Читаем без скачивания Мрачный коридор - Михаил Март

Начальник тюрьмы Сан-Квентин Клод Шейвер. Что из себя представляет каторжная тюрьма, которая в течение двадцати пяти лет находится в руках Шейвера, вам объяснять не надо.

Секретарь сенатской комиссии Гарри Мейер. О нем скажу позже.

И, наконец, два представителя общественности. Вряд ли им подходит этот сладкий соус. Один из них —  владелец торгового центра в Лос-Анджелесе Люк О'Робби, второй —  начальник торгового порта Сан-Франциско Рэкс Мак-Говер. Эти ребята продолжают процветать и при желании на совместный капитал способны скупить половину Южноамериканского континента.

Что касается двенадцатого члена комиссии, то им был Джек Фергюсон, главный редактор журнала «Голос Запада». Он умер спустя пять месяцев после создания комиссии от сердечного приступа, и его место до сих пор остается вакантным. Но не во всех случаях комиссия оставляет дыры. Вы помните, что губернатор Хорст был уличен в коррупции и его скинули с престола. Тут же он лишился места председателя комиссии. Человек исчез из поля зрения общественности. Но председательское кресло не занял ни один из ее членов. Дело в том, что председатель должен обладать реальной властью, и новым председателем стал Вуди Батлер, помощник нового губернатора, человек, который оплатил всю предвыборную кампанию Келберга. Если прислушаться к звону сплетен, то вовсе не Келберг руководит Калифорнией, а Батлер. Срок Келберга кончился, и вновь Батлер оплачивает предвыборную кампанию, но на сей раз ныне здравствующего губернатора Кейда. Кейд в благодарность назначает Батлера своим помощником по безопасности и социальным вопросам. В результате от смены губернатора ничего не меняется. Батлер продолжает держать ситуацию под своим контролем, занимая ключевую позицию во властных структурах. Но надо помнить, что в случае провала недобросовестной политики голову снимают губернатору, а с Батлера, как с обычного чиновника, спрос невелик. По некоторым данным, Батлер считается самым состоятельным человеком Калифорнии. Но никто не проверял его банковских счетов. Слухи есть слухи.

Итак, это первая замена в комиссии, и я думаю, что не случайная. Вторая замена произошла после смерти Фергюсона. Но я уже говорила, что его место осталось вакантным. Сменили Гарри Мейера, секретаря комиссии. Мейер, имевший вес в Вашингтоне и большое влияние в Калифорнии, вдруг выступил с заявлением, что им подготовлен доклад о коррупции в высших эшелонах власти и он намерен устроить пресс-конференцию на эту тему. Все кончилось плачевно. Если вы помните, Гарри Мейер погиб в автокатастрофе на следующий день после сделанного им заявления. Его жена и сын срочно покинули страну, и никто не имеет представления, где их искать. Выводы делайте сами. Итак, после пышных похорон Мейера его место в комиссии занимает безобидный толстячок, далекий от политики и мало смыслящий в законах и медицине. Дэвид Родниц. Родниц богатый человек, один из владельцев кинокомпании «Парамаунт» и член совета директоров первой пятерки крупнейших кинокомпаний Голливуда. Ходили слухи, будто Родниц заплатил огромную неустойку по контрактам двум звездам первой величины —  Джеймсу Кенги и Аве Гарднер —  после съемок фильма, который так и не пошел в производство. Сценарий был написан человеком, чье имя осталось неизвестным. Фильм вскрывал крупную финансовую аферу и мог поднять своим появлением на экране грандиозный скандал. В самый ответственный момент Родниц перекрыл кислород, и картина была уничтожена. На Родница собирались подавать в суд, но ему удалось откупиться. Те, кого он не сумел подкупить, бесследно исчезли. Так, например, до сих пор неизвестно, куда подевался режиссер фильма Даг Коттон. Вот и все о Роднице. Как он попал в состав комиссии, никто не знает. Комиссия не отчитывается перед общественностью, и неизвестно, по какому принципу идет отбор в ее состав. С тех пор состав комиссии не менялся. Одиннадцать человек составляют суд инквизиции и не подвластны никаким структурам в нашей стране.

