уже наступал.
— Но что-то у вас ведь осталось? Головная контора, какие-то склады, хоть что-то.
— Да, мелочи. — Наследник махнул рукой. — Кому это надо? Нам перерезали горло.
— Беру, — сказал Адриан.
«Мелочи», оставшиеся от компании после самоубийства мсье Тарту, стоили во много раз больше, чем все то, что было у Адриана.
«Бог мой, Анжелика, что ты натворила? Откуда это у тебя?»
Только теперь Адриан в полной мере оценил, какому гиганту его невеста одним махом «перерезала глотку». Но думать об этом было не время. Адриан просто не мог заплатить больше, чем у него было.
— Это несерьезно, мсье Тарту, — категорично заявил он брату покойного, объявившему свою цену.
— Но компания действительно столько стоит, — не согласился тот.
— Это я знаю, — отмахнулся Адриан. — Но согласитесь и вы: после объявления войны Англии ваша Нижняя Луара — первый кандидат в финансовые покойники. Вы здесь и месяца не продержитесь! Подумайте сами, сколько все это будет стоить через несколько недель!
Брат покойного нахмурился. Похоже, он и сам об этом подумывал.
— Хорошо. Назовите вашу цену.
— Двадцать пять миллионов, — не моргнув глазом, предложил Адриан. — Помните, я — ваш единственный покупатель на ближайшие тысячу лье и останусь таковым. Никому не нужны ваши склады и конторы, разбросанные по всему свету, если нет главного — оборотных средств и товара.
Наследник сдался. Мсье Тарту-младший полдня собирал мелкие пакеты акций по всем своим родственникам. Затем они все быстро подписали. Адриан прихватил с собой стопку разносортных документов и помчался в Париж.
«Ну, Анжелика! Ну, удивила!» — не выходило у него из головы.
Несколько вопросов так и оставались без ответов. Откуда у Анжелики появился этот вексель? Почему мсье Тарту не начал сопротивляться. Как Анжелика вообще смогла пройти эту сотню шагов до банка и не была убита раз двадцать? С чего бы работорговцам, бравшим на душу куда более серьезные грехи, проявлять такое трогательное законопослушание? Кто за тобой стоит, Анжелика?
Едва оказавшись в Париже, Адриан быстро помылся и сменил одежду. Поздним вечером он прибыл в один из четырех клубов, которому платил нешуточные взносы, и между делом, но вполне внятно объявил, что будет продавать акции компании мсье Тарту. Много! И закрутилось…
Акции компании мсье Тарту были не из тех, которые можно купить на рынке ценных бумаг. Такой же общественный эффект Адриан произвел бы, объявив, что имеет поручение продать акции Святого Престола или партии монтаньяров — с правом требовать финансовые отчеты и голосовать за генеральный курс.
