Читаем без скачивания Северная война или блицкриг по-русски - Вячеслав Красиков

Через 2 недели эскадра Апраксина — фон Гофта вновь вышла в крейсерство, которое продолжалось до 31 августа. На этот раз в районе Аландского архипелага удалось захватить встреченную 24-пушечную шведскую шняву «Поллукс» с экипажем в 66 человек. Этим скромным трофеем достижения и исчерпываются.

Затем боевые действия, по сути, прекратились. В начале 1718 г. данное положение было зафиксировано не только «де-факто», но и «де-юре» — на Аландских островах между Россией и Швецией начались мирные переговоры.

То, что обе стороны посредством вооруженных сил не могли решить свои главные задачи (для Швеции таковой являлась проблема возвращения потерянных провинций, а для России — юридическое признание ее завоеваний), превращало дипломатические переговоры в очень сложный процесс. Аландский конгресс длился почти год, но согласовать окончательные условия так и не удалось.

Тем временем произошло событие, кардинально повлиявшее на развитие сложившейся ситуации. 11 декабря 1718 г. во время похода в датскую Норвегию погиб Карл XII. Наследники шведского короля тоже хотели найти выход из войны, но не посредством прямого договора с Россией, а путем урегулирования отношений с Англией. Шведское правительство надеялось, что при поддержке столь мощной державы удастся убедить царя в необходимости смягчения выдвинутых им условий мира. Эта ситуация спровоцировала новую вспышку боевых действий.

К тому времени русский флот открытого моря хотя и приобрел кое-какой опыт, но численно не возрос, а даже уменьшился. Как уже упоминалось, в 1715-1718 гг. корабли за границей не приобретались, собственными же силами суда строились долго и дорого. После смерти Выбе Геренса в Архангельске боевые единицы закладывать прекратили, и все российское военное кораблестроение сконцентрировалось в Петербурге. Здесь каждый год, взамен потерянных и сгнивших, собиралось большое количество разных гребных судов. Но это были небольшие примитивные конструкции, а вот с крупными парусниками дело обстояло сложнее.

В 1715 г. только Ричард Козенц сумел ввести в строй два линкора — 64-пушечные «Ингерманланд» и «Москву». На их месте этот же мастер заложил два очередных «младенца» — 70- и 90-пушечный линкоры. Осип Най сдал армейскому флоту бомбардирский корабль — 6-пушечный «Юпитер» и заложил еще одно аналогичное судно. На этом список пополнений заканчивался и начинался перечень потерь. В середине лета от удара молнии погибла совсем новенькая 60-пушечная «Нарва». Осень того же года стала последней в короткой (всего 5-летней) службе 50-пушечного «Пернова». Недостатки отечественной постройки больше не позволили линкору выходить в море. Так же, как и 32-пушечному фрегату «Святой Павел», разобранному на дрова из-за «худости» тоже всего через 5 лет после спуска на воду.

В 1716 г. в строй вообще не ввели ни одного крупного корабля[94]. Правда, на стапелях заложили целых 7. Два 66-пушечных начал строить Най, два 80-пушечных — Рамз, еще по одному такому судну основали Козенц и Скляев. А 90-пушечный принялся собирать Броун. Эта кампания также не обошлась без потерь. В ревельской гавани во время шторма разбились 50-пушечные линкоры «Святой Антоний» и «Фортуна». Закончил свою недолгую службу еще один архангельский 32-пушечный фрегат «Святой Петр», всего через год повторивший судьбу соломбальского близнеца[95].

В 1717 г. Броун и Скляев наконец-то сдали флоту «долгострои» — 68-пушечный «Ревель» (свыше 5 лет постройки!) и 70-пушечный «Святой Александр» (3 года строительства). Новых судов в течение года не закладывали, а в потери пришлось занести 52-пушечный «Гавриил», прослуживший всего 4 года, но из-за качества российской сборки больше не имевший возможности выйти в море. Пришлось продать на слом и получивший в шторм серьезные повреждения 50-пушечный «Оксфорд». Кроме того, в конце лета на мель села 54-пушечная «Полтава». Линкор удалось спасти, но его ремонт оказался равен постройке нового судна и затянулся до самого конца войны. «По гнилости» расстались и с купленным 3 года назад по дешевке старым английским 44-пушечным фрегатом «Ричмонд».

В 1718 г. в строй опять ввели всего два корабля — 70-пушечный «Нептунус» и 90-пушечный «Лесное» (3 и 4 года постройки соответственно). Заложили тоже только два — 66- и 70-пушечный. Выбыли же из состава флота за эту кампанию 3 линкора — 50-пушечная «Рига» (8 лет службы), 52-пушечный «Михаил Архангел» (5 лет службы) и старик-англичанин 70-пушечный «Леферм». Впрочем, британец после ремонта прослужит еще более 15 лет, а вот «чадам» отечественных верфей помочь уже ничего не могло. Море они больше не бороздили.

