Глава 12
Сэр Генри был в библиотеке, когда к нему заглянул лакей. И по тому, как тот замялся в дверях, переминаясь с ноги на ногу, как кусал губы, что немыслимо для вышколенного слуги, граф Фрамберг понял, что случилось нечто из ряда вон выходящее.
— Что происходит, Джон?
Всех лакеев в их дома всегда звали Джонами или Мэтью, чтобы не путаться и не тратить время на запоминание новых имен. Точно также все горничные звались Мэри, а камеристки жены и дочери — Джейн или Джен.
— Сэр, — Джон облизнул губы и продолжил уже спокойнее, — там прибыл… отряд зачистки.
— Что?
— Чистильщики, сэр.
Газета, которую просматривал сэр Генри, внезапно показалась ему такой тяжелой, словно каждая буковка была не отпечатана, а отлита из свинца и приклеена к бумаге. Пришлось положить ее на стол.
— Чистильщики? Откуда они взялись?
— Не могу знать, сэр. — лакей вытаращил глаза, расправляя плечи и замирая по стойке «смирно». Впрочем, что с него взять? Типичный служака, ничего не в состоянии понять и уяснить, кроме своих обязанностей.
Да, но чистильщики… Будучи членов палаты лордов, сэр Генри Фрамберг в свое время голосовал за создание службы контроля и зачистки, которая изначально создавалась как вспомогательный отряд полиции, специализирующийся исключительно на мутантах. Кого в нее будут набирать, как обучать и кому служба зачистки будет подконтрольна, а также ее внутренний устав и распорядок работы утверждался отдельно, в Министерстве внутренних дел совместно со Скотланд-Ярдом. Сэр Генри не вникал во все эти тонкости, и сейчас корил себя за рассеянность. А ведь надо было поинтересоваться ее работой. Хотя бы уточнить, кому чистильщики подчиняются и, самое главное, как и кто может их вызвать. Ведь не сами же они явились сюда.
Обо всем этом сэр Генри думал, спускаясь на первый этаж. Лакеи не осмелились не впустить незваных гостей, но остановили их в холле у самого порога. Для любого другого гостя это было неслыханное оскорбление, даже полицейских, хоть и пускали с черного хода, провожали в одну из малых гостиных и могли даже напоить чаем в буфетной. Но проводить чистильщиков в гостиную. Но предложить чистильщикам чаю.
Бригада была невелика. Впереди замер невысокий худощавый бледный тип в плаще до пят, с надвинутой на глаза плоской шляпой, делавшей его похожим на сельского священника. То есть, он должен быть бледным, если судить по заостренному подбородку — все остальное скрывала носатая полумаска, словно нарочно, сделанная довольно уродливо. Чистильщик держал обе руки в карманах плаща и поводил носом из стороны в сторону, словно что-то вынюхивая и высматривая. За его спиной замерли трое громил высотой не менее шести футов, да еще с двумя-тремя дюймами сверху. Их наряд чем-то напоминал жандармские мундиры, разве что без шевронов и знаков отличия. Между ними топтался священник, который единственный во всей группе выглядел удивленным и явно недоумевал, что происходит.
Но это все было потом. Спускаясь, сэр Генри столкнулся с женой. На леди Элинор не было лица, она ломала руки, не находя себе места.
— Что происходит, Генри? — отчаянным шепотом вопросила она. — Кто все эти люди? Зачем они здесь?
— Я не знаю, дорогая, — ответил тот. — Но собираюсь все выяснить…
— Пожалуйста, Генри…
Но граф только отмахнулся от жены, оставив ее на лестничной площадке между первым и вторым этажами и спустившись к чистильщикам в одиночестве.
— Здравствуйте, господа. Чем обязан? — холодно поинтересовался он.
Низенький человечек в плаще кивнул головой, что должно было означать приветствие.
— Сэр Генри Фрамберг, восьмой граф Торнхольд? — произнес он невыразительным голосом.
— Да, это я. А…
— Шестой отдельный отряд зачистки, — чистильщик небрежным жестом указал на своих спутников. — Поступила информация о том, что в вашем доме находится мутант…
Голос его замер на вопросительной ноте — мол, мы сами удивлены, как такое могло случиться.
