Читаем без скачивания Страх на побережье - Чарльз Вильямс

Они оба не удостоили его ответом. И по звуку шагов поняли, что он пошел на корму. Тут Рено почувствовал, что Патрисию бьет отчаянная дрожь. Она не говорила ни слова, но он понял, что она изо всех сил пытается сдержать подступающую истерику.

Он обнял ее и крепко прижал к себе, положил ее голову себе на грудь и, зарывшись лицом в ее волосы, прошептал:

— Пат, прости меня. Я должен был заставить тебя остаться.

Она всхлипнула:

— И отправиться сюда одному? Со мной все в порядке. Пит. Когда ты здесь, мне не так страшно.

— Все будет хорошо, — сказал он, стараясь, чтобы его слова звучали как можно более убедительно. — Гриффину не удастся ничего сделать.

Зарычал стартер и в ту же минуту машинное отделение наполнилось грохотом мотора. Катер задрожал, набирая скорость. «Я добрался до него, — думал Рено, — я сделал это, и все же я проиграл».

— Пит, — прошептала она. — Что он имел в виду, когда сказал, что надо перехитрить Роберта Консула? И почему он не знает, что находится в этих штуках?

— Я сам толком не понял, — солгал Рено. Он уже начал догадываться, в чем дело, и от этой догадки у него стыла в жилах кровь.

Но что же все-таки такое содержали в себе эти свинцовые контейнеры, ради чего можно было пожертвовать жизнью четырех человек? Он знал, чего опасается Гриффин, почему этот рыжий умник прихватил их с собой, вместо того чтобы убить на месте; но все еще никак не мог догадаться, что же делало этот груз столь ценным.

Гриффин, скорее всего, тоже прав, он парень не дурак. Однажды ему уже удалось перехитрить Роберта Консула, позволив брату Патрисии и Мортону взорваться ко всем чертям, а самому остаться в стороне. Это была дьявольская игра: я знаю, что ты знаешь, что я знаю… И может быть, даже при таком раскладе последний ход все же останется за Робертом Консулом.

Но сейчас это не имело значения. Главным сейчас было, пока не поздно, выпутаться из всей этой истории. Каждая минута приближала их к смерти, если им только не удастся каким-то образом остановить Гриффина. Сам он уже не сможет остановиться, это понятно, даже если бы и захотел; ему придется убить их, так же как он был вынужден убить Макхью. И это будет означать конец для Вики. Если их убьют, вместе с ними исчезнут и все улики против Гриффина…

Эти мысли накатили на Рено, и ему с трудом удалось сохранить спокойствие. Стоит сейчас потерять голову, и у них вообще не останется ни малейшего шанса на спасение — Гриффин будет поджидать снаружи с пистолетом. Нужно действовать тихо. Может быть, удастся как-то вырезать участок двери, на котором держится засов?..

Рено раскрыл нож и повел лезвием по щели, пока не уперся в засов. Прижав это место пальцем, он принялся резать. В абсолютной темноте ничего не было видно, даже невозможно определить, не водит ли он ножом по одному и тому же месту. Кончик лезвия обломился. Рено продолжал резать, торопясь, обрезая себе пальцы, обливаясь потом.

Однажды показалось, что катер на несколько минут причалил к пристани, но мотор продолжал работать на холостом ходу, и они не поняли, сходил ли Гриффин на берег. Затем катер опять пришел в движение.

Оба потеряли счет времени. Наконец лезвие не выдержало и сломалось совсем. Рено вытащил второе, поменьше. Его хватило лишь на несколько минут; когда и оно сломалось у самой рукоятки, Рено хотелось уронить голову на руки и заплакать, вообще больше не шевелиться.

Через некоторое время катер опять замедлил ход и долгое время шел на минимальной скорости. Раз или два Рено слышал, как ветки прибрежных деревьев скребутся о крышу кабины. По-видимому, они плыли по протокам, далеко от основного канала.

Наконец мотор замолк. Катер мягко ударился обо что-то, и они услышали у себя над головой шаги. Гриффин привязывал катер. Затем какое-то время он расхаживал на корме, потом все стихло и тишину нарушало лишь кваканье лягушек да время от времени раздававшееся уханье совы. До рассвета оставалось несколько часов. Рено держал Патрисию в объятиях, она даже ненадолго вздремнула, тихо всхлипывая во сне, и он чувствовал, как внутри него закипает ненависть.

Прислушиваясь, он выпрямился: Гриффин отодвинул защелку и, распахнув дверь, ввалился к ним с револьвером. Уже рассвело, и в машинное отделение проникал дневной свет.

Гриффин ухмыльнулся, взглянув на Рено:

— Послушай, ты выглядишь настоящим привидением — вся голова в крови. Я бы одолжил твою физиономию на Хэллоуин, если бы тебе было суждено дожить до того дня.

