Читаем без скачивания Ремарк и миражи - Андрей Бондаренко

— Откуда, милый, ты узнал об этом? — удивилась супруга. — Давай, рассказывай.

И Роберт, неторопливо шагая вдоль пустынной дороги, рассказал — всё-всё-всё. Про перестрелку в Бельграно и про погоню по пампе за «ложным» автомобилем. Про появление Алекса Никоненко и про его своенравную дочку Луизу. Про поимку Барракуды-младшего и про его показания, полученные с помощью «сыворотки правды» шестого поколения. Про «волшебное воскрешение» Ганса Моргенштерна и про многочасовую беседу с ним. Про свои ночные аналитические бдения и про сделанные выводы. Про утренний «маньячный» звонок и про неожиданное исчезновение из Буэнос-Айреса всех подозреваемых.

— Целый ворох новостей, — восхищённо покачала головой Инэс. — Да ещё каких. Прямо-таки, сногсшибательных…

— Гав-в! — поддержал её Рой.

— Попробую, милый, подытожить…. Во-первых, я ужасно рада, что твой заслуженный дедуля жив. Во-вторых, мы, похоже, столкнулись с откровенно-нетипичным случаем.… Как я помню из твоих познавательных лекций, маньяки делятся на «властолюбцев», «сластолюбцев» (они же — «гедонисты»), «визионеров», «каннибалов» и «миссионеров». Но к какому же типу относится наш…э-э-э, наш фигурант? Или же фигурантка?

— Это, действительно, особый и очень редкий случай, — горделиво улыбнулся Роберт. — Мы с тобой, любимая, столкнулись с «маньяком-эстетом-охранником»…. Привожу конкретный жизненный пример. Допустим, что есть некий художник, рисующий свои картины в необычной и нестандартной манере. Мол, он так нетипично и по-особенному видит окружающий его Мир. А у этого художника, в свою очередь, имеется преданный-преданный поклонник. То есть, фанат. Но подлые журналисты, репортёры и критики не желают признавать гениальности живописца: активно травят его в прессе и регулярно публикуют только насквозь ругательные отзывы об его творчестве. А мастер по этому поводу очень сильно переживает и комплексует. И тогда на сцену выходит его верный почитатель-маньяк. То есть, «охраняя» душевный покой своего обожаемого кумира, он начинает убивать всех этих гадких и бессовестных журналюг…. Вот, и наш «клиент» поступает аналогично. Только «охраняет» он не конкретного человека, а некий природно-исторический ландшафт под общим названием — «развалины древней крепости Кельчуа»…. Думаю, что ситуация развивалась следующим образом. Существует некий человек, обожающий отдыхать-медитировать на старинных крепостных плитах, густо поросших тёмно-фиолетовыми и ярко-жёлтыми лишайниками. Причём, только он один знает путь, ведущий к Кельчуа. Так сказать, классический монополист. И человек наслаждается всем этим. То есть, монопольными медитациями и полным одиночеством…. И, вдруг, в продажу поступает книга «Неизвестный эскадрон», в которой, в частности, мой дед рассказывает об операции «Круппендорф», проведённой в далёком 1957-ом году бойцами спецслужбы «АнтиФа». И не только рассказывает о сути данной операции, но и описывает (правда, вскользь), маршрут, по которому тогда продвигалась его диверсионная группа. А также упоминает и о развалинах крепости Кельчуа, рядом с которыми они сделали двухчасовой привал…. Казалось бы, ерунда. Мол, описание маршрута достаточно-поверхностное и расплывчатое. Но Дитер Кастильо, автор романа, чётко пишет в предисловии: — «Рабочего материала собрано очень много. И, вполне вероятно, что у романа будет продолжение, в котором некоторые моменты будут раскрыты более полно, подробно и развёрнуто…». «Какие ещё моменты?», — запаниковал наш любитель монопольных медитаций. — «Неужели, речь идёт о детальном описании пути-маршрута к Кельчуа?». Запаниковал и тут же слегка «заманьячил»…. А в этот момент, как назло, на сайте «Клуба четырёх» появилась информация о том, что аргентинские археологи, ознакомившись с содержанием романа «Неизвестный эскадрон», решили кардинально пересмотреть свои рабочие планы — по раскопкам на ближайшие годы. Более того, там говорилось открытым текстом, мол: — «Теперь поиски древней крепости Кельчуа — наш основной и главный приоритет…». На этом «формирование» маньяка завершилось, и начались «охранные» ритуальные убийства. Мол: — «Не позволю, чтобы всякие и разные разгуливали по заветным развалинам и переворачивали каменные плиты…». Почему первым был убит именно Марк Бронштейн, проживавший в Уругвае? Наверное, потому, что он, судя по тексту романа, являлся самым «разговорчивым» из его героев…. Потом, по предложению мудрой Мары Сервантес, была инсценирована смерть моего дедули. Маньяк, не понимая сути произошедшего, насторожился. А тут и мы прибыли в Буэнос-Айрес: начали усердно «копать», встречаться с разными людьми и даже наладили контакты с обычно-нелюдимым Дитером Кастильо…. Что делать в такой подозрительной и скользкой ситуации? Конечно же, старательно «заметать следы». Зачем к «заметанию» был привлечён Барракуда-младший? Это, как раз, просто. Маньяки убивают лично, только когда есть возможность соблюсти некий ритуал, сложившийся в конкретном «маньячном» подсознании. А время поджимало, с соблюдением ритуала наметились некие трудности-сложности. Вот и пришлось обратиться за помощью к наёмному киллеру…. Но задуманное — по различным причинам объективного и субъективного толка — сорвалось. Тут и осень наступила…. И где сейчас, по твоему мнению, находится разыскиваемый нами злодей?