— Мутант. И…
— Согласно постановлению правительства и личному указу Ее Величества королевы Анны, в целях обеспечения безопасности граждан Британии и в целях воспрепятствования распространения заразы, все мутанты подлежат обязательной депортации за пределы острова и строжайшей изоляции. Мы прибыли для того, чтобы произвести изъятие упомянутого мутанта и препровождения оного в резервацию вплоть до особого распоряжения или выздоровления оного.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Кто вам сообщил о наличии… упомянутого мутанта? — сэр Генри постарался добавить в голос побольше сарказма.
— Увы, кодекс запрещает нам разглашать некоторые сведения. Буде информатор откажется сообщать свое имя, мы обязаны пойти навстречу пожеланиям информатора.
Что ж, умно. Особенно если информатор боится мести.
— Сударь, вас ввели в заблуждение. Никакого опасного мутанта в моем доме нет. Есть моя дочь, мисс Роза Фрамберг…
— Да-да, нам о ней и сообщали — мол, дочь графа Торнхольда больна и представляет угрозу для окружающих не только как источник заразы, но и как…м-м… агрессивно настроенная сущность. Доказано, что мутанты разной степени заражения опасны для людей, они нападают на них, в результате чего бывают человеческие жертвы…
— Роза не представляет опасности…
— Позвольте с вами не согласиться, — маленький человечек говорил тихим ровным голосом, и от этого мороз бежал по коже. — За последние полгода было зарегистрировано девяносто четыре случая нападения мутантов на людей. В девяноста двух случаях имели место человеческие жертвы… среди мирного населения. В общей сложности пострадало триста семнадцать человек. Большинство были убиты или скончались позднее от тяжелых ран.
— Но Роза пока не… — сэр Генри осекся, сообразив, что чуть было не подписал своей дочери приговор. Одно-единственное словечко «пока…»…
— Роза находится под строжайшим присмотром. — отчеканил он. — Ей обеспечен надлежащий уход.
— Строгий присмотр и действительно надлежащий уход заболевшему мутанту может быть обеспечен только в резервации и одном из расположенных на ее территории изоляторов. Здесь вы просто не сможете создать нужные условия…
— Мы постараемся.
— Сэр Генри, вы умный человек. Вы должны понять, что это — единственный выход. Мы явились, чтобы забрать мутанта…
— Вот и забирайте где-нибудь еще, — отрезал тот. — А Розу я вам не отдам. Я не допущу, чтобы мою дочь поместили в какую-то резервацию, словно нелегальную эмигрантку.
— Но таков закон.
— Закон в моем доме — я. И я приказываю вам немедленно удалиться.
— Глупец…
— Вы забываетесь. Я могу приказать слугам вышвырнуть вас вон. — сэр Генри нарочно повысил голос, чтобы домашние могли услышать хотя бы часть диалога.
— Это неразумно, — маленький человечек, тем не менее, попятился, — вы не отдаете себе отчета… Закон на нашей стороне. Если мы и удалимся, то только для того, чтобы вернуться. Уже с приказом об аресте упомянутого мутанта.
— И кем будет подписан этот указ? Премьер-министром? Старшим инспектором Скотланд-Ярла? Министром внутренних дел? Лично ее величеством? Так или иначе, я знаю всех этих людей и найду, что вам противопоставить.
— Его светлостью сэром Джоном Макбетом.
Имя заставило сэра Генри удивленно оцепенеть. Выходит, недавно мало, кому известный алхимик — лет двести миновало с той поры, как Макбеты последний раз играли значительную роль при дворе, но потом их звезда закатилась, и если бы не «Макбет Индастриз», не воссияла больше никогда — был сильнее самой королевы?
— Хорошо, — услышал он свой голос. — Я встречусь с лордом Макбетом. И тогда посмотрим, кто кого.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Чистильщик лишь поклонился, сгибаясь чуть ли не пополам.
— Мы не прощаемся, — только и изрек он.
Священник выходил последним. Он обернулся на сэра Генри, шевельнул губами, словно пытался что-то сказать, но осекся. Хлопнула дверь.
Несколько секунд сэр Генри стоял, словно оглушенный тишиной, а потом повернулся и медленно стал подниматься на второй этаж.
