не переломился при первом же ударе) закалка фламберга представляла из себя тот ещё танец с бубном. Это не говоря о том, что даже просто придать клинку волнистую форму сложнее, чем прямую.
В принципе, находились «мастера», которые оптимизировали техпроцесс. При помощи точильного круга они превращали во фламберг обычный прямой клинок, просто убирая лишнее. Естественно, жил такой эрзац, как и его счастливый покупатель, очень недолго. Скупой платит дважды!
— И всё равно, несмотря на все ухищрения, даже качественный фламберг обладал меньшей прочностью на излом, чем прямой клинок. При равной площади сечения, конечно.
— Как следствие, при равной длине и сохранении приемлемой прочности фламберг оказывался тяжелее прямого меча. За счёт большей толщины, да.
— Правка и заточка волнообразного лезвия — занятие весьма и весьма сложное и трудоёмкое. Ухаживать за прямым клинком гораздо приятнее.
На выходе: «пламенеющий» клинок — штука крайне специфическая. Не лишённая неоспоримых достоинств, но обладающая и рядом серьёзнейших недостатков. Оправдывает ли лучшая убойность по слабозащищённому противнику высокую цену и низкую надёжность — пусть каждый решает сам. Однако замечу, что из сохранившихся исторических мечей только очень небольшая часть имеет «пламенеющий» клинок. По-видимому, подавляющее большинство древних воинов всё же отдавало предпочтение прямому.
И немного о популярных мифах, собравшихся вокруг фламберга.
— Большие двуручные мечи с «пламенеющим» клинком резали любые латы как тряпку.
Однозначно нет. Та самая концентрация энергии удара на небольшой площади в лучшем случае позволяла оставить на них неглубокие вмятины, не более. Фламберг всё же не чекан и заменить его ни в коей мере не может. Что же касается «эффекта пилы», на который некоторые любят ссылаться… Достаточно просто вспомнить, сколько движений нужно сделать, чтобы справиться с листом железа или доской при помощи ножовки, чтобы понять — любая битва закончится гораздо раньше, чем удастся перепилить фламбергом кирасу или щит. Даже при полной пассивности противника.
— Фламберги были прокляты католической церковью как сатанински негуманное оружие.
К сожалению, пока что никому из провозглашающих эту мысль так и не удалось толком подтвердить её документально. Все известные запреты, касающиеся волнистых клинков, появились на волне охватившей западную Европу «дуэльной лихорадки» в 17 веке и исходили сугубо от светских властей. Касались они исключительно этих самых дуэлей и дуэльного оружия, никак не затрагивая военное применение. Так что тоже мимо.
— Владелец фламберга сталкивался с известными трудностями при попытке сдаться в плен. Говоря прямо — таких полагалось убивать на месте, причём каким-нибудь интересным способом.
И снова, регламентирующих данное действо уставов и приказов не сохранилось. Однако здесь таки придётся сделать оговорку. В те времена книги уставов были гораздо тоньше, чем сейчас, а пробелы в них заполнялись солдатскими традициями, где всё уже не так однозначно. Как мне подсказал один из моих комментаторов, в середине 17 века на эту тему высказался некий капитан Лафатер в своей «Kriegsbьchlein» («Военная книжечка». К сожалению, оригинал мне найти не удалось, так что довольствуюсь цитатами из рунета). Среди прочих «подлых» методов ведения войны он упомянул и ношение «волнистых шпаг», добавляя, что использующим их «не должно даваться никакой пощады». Повторюсь, «Kriegsbьchlein» — не официальный руководящий документ, но констатация неких сложившихся в отдельных подразделениях традиций.
На выходе: по-видимому проблемы у владельцев волнистых клинков действительно случались — но всё же это были именно спонтанные расправы, а не всеобщая практика. И от себя добавлю — пик популярности фламбергов совпадает с временем религиозных войн в Европе. Реально люто жестокая эпоха. Католики радостно резали протестантов, а протестанты католиков, даже не заглядывая, что там лежит у них в ножнах. Так что шанс попасть под горячую руку был стабильно высок и от геометрии клинка убиваемого зависел не так, чтоб сильно.
Самое простое оружие. Копье
Хотел бы я обозвать его ещё и самым древним, но нет. Строго говоря, первым известным человечеству оружием (т. е. специально обученным предметом для причинения смерти ближнему своему) остаётся дубина. Но копьё совершенно точно было вторым. Следы его происхождения теряются где-то в тёмных глубинах каменного века. Но при этом оно, в отличие от дубины, продержалось в качестве серьёзного военного оружия аж до восемнадцатого столетия от Рождества Христова. Строго говоря, последняя кавалерийская пика была снята с вооружения европейских армий вообще в начале двадцатого(!!!) века. Да, на фоне магазинных винтовок и пулемётов она уже смотрелось явным анахронизмом, но было же!
Разумеется, со времён заточенной и обожжённой для твёрдости палки копьё потихоньку эволюционировало, разделившись на несколько разновидностей:
— Метательное копьё, оно же дротик. Развивалось, соответственно, в сторону удобства метания в ущерб другим свойствам, став в итоге относительно коротким (зачастую меньше 1.5 метров) и лёгким. И, внимание! Дротик это единственный вид копья, где оправдано применение зазубренного наконечника. Он же препятствует извлечению его из раны, так? Для метательного оружия это скорее плюс, а вот в рукопашном бою лишиться застрявшего в теле противника копья — очень неприятная ситуация.
— Средней длины (2–3 метра) копьё для рукопашного боя с листовидным/кинжаловидным наконечником. Такими в разное время где только не вооружались. Достаточно удобное, чтобы пользоваться им хоть одной рукой в паре со щитом, хоть двумя руками, хоть пешим воином, хоть всадником. При этом всё ещё достаточно лёгкое, чтобы при крайней необходимости его можно было метать. Короче, универсальная штука.
— Длинная пехотная пика. Уже куда более массивное копьё длиной 3–6 метров, как правило с трёх или четырёхгранным наконечником, оптимизированным для пробития брони. Из-за размера и веса пользоваться пикой можно уже только двумя руками, но и то, владение ею требовало преизрядной силы.
Собственно, именно пика стала тем оружием, с которым стойкая и дисциплинированная пехота положила конец господству рыцарской конницы на полях сражений средневековой Европы. Множество упёртых противоположными концами в землю пик останавливали натиск даже самых тяжело бронированных всадников. В то же время пика вполне прилично показала себя и в противостоянии пехоте, оставшись универсальным оружием до самого распространения огнестрельного оружия и появления армий линейного строя.
Ещё пара слов по поводу перерубания пик. Как видно на фото, специально для любителей это делать вблизи наконечника древко усилено железными полосами. Кроме того, перерубить жёстко закреплённую (или лежащую на земле) пику это одно, а сделать то же самое «на весу» — совсем другое. Так что это дело гораздо труднее, чем кажется.
— Рыцарский лэнс, вершина развития кавалерийского копья. 3–5 метров длиной, с наконечником сначала листовидной, а впоследствии — гранёной или шиловидной формы. Странный конус с обратной стороны служил противовесом, смещающим центр тяжести к рукояти и
