Эта была техника цикла луны — стихии молнии, но Калия не помнила, чтобы кроме ее отца в клане кто-либо обладал мастерством обращения со стихией молний. Обернувшись по сторонам, девушка поняла, что кроме старого мастера рядом никого, а значит молнии породил он, но как ему удалось активировать технику, не сложив ни единой печати руками?
Рядящими волнами молнии побежали к центру круга. Калия судорожно стала складывать печати защиты, но было поздно. В долю секунды молнии приняли образ китайского дракона, и девушка потеряла сознание.
— Она такая красивая…
— Ага. Я не видел таких девочек…
— Болван, она не девочка. Она взрослая.
— Шшш…тише вы…
Калия медленно открыла глаза. Она находилась в комнате, в одном из помещений монастыря. Девушка лежала на токонома, на нише в стене. Такие ниши были популярны в традиционных японских жилищах. Пол был устлан татами, а дверь перегородка фусума была слегка приоткрыта. Девушка перевела взгляд на окно сёдзи и поняла, что уже вечер. Беспокойство нахлынуло на нее, стоило ей обнаружить, что ее одежда лежала в углу. Все оружие забрали. А без своего меча, сюрикенов, кунаев и дымовых бомб, Калия чувствовала себя не в безопасности.
Рядом с ней находились дети. Заметив, что гостья пришла в сознание и открыла глаза, они резко встали и попытались убежать. Калия ловким движением поймала девочку за руку: — Где я?
— Монастырь Катманду госпожа, — ответила девушка.
— Год?
— 1961 год.
Калия прикусила губу. Она так надеялась, что все случившееся было лишь плодом грез. Но это было не так. Девушка действительно застряла в прошлом. Прочистив горло, Калия обратила внимание на свою руку. Она дрожала. Побочный эффект контакта с элементом молнии.
— Магистр сказал, вы одна из нас, — решилась заговорить девочка. Она была одета в классическое кимоно клана Полумесяца, волосы убраны в конный хвостик, а на щеке наблюдался легкий синяк тренировок.
— Одна из вас? — переспросила Калия.
— У вас метка полумесяца, — девочка взглядом указала на запястье Калии. Последняя машинально развернула руку. На бледной коже виднелись два скрещенных куная на фоне полумесяца. Только ученики, полностью завершившие обучение получали эту метку. Ты не можешь называть себя «тенью» и быть полноценным членом клана если не имеешь такую метку.
— Мне не терпится получить свою метку. Через шесть зим я тоже стану тенью! — громогласно объявила девочка. Калия смотрела на нее без эмоционального взгляда. Одна лишь мысль о получение метки не на шутку будоражило девочку, но Калия знала, что только один из пяти детей способен пройти испытание и получить такую метку. Тенью из Катманду мог стать только лучший, сильнейший ученик. Остальные получали травмы или умирали.
— Я уверена, ты станешь тенью, — Калия ослабила свою хватку и отпустила руку девочки. Из дверного проема на нее смотрели три пары глаз. Двое мальчиков и одна девочка. Один из мальчиков сделал неловкий жест подозвав к себе собеседницу Калии. Девочка подбежала к двери и нагнулась. Слух Калии услышал вопрос мальчика: — Ты спросила ее?
— Спросила о чем? — тут же насторожилась Калия. Она приподнялась со своего места и уселась, разминая свои плечи и шею. На ней была легкая матерчатое платье.
— Следы на вашей спине, ногах, по всему телу, — робко начала девочка: — Вы сражались со злом? Он хочет знать, что может оставить такие следы?
Калия остановила взгляд на мальчике в дверном проеме. Вновь обратив внимание на нити мальчика, Калия невольно кивнула подозвав его к себе. Тот не решался подойди, но любопытство все же взяло вверх. Протиснувшись в дверной проем, мальчик сделал несколько шагов по холодному татами и встал рядом с девочкой.
— Как тебя зовут? — Калия не ожидала, что ее вопрос прозвучит так грубо. Ей стоило бы прочистить горло.
— Кута, — ответил мальчик. Сомнений не было. Перед Калией действительно стоял ее отец. Десятилетний мальчик, будущий магистр ордена Катманду и личный садист Калии стоял перед ней робко перебирая ноги, чтобы не чувствовать холод татами.
— Следы, которые вы видели, оставил мой отец, — холод в голосе Калии был способен заморозить пылающее сердце влюбленного человека.
— Ваш отец? — спросил Кута.
— Да. Это было частью моей подготовки. Он бил меня. Заставлял выстаивать на одной ноге часами под проливным дождем. Кормил меня черствым хлебом если я выполняла задание успешно и не кормил в случае поражения. Ты хочешь знать, что оставляет такие следы? — Калия резко встала на ноги: — Хочешь знать откуда шрамы на моей спине? — Калия даже не заметила, как крепко схватила мальчика за горло. Лишь когда его лицо налилось багровым оттенком, девушка осознала, что перешла границу. Резко отдернув руку, она отшагнула назад. Мальчик схватился за горло. Его глаза налились слезами и пробежав мимо он проскочил через дверной проем. Остальные дети тоже испугались и оставили Калию одну. Упав на колени, Калия уткнулась лицом в ладони и сделала несколько глубоких вдохов.
— Призраки прошлого преследуют тебя дитя, — прозвучал голос за спиной.
— Сейчас мои призраки живее всех живых, — ответила Калия. Она не обернулась, но знала, что за ней стоит тот старый мастер.
— Из какого ты времени? — такой вопрос девушка услышать не ожидала. Обернувшись, она пристально вгляделась в лицо мастера. Его правый глаз блеснул. В его теле присутствовала та же жидкость, что циркулировала в кровеносных сосудах Калии.
— Откуда вы поняли, что я не из этого времени?
— Сущность Луны из Мира Духов, — ответил мастер. Он прошел к углу, где находился небольшой чайник и усевшись в позе лотуса поставил стеклянный чайник на почти невидимое пламя печи. Послышался тихий всплеск воды. Несколько минут оба собеседника сохранили молчание.
— Что значит Сущность Луны из мира духов? — Калия насторожилась. Она никогда не слышала такой порядок слов. Хотя удивляться было нечему, ведь как оказалось Калия многого не знала про свой клан. Стало слышно, как в чайнике закипает вода.
— В твоем глазу. Жидкость, что течет в твоем теле, это Сущность Луны из мира духов. Как ты можешь быть Хранителем Мира Духов, если даже не слышала об этом? — в этот момент засвистел вскипевший чайник. Пока Калия думала над
