нетерпеливо опустился на колено на краю обрыва, выглядывая что-то внизу. Правой рукой он схватился за голову, шумно выдохнул: – Вот же принесла вас нелегкая…
Ярослава, не в силах подняться, на четвереньках подползла к нему и заглянула через его плечо. Данияр смотрел на пыльный кувшин – медный, с высоким горлышком и острым носиком, – который зацепился за небольшой уступ далеко внизу Кувшин, похоже, был самый обычный. Что его разглядывать? Ярослава не раз видела такие на ярмарке, на лотках восточных купцов.
Перевела взгляд на Данияра:
– Чего там?
– Катя…
– Что?! – Ярослава не поверила. – Что тут произошло?
Девушка огляделась. Чуть выше по склону, у основания разрушенной сторожевой башни, стоял юноша. Судя по застывшему на безусом лице удивлению, человек неподготовленный и к магии не привыкший. При этом он держал за шиворот юную красавицу в старинном восточном костюме: платье-туника ниже колен, свободные брюки, широкие нарукавники, вышитые бисером, и яркий платок с налобником-полумесяцем. В похожих дочери богатых купцов из Персии хаживали в родной Тавде.
Округлившимися от удивления глазами незнакомка в восточных одеждах посмотрела на растянувшегося на камнях поводыря, Антона и саму Ярославу. В ее темных глазах мелькнула лукавая усмешка.
– Это не я! – крикнула она в спину Данияру – Я не виновата, что он упал и разбился! – Полоснув Ярославу взглядом, жестом профессиональной плакальщицы схватилась за голову – медные украшения на голове тихо звякнули – и запричитала: – Ай, какое горе. Теперь ваша подруга никогда оттуда не выберется! И все из-за этой лживой собаки! – Она кольнула взглядом державшего ее юношу и тут же, ловко вывернувшись из его рук, отскочила в тень – и будто растаяла в сумраке. – Мяу! – раздалось из темного угла: из полумрака на Ярославу уставилась рыжая кошачья морда.
Глава 11
Совет рода
Зал заседаний гудел, словно пчелиный улей. Под купольным потолком старинного здания с торжественными колоннами и мраморными барельефами бурлили, сливаясь в один, десятки голосов, пугая прижившихся здесь воробьев. Золото портьер полыхало в вечерних лучах, рассыпаясь огненными искрами в наполненных до краев хрустальных кубках гостей. Главы родов с представителями земель собрались вокруг стола-циферблата с шестнадцатью[21] отметками по окружности. Две золотые стрелки медленно совершали свой ход, отражая на лицах людей их заботы и тревоги.
Велес наблюдал за маленькой пузатой стрелкой. Она скользила по круглому диску стола и вот-вот должна была достигнуть высшей точки. И тогда, в первое мгновение наступивших сумерек, силы морока сравняются.
И время остановится здесь.
Встал старейший – седовласый Родомир, глава совета – и поднял руку. Голоса смолкли, все глаза устремились к нему, и птицы наконец перестали галдеть, прислушиваясь к торжественному приветствию.
– Мира и благоденствия! – его голос вознесся под купол, ударился о расписанные своды и обрушился на членов совета.
Старик окинул зал суровым взглядом, заглянул в лицо каждого пришедшего, словно желая считать, с чем пожаловал тот в священное здание.
Велес выдержал его взгляд спокойно и с достоинством, знал: ему нечего скрывать. Склонил голову в приветствии, заметив, как за дальней колонной мелькнул силуэт опоздавшего. Он прошел мимо представителей земель, занявших лавки вокруг стола с циферблатом, и направился к единственному пустовавшему до этой минуты креслу. Прямая спина, вздернутый с вызовом подбородок и крючковатый нос – Велес из тысячи силуэтов узнал бы Темновита.
Родомир, глава совета родов, неторопливо проговорил:
– Братья и сестры! Вас собрали здесь долг и нависшая над каждым из нас и наших детей и подданных опасность. Думаю, каждый из вас уже столкнулся с ней или заметил предвестников наступающей бури. Кто-то из вас, возможно, гнал от себя пугающие мысли. Напрасно: промедление сегодня смерти подобно.
Зал зароптал. Словно ветер над беспокойным морем, над ним пронеслась тревога, но тут же стихла, натолкнувшись на непоколебимое спокойствие Родомира. Дождавшись воцарения тишины в зале, он продолжил:
– Равновесие нарушено! – Эти слова вызвали новую волну тревоги. Члены совета с удивлением переглядывались. – Наши земли пропитались Тьмой. Каждый из нас чувствует ее опасную близость. Кто-то, – он коротко посмотрел на Белеса, – предвидя будущую битву, уже начал выстраивать защитные барьеры. Кто-то обвинил соседа в разжигании паники и провоцировании Тьмы. Мы разделились. А значит, позволили себя ослабить… Тьма же никогда не дремлет. Она всегда рядом…
Родомир задумался, опустил голову на грудь.
– Равновесие нарушено, – прошептал он. И, снова обратившись к членам совета, проговорил громко: – От каждого из нас сейчас зависит, на какой чаше весов окажутся наши жизни.
Из зала раздался голос:
– Родомир, ты говоришь о мороке. Значит ли это, что наши силы должны быть направлены против него?
Велес вгляделся в говорившего: это был серебровласый Лифан, глава одного из южных родов. Он сидел наискосок, между царицей азиатских пустынь Азирой и Темновитом. Велес успел заметить улыбку, скользнувшую по лицу брата при этих словах и тут же старательно скрытую благоговейным почтением.
«Двуличная крыса», – подумал Велес и отвернулся.
– Сила каждого из нас состоит из морока, – с достоинством отозвался Родомир. – Он течет в наших жилах и питает наши корни. Мы не можем действовать против него…
Велес выдохнул, резко поднялся:
– Родомир, речи твои опасны! Слепое поклонение мороку лишает нас возможности защищаться. Между тем Лифан прав: нас ждет битва с самим Мороком… И о том я говорил тебе неоднократно и представлял доказательства: иссушенные колодцы, вытравленные селения, мор и голод в землях моих. Как и говорил о том, кто из нашего мира стоит за этими злодеяниями…
– Велес! – Родомир предостерегающе поднял руку, посмотрел сурово.
Русский царь лишь покачал головой, напомнив:
– Избегая правды, мы лишь ослабляем себя. Нам грозит опасность оказаться неготовыми к главной битве! И я просил созвать совет не для того, чтобы пофилософствовать о падении прежнего мира. – Зал загудел, и Велесу пришлось повысить голос, чтобы перекрыть шум: – Сегодня стоит задаться вопросом не о том, сможем ли мы избежать битвы, а о том, что останется после нее!
Члены совета в одно мгновение стихли; казалось, даже воробьи под куполом внимательно прислушались к происходящему внизу. Велес задержался взглядом на лице брата – снисходительная усмешка скользнула по губам Чернобога и тут же погасла, но этого оказалось достаточно, чтобы понять: Темновит знает больше, чем говорит. Поглядывая на брата, Велес продолжил:
– Я призываю отбросить все распри и объединиться… Ради того, чтобы завтра наступило. Пусть не для всех, но для многих из наших народов.
Получилось, что он сказал это лично брату – он так и не отвел от него взгляд. Зал насторожился, наблюдая за их внезапной