Все это, безусловно, сказалось на потенциале русского флота. Тем не менее, к окончанию Аландского конгресса он без всяких сражений обрел подавляющее количественное преимущество над противником, поскольку экономическое напряжение вооруженной борьбы острее сказывалось на бедной ресурсами скандинавской стране. Шведы не только перестали строить новые корабли, но даже поддерживать боеспособность большинства старых вымпелов уже были не в силах.

У ЧУЖИХ БЕРЕГОВ

КАМПАНИЯ 1719 г. Последние военные усилия Карла XII окончательно подорвали все шведские ресурсы. Численность населения бывшей «Владычицы севера» упала ниже отметки 1,3 млн. человек (в России по переписи 1718 г. проживало 15,5 млн.). Швеция начала скатываться к экономическому краху. Все это в равной мере относилось и к тем сторонам жизни страны, которые соприкасались с морем. Например, из 775 торговых судов, приписанных к подвластным Стокгольму портам в 1697 г., спустя 20 лет осталось только 209. Соответственно все ниже падала и мощь шведского военного флота. К кампании 1719 г. он состоял всего из 11 линейных и 4 бомбардирских кораблей, 8 фрегатов, 2 бригантин. Причем эскадра из самых боеспособных кораблей (5 линкоров и фрегат), наиболее полно укомплектованных вооружением и экипажами, ушла патрулировать район датских проливов.

Русский флот к весне мог выйти в море в составе 21 линкора, 6 фрегатов и 6 шняв (1670 пушек, 10 000 матросов). Армейские флотилии имели 3 прама, 2 бомбардирских корабля, около 10 небольших парусников, 132 галеры и скампавеи, а также свыше 100 гребных судов других типов. Их вооружение составляли до 1000 пушек, а экипажи вместе с десантниками насчитывали около 30 000 человек.

Так как после смерти Карла XII перспективы мира со Швецией вновь обрели туманные очертания, Петр I приказал флоту возобновить активные боевые действия. Исполняя этот приказ, 11 мая из Ревеля вышел отряд из 7 кораблей под началом командора фон Гофта. Он хотел высадить небольшой десант на остров Эланд, но, заметив в море шведские корабли, отказался от своих намерений.

26 мая для крейсерства в центральной части Балтийского моря из Ревеля вышли 6 линкоров и шнява, которыми командовал капитан 2-го ранга Наум Сенявин. 4 июня у острова Эзель русские суда встретили неприятельский отряд, состоявший из линейного корабля, фрегата и бригантины. Сенявин приказал поднять шведские флаги, введя этим противника в заблуждение, подошел на близкое расстояние и затем неожиданно атаковал.

БОЙ у острова Эзель. 4 июня

Русские (капитан 2-го ранга Сенявин) — шесть 52-пу-шенных линейных кораблей («Портсмут», «Девоншир», «Ягудиил», «Уриил», «Рафаил», «Варахаил»), 18-пушечная шнява «Наталья». Всего 330 пушек, 1930 человек.

Шведы (командор Врангель) — 52-пушечный линейный корабль «Вахмейстер», 32-пушечный фрегат «Карлскрон-Вапен», 12-пушечная бригантина «Бернгардус». Всего 96 пушек, 387человек.

Бой длился около 7 часов.. На его исход повлиял счастливый для русских случай. Корабль Сенявина во время перестрелки был поврежден и вынужденно повернул в сторону врага, прорезав его строй. В результате отряд противника оказался разделенным, и появилась возможность вести мощный продольный огонь по шведскому фрегату, после чего тот спустил флаг. Видя, что ей не хватает скорости для бегства, сдалась и бригантина. Оставшийся в одиночестве скандинавский линкор не смог выдержать дуэли с численно превосходящей погоней и тоже капитулировал.

Потери:

Русские — поврежден линкор «Портсмут», 9 человек убито, 9 ранено.

Шведы — сдались все три вымпела, 50 человек убито, 337 попало в плен (из них 14 ранено)[96].

Убедившись, что у шведов для крупномасштабной морской войны нет сил, Петр I приказал своим морякам смелее действовать против торгового судоходства неприятеля и готовиться к высадке десантной армии на территорию Скандинавии. В конце весны — начале лета русские крейсера сумели захватить в центральной Балтике 19 шведских купеческих кораблей. Тем временем основная часть русских военно-морских сил начала выдвигаться к Аландскому архипелагу в район острова Лемланд, откуда и планировалось совершить вторжение в Швецию. Парусным флотом (21 линкор, 5 фрегатов, 14 более мелких кораблей) командовал Петр I, а гребным (до 230 судов с 26 000 десантниками) руководил генерал-адмирал Апраксин.