Третий видит в преграде врага. Он бросается в бой, чтобы уничтожить преграду, и не понимает, почему гора увеличивается в размерах, поскольку не знает, что взращивает в себе злобу. Он хоть и может уничтожить препятствие, но еще больше уничтожает себя. Его собственная гибель не обязательно видна сразу.
Четвертый человек считает себя умнее и находчивей либо беспомощней и несчастней, чем другие. Он прокрадывается мимо преграды и спешит снова попасть на свою дорогу. Тут же обнаруживает перед собой новое препятствие, и теперь требуется найти другой выход. Он начинает бегать вокруг препятствия, и ему некогда оглянуться назад, чтобы сделать вывод из достигнутого. Спешка для него — своего рода предмет чести и гордости, и он не замечает, что по жизненной дороге движется медленно. Чтобы увеличить скорость и обогнать других, человек все больше начинает комбинировать, использовать нечестные и кривые пути. Его жизненная дорога начинает вихлять, возрастает бессмысленная трата энергии, и искривление позвоночника отражает его жизненные принципы.
Пятый достигает препятствия и говорит себе: «Вот-те раз! Ведь это показатель моей глупости. Я незаметно взрастил свой жизненный урок до таких размеров, что сам себе перегородил путь. Свои ошибки нужно исправлять самому».
Он обращается к препятствию:
«Дорогой учитель, как бы тебя ни называли и откуда бы ты ни взялся — из чувства вины, страха или злобы! Я прощаю тебя за то, что ты возник на моем пути. Я понимаю, что ты явился учить меня. Дорогой учитель, прости меня за то, что я до сих пор не усвоил твоего учения. Вместо того чтобы научиться и стать умнее, я превратил тебя в своего пленника и знай себе взращивал, пока тебе не пришлось послать мне в виде болезни сигнал о совершенных мною ошибках. Ты был как песчинка, а я насыпал на тебя все новые и новые песчинки и собственноручно превратил в гору. Прости, что я только теперь осознал свою ошибку.
Дорогое тело! Прости меня за то, что своей невежественностью заставил тебя страдать».
Так освобождается стресс, и проходит болезнь. Гора с его пути исчезает. Можно идти дальше.
Этот человек идет по своей жизненной дороге медленно, но зато спокойно и рассудительно. Останавливается, когда нужно обдумать что-то очень важное, поскольку он умеет применять жизненную мудрость на практике. В глазах спешащего и суетящегося он предстает ленивым счастливчиком, которому всегда везет. Спешащего это злит.
Между тем каждый человек волен сам выбирать, как ему двигаться по жизненной дороге. А также каждый способен сам прочувствовать силу своего прощения, и она может оказаться невероятно большой.
Приведу два примера, которые могут оказаться поучительными даже для самого материалистического человека.
Пример из жизни
Однажды после лекции подходит ко мне женщина, разворачивает кусочек марли, показывает маленький камешек, в котором я с первого взгляда не распознала желчный камень, и спрашивает: «Какая же это злоба?» Взглянула я на нее с удивлением уставшего человека, и она догадалась, что я ее не вспомнила.
Женщина пришла на прием после операции желчного пузыря и стала заниматься освобождением стрессов так, как я учила. Через пару недель она случайно открыла коробочку, где хранила свои драгоценные камешки, и с удивлением обнаружила, что камни полностью рассыпались. Остался лишь самый маленький. Женщина сразу сообразила, что причина распада извлеченных у нее камней заключалась в ее прощении злобам. Ее обуяло азартное желание освободиться от последней злобы, твердой, как камень, — она почувствовала в себе мощь силы мысли. Когда она услышала, как эта злоба называется, то воскликнула: «Как это я сама не догадалась?! Я же хорошо это помню!»
Неделю спустя за помощью обратилась другая женщина, у которой от желчных камней произошел разрыв желчного пузыря. Из-за осложнений ей было сделано две операции. Из-за рвоты женщина стремительно худела и от изнеможения едва держалась на ногах. Прощению она выучилась быстро, и когда по прошествии недели пришла снова и я рассказала ей про случай с предыдущей женщиной, она понимающе произнесла: «Так вот почему мой большой круглый камень обратился в такие странные округлые мелкие камешки». Мне довелось видеть тот большой камень размерами два на три сантиметра — твердый-претвердый: чтобы раздробить его, потребовался бы большой молоток.