— Активно медитирует на развалинах древней крепости? — предположила Инни.

— Девяносто девять процентов из ста.

— В одиночестве — медитирует?

— А, вот, здесь — спорный момент, — засмущался Роберт. — Понимаешь, теоритически все маньяки являются убеждёнными и упёртыми одиночками. Но куда же тогда подевались — из Буэнос-Айреса — две пожилые сестры, рыжеволосый репортёр, его толстомясая сестра и женоподобный криминальный инспектор? Почему не отвечают их мобильные телефоны? Странная, согласись, ситуация…. У тебя, кареглазка, есть дельные соображения по этому поводу?

— Имеются, — подтвердила Инэс. — Ты же сам говорил, что в самом начале этой истории «наш» маньяк был совершенно-нормальным человеком?

— Ну, не совсем нормальным. Просто его «маньячная сущность», так сказать, «спала». А потом, после известных событий, «проснулась».

— Нормальный вариант…. Делаю следующее смелое предположение. Существовала (скорее всего, и до сих пор существует), некая тайная секта, состоящая из пяти человек, члены которой обожали (и обожают), медитировать на заветных крепостных развалинах. Медитировали и медитировали в своё удовольствие, никого не трогая. Но потом вышел роман «Неизвестный эскадрон», резко активизировались любопытные археологи из «Клуба четырёх», и — в результате — у одного из сектантов «снесло крышу». Или же у сектантки. А после этого начались «охранные» убийства…

— Подожди, родная. Не торопись, — попросил Роберт. — Ты, что же, хочешь сказать, что сейчас на развалинах Кельчуа находятся все пятеро? То есть, четыре обычных человека и один законченный психопат?

— Вполне логичный вариант.

— А ещё и очень неприятный. В том смысле, что чреватый — в плане четырёх потенциальных трупов…. Если, конечно, не пяти. Ведь, ещё есть и Лусия Месси, сбежавшая секретарша покойного писателя Дитера Кастильо. Вдруг, она тоже как-то связана со всеми остальными? Откровенно-непростой расклад…. Что теперь делать?

— У тебя же есть служебная «эскадронная» бляха. Можно вернуться в местный аэропорт и, предъявив её, выяснить, кто из фигурантов — в ближайшие дни — прилетал в Мендосу.

— Это — ровным счётом — ничего не даст. Добраться до Кельчуа, как меня уверял дед, можно и с чилийской стороны. Мол, так даже проще и короче. А граница между Чили и Аргентиной сейчас весьма условна, безлюдна и практически никем не охраняется.

— Поставим в известность «Эскадрон»? — предложила Инни. — Пусть разбираются, раз такие крутые…

— Не пойдёт, — отрицательно помотал головой Роберт. — Все армейские структуры, как правило, действуют сугубо прямолинейно, широко используя разнообразную технику. То бишь, вездеходы, внедорожники и вертолёты. Шум, обязательно, поднимется. То есть, шум, могущий испугать «нашего» маньяка и спровоцировать его на активные действия. Поэтому я сам найду Кельчуа, а после этого…

— Что ты только что сказал, Робби? — в голосе Инэс обозначилась булатная сталь. — Ты — сам? Стопроцентно непроходной вариант. Либо мы вместе выдвигаемся на маршрут. Либо я прямо сейчас — через Танго — «сдаю» всю информацию «Эскадрону». Выбирай. На размышление отпущено ровно две минуты. Время пошло…

Глава четырнадцатая. Карта и «шляпный» магазин

— Ладно, обойдусь и без двух предложенных минут, — понимающе улыбнувшись, решил Роберт. — Вместе, так и быть, отправимся на поиски Кельчуа. Тебя, ведь, не переспорить, сколько не старайся…

— То-то же, — победно улыбнулась жена. — Тогда разворачиваемся и возвращаемся в гостиницу.