— Спасибо за лицо. — Игорёк сделал полупоклон и вошёл вслед за хозяйкой в гостиную.
— Ну, так и присаживайтесь куда хотите. Сейчас вы мне всё расскажете.
В гостиной кроме большого проекционного телевизора ничего достойного внимания не было. Просто прошлись по ней евроремонтом да поставили соответствующую мебель, отчего помещение стало напоминать хоть и комфортную, но тюремную камеру с резко обозначенным белыми стенами пространством. Единственное, что как-то теплило обстановку, — пианино в углу.
Игорёк посмотрел, что показывает телевизор, и сел в кресло.
— Будем пить чай.
— Я приезжал смотреть особнячок. Вот как ваш…
— А знаю, знаю. Одна тут продаёт. Ну, рассказывайте, что с президентом?
Игорёк разглядывал хозяйку дома и не торопился рассказывать. Теоретически он любил всех женщин. А на практике общался лишь с юными красавицами. Даже намёк на возраст его отпугивал. Но только не сейчас. Сейчас он был готов оценить преимущества зрелости и шального характера увядающей, обабившейся красавицы.
— Что с президентом, я не знаю. Да он на этой даче и не бывает. У него ведь новая, в Огарёво.
— Меня зовут Варварой.
— Красивое русское имя.
— Я знаю.
— А нельзя ли, Варвара, нам выпить за наше неожиданное знакомство. Хотя я не пью, но по такому случаю…
— Можно и выпить. Подождите, я скоро.
Хозяйка вышла и вскоре вернулась, толкая перед собой тележку, на которой стояли: бутылка водки, бутылка кваса и тарелочка с крупно нарезанным сыром.
— Горничную отпустила, — пояснила она. — Ну, вот, давайте. Ухаживайте.
— За дамами я ухаживать люблю, Варвара. Особенно за такими интересными, как вы. Но я, пока бегал по лесам, утомился. Так что, может, вы поухаживаете за мной?
Варвара кивнула и разлила водку по стопкам.
— Ну, будем знакомы! — весьма будничным тоном произнесла она и забросила в себя содержимое рюмки, не касаясь её губами. — А чё по лесу-то бегать было?
— Так я ж…
— Дача продаётся на нашей улице, по лесу блуждать совсем не обязательно.
— Я вам одно могу честно сказать. Я здесь ни при чём. Меня спецы повязали, повели разбираться. Зачем мне разбираться? Пришлось убежать.
— Ну, ты и хвастун, — перешла на «ты» Варвара. — Они в таких случаях стреляют. Они меткие.
— Меня ночь спасла. Я вообще недавно из Египта приехал.
— То-то я смотрю, лицо у тебя того… загорелое.
— И обветренное.
— Ну и что Египет?
— Каир шумный бестолковый город. Мне в Израиле больше понравилось.
— Там же война идёт.
— Вот именно, поэтому и бизнес. Конкуренты попрятались. Меня в это дело Сидор Авдеевич втянул. — Игорёк вспомнил попутчиков-трейдеров.
— Сидор Авдеевич Полуголый? Вы знакомы?
— Он меня с таких вот лет знает, — вдохновенно врал Игорёк, показывая рукой, какого росту он был в пору знакомства с господином Полуголым.
— Это меняет дело. Ну что, Игорь, по второй? За общих знакомых?
— И за вас, прекрасная Варвара!
— Не подлизывайся, — отрезала хозяйка и употребила вторую. — Я, чтоб ты знал, подхалимов не терплю. Характер мне твой нравится, серьёзный мужик. А заигрывать со старой коровой… В общем, ты мне голову не дури.
— Нет, вы себя де-ержите. До коровы, думаю, дело не дойдёт. А эти манекенщицы, танцовщицы — кому они нужны? Видеть их больно. А на вас смотреть приятно. Муж в командировке?
— Муж, — фыркнула Варвара. — Муж наелся груш. Он уже год на даче своей прошмандовки обитает, Раиски-стервозы. Не знаю, чем он там с ней занимается, по-моему, он уже кроме руководящей работы ни на что не способен.
Варваре стало по-настоящему жалко себя: годы уходят, а радости, пьянящей, как коньяк, в жизни нет. Все подруги при любовниках, а она как последняя дура. Хотя любовники — утомительное дело, мужики такие капризные, хуже баб. А если муж — замминистра, то любви от них не жди, а только подавай им. Это мы уже проходили. А этот красавчик, бизнесмен — не бизнесмен, но забавный. Не вор, не аферист. Что-то у него случилось. Про историю с покушением на президента он всё врёт. Не поладил, милашка, с боссом или с женой его переспал. Теперь прячется, дурачок.
— Ну, давай по третьей, чего она греется?
Выпив по третьей, Игорёк поднял крышку фортепьяно и стал играть мелодии Эннио Морриконе.
— Я — композитор, — сообщил он.
— Ты, как я посмотрю, на все руки мастер.
— Есть немного.
Игорёк сменил Морриконе на средневековые гимны, те самые, с которых всё началось.
— А «Надежду» Пахмутовой можешь?
— Легко.
Игорёк сыграл «Надежду» и опустил крышку фоно.
— Хорошо, — вздохнула Варвара. — В стройотрядах пели.
— А я в стройотрядах не был. Эх, вот взять бы всех звёзд и в стройотряды, навсегда. И продюсеров. И сочинителей. Музыки уже нет. Её прикончили. Понимаешь, Варя, пристрелили, как собачонку, выставили на панель. Где великая русская культура? Бизнес, сплошной бизнес. Разве можно музыкой торговать? Это ведь не колготки.
— Да, крепко тебя придавило. Ну-ка иди сюда, садись.
Она показала рядом с собой на диване.
— Мне бы душ принять. Два дня не мылся. Как в Каире ополоснулся, так и всё.
— Будет тебе душ, всё будет. Ты рассказывай. От кого, такой, бежишь?
— Не поверишь, Варенька, от судьбы бегу.
— Кто ж от судьбы бегает? — подобные фразы Варвара почерпнула из отечественных сериалов, персонажи которых никогда не разговаривают по-человечески и широко судят о жизни. — Убил кого-нибудь?
Игорёк помассировал кадык и обронил:
— В пустыне. Иорданской.
Пустыня, вообще-то называлась Сирийской. Но «Иорданская» звучало гораздо внушительнее, почти по-библейски. Игорёк принялся рассказывать об арабской кухне. Затем о том, какая ужасная штука хамсин. Потом в стиле сатирика Задорнова об американцах, какие они тупые и беспомощные в боевой обстановке и как легко обвести их вокруг пальца.
Варвара слушать умела. Настоящие женщины умеют слушать мужчину. Бутылка водки как-то незаметно опустела. В голове у Игорька образовался приятный шум, и чувствовал он себя вполне по-домашнему. Уже собирался живописать большую луну над Багдадом и яркие звёзды над минаретами, но Варвара взъерошила ему волосы и ласково приказала:
— Марш в душ. Душ наверху. Пойдём, покажу.
— А джакузи есть? — развязно спросил Игорёк.
— Что хочешь есть.
— А давай вдвоём?
— Не-ет, вдвоём не будем. Могу спинку потереть. Хочешь?
— Или вдвоём, или без спинок, — отрезал Игорёк.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