Рено мрачно посмотрел на револьвер:

— Кому-то из нас явно это не суждено.

— Да, ты прав, приятель. Ну, давайте вылезайте на корму.

Они один за другим вышли на палубу — Рено, припадающий на одну ногу, за ним Патрисия, смертельно бледная, с холодным презрением отворачивающаяся от Гриффина, и сам Гриффин, замыкающий шествие с револьвером в руках и что-то напевающий себе под нос. Рено оглянулся по сторонам, моргая от яркого света. Место, где причалил катер, было очень живописным: он стоял у полусгнившей старой пристани, на узком рукаве протоки. Огромные деревья свешивались над водой, и только на берегу у самой пристани оставалось свободное от зарослей место. Когда-то здесь стоял дом, но потом он сгорел дотла, и от него не осталось ничего, кроме камина и трубы. Участок около дома в несколько акров был покрыт пожухлой, темной травой.

— Перед вами так называемый охотничий домик Роберта Консула, или то, что от него осталось, — произнес Гриффин за спиной. — Садитесь оба.

Он и сам уселся на скамью около причала, вытянул ноги и закурил. Револьвер небрежно положил себе на колени, но глаза его неотступно наблюдали за Рено. В какой-то миг он ухмыльнулся и кивнул в сторону кормы.

— Хороши, а? — спросил он.

Проволочные сетки были отброшены в сторону, и два свинцовых арбуза лежали теперь рядышком. Гриффин смыл с них грязь, и тем не менее в лучах утреннего солнца они имели какой-то зловещий вид. Похожи на небольшие бомбы, только без стабилизаторов, подумал Рено и повернулся к Гриффину.

— Они убили ради этого четырех человек, — сказал он тихо.

— Верно. — Гриффин глубоко затянулся. — Если считать и Макхью, который оказался более или менее причастным к этому делу.

Рено чувствовал, что им овладевает жгучее желание убивать. Внутри у него все продолжало кипеть и готово было вот-вот выплеснуться наружу.

Но он убеждал самого себя, что нужно выждать и продолжать вести свою игру. Отчаянный бросок всегда можно приберечь на самый конец, на тот случай, когда все остальные шансы будут уже исчерпаны.

— И что в них? — спросил Рено с непроницаемым выражением лица.

Патрисия в ожидании ответа подалась вперед, вся превратившись в слух. Рено тоже почувствовал, как до предела натянулись нервы.

Перед ними было наконец то, что они искали так долго, то, из-за чего погиб Мак и с чего началась цепная реакция убийств и несчастий.

Последним звеном этой цепи оказались два круглых, похожих на арбузы предмета, одетые в свинцовые рубашки, мирно лежавшие теперь на корме катера.

Гриффин сдвинул кепку на затылок и пожал плечами.

— Примерно четверть миллиона долларов или, может быть, мощная взрывчатка, которой достаточно, чтобы мы все тут взлетели к чертям собачьим.

У Рено перехватило дыхание.

— Что же там такое может быть, что стоит четверть миллиона долларов?

— Героин. Чистый героин. Безо всяких примесей. И не граммы, не унции героина — фунты. Неплохо, а?

Рено откинулся на спинку скамейки:

— Вот почему так и не смог никто узнать, куда Роберт дел деньги. Я имею в виду, Консул, когда его судили.

Гриффин задумчиво посмотрел на Рено:

— Значит, ты и до этого докопался? Что ж, ты угадал! Точно! Роберт покупал наркотики и прятал их в укромном месте, о котором знал только он один. Он запечатывал героин в банки и с помощью вакуумного насоса выкачивал оттуда воздух. Мы не знали наперед, когда сможем вернуться за ним и портится ли героин со временем.

— Но почему именно наркотики?

Гриффин, ухмыляясь, покачал головой:

— Это все идея Роберта. И его можно понять.

Он был гением с отвратительным чувством юмора и поразительным нюхом на некоторые вещи.

Он скептически относился к любым властям и страшно негодовал, когда его призвали в армию.

А что для него могло быть приятнее, чем обкрадывание армии Соединенных Штатов и использование денег для покупки наркотиков и их контрабанды? Армия финансировала его операции против бюро по борьбе с наркотиками. Ну и, кроме того, деньги. Он мог получать огромные прибыли.

— И никто из вас не знал, где он их прячет?

— Да нет, мы знали. Но он перепрятал их в ночь накануне ареста. Он поругался с Мортоном и Деверсом, подумал, что они обманывают его или собираются обмануть.

Рено кивнул, глаза его стали жесткими.

— Итак, когда Роберт Консул вышел из тюрьмы и вернулся в Италию за грузом, Мортон и Девере отправились сюда, чтобы вытащить мешки из канала. Вы не поехали с ними, Гриффин, почему?