Женщина эта много слышала о прощении и помогала себе, но, к сожалению, всегда лишь для того, чтобы затем вести свою жизненную борьбу еще безжалостнее. Камнем преткновения для нее всегда была чрезмерная властность ее матери, относившейся к бедам других людей, включая дочь, холодно и требовательно. Обоюдная борьба этих двух твердых камней привела обеих женщин к очень серьезной болезни.
Ложно хорошие и ложно плохие
В своей работе мне часто приходится удивляться тому, что люди торопятся назвать себя хорошими прежде, чем мы вообще начинаем разговор на эту тему. Страх, что меня сочтут плохим, относится к разряду панических, он требует и просит выпячивать хорошее. Традиционное представление о хорошем и плохом причиняет боль тому, кто в соответствии со своим сиюминутным настроением сам делит других людей на хороших и плохих. Многие из прочитавших мои первые книги пока еще не в состоянии понять закон о единстве противоположностей. В своих книгах я неоднократно подчеркиваю, что если кто-то этого не понял, пусть перечитает еще раз. Но разве у хорошего человека есть время перечитывать, он ведь должен спешить творить добро.
Я постоянно повторяю, что нет вины, а есть ошибки, учиться на которых мы и явились на этот свет. Но и эти мои слова отскакивают как от стенки горох. Поэтому приходится снова и снова повторять одно и то же.
Сложнее всего разъяснить философию жизни человеку, который выносит категорическое окончательное решение, не подлежащее дальнейшему обсуждению: «Я хороший человек. Я никогда никому не делал плохого и не сказал плохого слова. Я всегда терпеливо все сносил, хотя мне причиняли много обид».
Я хороший, и все тут!!!
Давайте повторим еще раз. Повторение — мать учения.
Не бывает хорошего, не бывает плохого.
Все просто пребывает в своем хорошем и плохом.
У всякой вещи есть две грани — хорошая и плохая.
Только так существует всякое целое, иной возможности нет. Кто с этим не смиряется, тот жизненно слеп и должен учиться через страдания. Человек — такое же целое.
В каждом человеке 49 % плохого и 51 % хорошего. Во всех и без исключений, иначе мы не были бы людьми.
Кто болен, а у него непременно и жизнь разлажена, у того процент плохого на несколько десятых выше и процент хорошего на столько же десятых ниже. Если плохое возрастает до 50 %, то наступает смерть, и тем самым плохое делается хорошим. Для духа смерть тела есть выход на свободу.
Людям, испытывающим страх смерти, этот разговор может показаться глумлением над святостью жизни. Простите меня и постарайтесь научиться лучше понимать сущность жизни. Тот человек, кто усвоил все уроки своей нынешней жизни, хочет уйти, т. е. умереть. Окружающие не в состоянии этого понять, пока сами не доживут до этого момента.
Мне выпало счастье наблюдать смерть нескольких таких людей: они спокойно произвели окончательный расчет с жизнью, а также завещали наследникам нажитые крохи, когда смерть простерла к ним свою длань. Один умирающий спросил, который час, задумался на несколько минут и сказал: «Господь призывает меня к себе». Скрестив руки на груди, он сделал глубокий шумный выдох. И человека не стало. Такова была смерть истинного христианина.
Но я присутствовала и при кончине истинного коммуниста. Перед смертью он еще думал о завтрашнем дне. Он тоже верил в хорошее, верил в силу любви. Прямо он этого не сказал, но его лукавую, из последних сил вымученную улыбку сопровождали слова: «Я же не насовсем ухожу». Через пять минут его не стало. Это был мой отец.
В наши дни большинство людей умирает в сильных мучениях, т. е. уходят, учась до последней минуты через страдания. Их неосвобожденная злоба причиняет адские мучения.
Люди, выучившиеся прощению, до последнего своего часа живут полноценной жизнью и интересуются будущим, так как знают, что каждым оставшимся вздохом они мостят дорогу для своих последующих жизней. Они уходят за считаные минуты, сделав усилие высвободиться из физического тела. Красивей смерти нельзя и пожелать.
Кто прощает страху смерти и просит прощения у страха, тот освобождает себя от страха и страх от себя. Мы и наш страх — это те же тюремные надзиратели и тюремные камеры.