— Ты скептик, Эмми, —  заметил с иронией Рик. —  Если разобраться спокойно; а не предвзято, то в комиссию входят солидные люди. Политика всегда дело грязное, что ты от них хочешь?! Нет, на инквизиторов они не похожи. Трудно поверить в сговор одиннадцати человек такого масштаба.

Глаза Эмми вспыхнули.

— Черт бы тебя побрал! Комиссия по защите прав?! Каких прав?! Само слово «права» подразумевает под собой защиту и закон. Ты видишь среди этой банды хоть одного адвоката? Абсурд! Представлены все карательные органы, но не защита. Что от этих ублюдков можно ждать? У каждого из них рыльце в пушку! И не забывай, что один из них —  тема нашего разговора. Хоукс подозревается в убийстве собственной жены.

— Ты что взбеленилась? Может быть, у тебя есть силы бороться с этими ребятами? В чем ты их обвиняешь?

— Есть способ борьбы! Выборы на носу. В Санта-Роуз мы узнали, что Бинг Байер выдвинул свою кандидатуру на пост губернатора. Ты и Дэн знаете этого парня, он бывший спортсмен. Кевин Росс, его помощник, играл с Дэном в одной команде, а ты, Рик, помещал их морды на обложках журналов. Только не говорите мне, что Бинг Байер откажется выслушать нас. Он совершает турне с юга на север и через пару дней будет в Санта-Барбаре.

— Не горячись, Эмми, —  вступил я в полемику. На нас стали обращать внимание посетители с других столиков. —  Ты проделала огромную работу, но сейчас нет смысла говорить о Байере. У Байера нет той силы, популярности и денег, чтобы выиграть у таких воротил, как Вуди Батлер, который имеет капитал и сажает на престол того, кого хочет. Бинг отличный парень, он делает пробный заход. Через десяток лет на него можно будет смотреть как на достойного кандидата, а пока он не набрал и пятнадцати процентов голосов. Все, чего он добьется, это своей популярности не только в спорте, но и в политике. Он это и сам понимает! С третьего захода, но не раньше, его будут рассматривать как серьезную кандидатуру, а сейчас Батлер со своей компанией не уделяет ему мизерного внимания. А такой пройдоха, как Вуди Батлер, знает, что делает.

— Ты не прав, Дэн! —  воскликнула Эмми. —  Если мы раскрутим это дело с комиссией, то мы дадим Бингу в руки козырного туза. С такой картой Бинг Байер заставит противника расценивать себя серьезно!

— Такая раскрутка потребует огромных сил и времени. Мы ничего не успели сделать. Ни одна газета не примет от нас непроверенного материала. Наши выводы ничего не доказывают, и для Байера они не станут козырным тузом. Все, чего он добьется, используя их, —  это обвинения в клевете на нынешнюю власть. Нужны неопровержимые факты. Теперь я хочу тебя спросить. Факты чего? Какие факты? Кого и в чем ты обвиняешь? Кто твои свидетели? И наконец, главное! Вы забываете, чем мы занимаемся. Наша задача не разоблачать коррупцию, не заниматься злоупотреблениями власти, а искать Лионел Хоукс. Вся работа, проделанная Эмми, рассматривается мною только с этой позиции.

— Конечно, Дэн, —  ерзая на стуле, пробормотал Рик. —  Но здесь просматривается связь, и ничего страшного, если мы проведем параллельное следствие. Начну с твоей же собственной версии. Никто ее не опровергает. Ты сам ее выдвинул. Не ради развлечения ты отправил меня записывать номера машин, а Эмми копаться в архивах. Есть основания считать, что миссис Хоукс спрятали за «Великой Китайской стеной № 2». Возможно, она узнала о махинациях мужа или что-то, связанное с этой больницей. Хоукс не решился ее убить, а замуровал супругу в темницу, как это делали в средние века в старой доброй Англии. Такой ход —  лучший метод, чтобы закрыть рот человеку. Дорогому человеку. С другими поступают проще. Вспомни Мейера, секретаря сенатской комиссии, который угодил под машину, а его родственники в спешке сбежали, бросив нажитый капитал. Возможно, что ее убили, но это другая версия, которую мы сейчас не рассматриваем.

— Не забывайте, ребята, что Хоукс поднял большую шумиху вокруг пропажи своей жены. В его доме появилась пудреница. Возможно, что появится еще что-то. Но в одном я убежден: Хоукс искренен в своем горе и верит, что его жена жива.

— Хоукс психиатр и психолог. Он талантлив, и этого у него не отнимешь. Вряд ли Ричардсон оставил бы свое детище на попечение простачка. Он может разыграть любой спектакль. На карту поставлена не только его жизнь, а что-то более значительное. Любовь в таких случаях уходит на второй план. И потом, что ты называешь шумихой? То, что Хоукс устраивает скандаль! лейтенанту? Но как-то он должен реагировать на исчезновение собственной жены?! Газеты об исчезновении Лионел Хоукс не проронили ни слова, от них этот факт скрыли!

— Есть и другие версии, но о них мы поговорим позже. Ладно, давайте закончим с сегодняшним заданием.

Я указал на фотографии в газете, которую разложила на столе Эмми.

— Этих людей я встретил в кабинете Хоукса. Сначала у него был Клод Шейвер, директор тюрьмы Сан-Квентин. Его сопровождал молодой человек, о котором я еще скажу. Затем —  Уит Вендерс, как мы теперь знаем, он является главным психиатром в больнице Хоукса. Никакого криминала в этой встрече я не вижу. Люди работают в одной комиссии, и нет ничего удивительного в том, что они встретились. Меня в большей степени заинтересовал молодой человек, который приехал в клинику вместе с директором тюрьмы и вместе с ним уехал. Но для начала мы вернемся на землю и посмотрим на общую картину. А картинка выглядит так. Лин Хоукс появилась на бензоколонке Сэма Ральфа в семь пятнадцать. Заправила машину, поболтала с полицейскими и в семь двадцать пять отправилась дальше. В семь сорок пять ее машину видел некто Рэкс Боуди. Она стояла в трех милях от колонки у поворота на ферму Ступекса. Рядом стоял лимузин черного или темно-синего цвета. В «Кадиллаке» никого не было, в лимузине сидели люди. Подфарники машин не горели, и Боуди едва не врезался в «Кадиллак». Можем сделать вывод, что Лин поджидали на шоссе. Что было дальше, нам неизвестно. Мы знаем только одно. Спустя два часа «Кадиллак» въехал в Санта-Роуз и им управлял мужчина. Приблизительно в это же время на Бич-Гроут погибла женщина в одежде Лионел Хоукс. Сэм Ральф не видел ни одной машины, идущей в направлении Санта-Барбары после семи тридцати, так как закончил работу на улице и находился в конторе. Картинка прояснилась, но она нам ничего не дает. Первое, что приходит на ум, —  Лионел пересадили в лимузин и повезли в сторону Санта-Барбары, а ее «Кадиллак» погнали в Санта-Роуз. Но с какой целью? В том месте, куда свернул «Кадиллак» Лин, когда въехал в Санта-Роуз, находится яхт-клуб. Он может нас заинтересовать по двум причинам. Первая: яхты «Сантана» и «Джилда» принадлежат клубу. Эти яхты были замечены в начале октября у Бич-Гроут, где произошло убийство. Вторая причина заключается в том, что некий Джек Юджин, коммерческий директор этого яхт-клуба, посещал Майка Хоукса в кабинете его больницы вчера днем. У меня сложилось впечатление, что Юджина и Хоукса связывают общие интересы и он не один раз побывал за стенами психушки, в качестве гостя разумеется.