Московских или Нарвских?
Им нынче небеса низки!
Идут гвардейские полки!
Пробуждение
Она давно лишилась слуха,
но взрывы чуяла нутром.
Молилась истово старуха,
за всех молилась,
а потом —
всё реже…
Оставляли силы,
костлявый голод шёл, разя.
Нет!
Для молитвы сил хватило бы,
да стало ясно, что – зазря!
…И в смертный час,
презрев обычай,
поднявшись с ложа своего,
в иконный угол пальцем тыча,
она шептала:
– Нет его!
Не допустил бы этот ужас!.. —
Молчали жители икон.
– А если есть,
и равнодушен
к людским страданьям,
бог ли он?!
Они и мы
Настраиваясь на прогулку,
на картах стрелки австострад
они чертили:
«К ПЕТЕРБУРГУ!»
Но встал навстречу
ЛЕНИНГРАД!
И выдержал,
и, измождённый,
пошёл,
собрав всю силу,
в бой.
Потом стоял освобождённый
и над могилами сражённых
рыдал салютом над Невой.
Марина Кузнецова
«Вечен огонь нашей памяти»
Поколение, к которому относился Вячеслав Викторович Ефимов, взявший себе творческий псевдоним «Всеволодов», успело застать в живых фронтовиков повсюду: в семье, в школе, на работе, в высшем учебном заведении.
Ныне журналисты и педагоги сожалеют о том, что нет мужчин-учителей в школьных классах. Во времена же детства Всеволодова учителей-мужчин было более 50 %. Скромность им не позволяла носить на пиджаках боевые ордена и медали, но орденские планки носили на уроки все. Поэтому можно точно сказать, что Всеволодов вырос и воспитывался в атмосфере почитания фронтовиков, которые щедро делились с ребятами, особенно с мальчишками, своим житейским и боевым опытом, что, как правило, совпадало. При этом, в отличие от современных газетчиков, телевизионных журналистов и кинематографистов игрового кино, всякого рода ужасы и натуралистические подробности они не выпячивали.
В том заводском цеху, куда пришел работать, чтобы стать токарем, юный житель Петроградской Стороны, больше трёх четвертей станочников были фронтовиками, и уже тогда недавний восьмиклассник записывал наиболее яркие устные рассказы товарищей по работе, а сам со своими врождёнными способностями актёра и декламатора читал им в обеденные перерывы стихи и даже небольшие отрывки из прозы.
Впоследствии один из ровесников Вячеслава Всеволодова, работник аппарата правления Ленинградской писательской организации, при встрече с Николаем Тихоновым поведал ему о том, что его друг читает с эстрады наизусть блокадные рассказы Тихонова и даже инсценировал его замечательный рассказ о прорыве блокады «Старый военный». Н. Тихонов был очень благодарен и тронут его вниманием.
На том предприятии, в газете которого дебютировал Всеволодов, мужчин оказалось немного, но вот среди женщин было немало блокадниц и участниц Великой Отечественной войны.
Среди его первых интервью особенно выделяется то, которое он взял у обычной работницы, профсоюзной активистки, которой судьба в годы войны и блокады повелела стать редактором газеты блокадного предприятия. И вот это-то интервью, по меткому наблюдению Вячеслава Викторовича, и составляло уже основу не просто рядового журналистского материала, а полнокровного художественного очерка. Так и родился первый очерк из цикла «Рубежный камень» – «Как дороги наши люди». Этот заголовок автор всегда печатал в кавычках, так как это прямая цитата одного из писем с фронта в блокадный Ленинград. В скобках обозначено и второе название – «Письма нашей Наташи». Самое удивительное в том, что Наташа, автор этих писем с фронта в блокадный город, – родная дочка блокадного редактора многотиражной газеты «Фронтовая подруга». Вообще, все факты из этого очерка строго документальны, точны и выверены по нескольку раз, и письма, и редакционные ответы на эти письма.
…Шестой этаж «Лениздата». Мало кто из газетчиков городских и областных заглядывал в эти комнаты. Там было царство журналистов многотиражной печати. Стоит напомнить, что Ленинград тогда занимал первое место в стране по числу многотиражных газет, их выходило почти 170. Именно там у них был своеобразный штаб, принимались в цинкографию фотографии, именно оттуда дежурных вызывали на участки вёрстки, а в свободные редкие минуты шёл активный обмен мнениями, новостями и, без преувеличения можно сказать, и творческого опыта. Там же редакторы подбирали себе сотрудников, ибо была здесь своеобразная биржа труда. И вот именно там Вячеслав Всеволодов познакомился с признанным лидером многотиражной печати, легендарным фронтовым корреспондентом ЛенТАСС И. М. Анцеловичем.
Старый фронтовой журналист обратил внимание на начинающего коллегу. Его порадовала увлеченность студента-заочника историко-военной тематикой. Анцелович пригласил Всеволодова принять участие в работе Военно-исторической комиссии при правлении Ленинградской организации Союза журналистов и ввёл его в курс дела. Более того, именно в ту пору Анцелович был назначен редактором новой газеты «Связист» Ленинградского института связи имени Бонч-Бруевича. Ему срочно требовался ответственный секретарь и одновременно – корреспондент. Работа Всеволодова под руководством Анцеловича была не только великолепной производственной практикой, но и прекрасной школой жизни.
Узнав о том, что молодой сотрудник и одновременно студент-заочник задумал целый цикл очерков о фронтовиках, редактор-наставник стал ему предлагать темы, давать конкретные советы и самое главное – рекомендации, как обработать тот или иной жизненный факт.
И. М. Анцелович хотел удержать у себя в редакции молодого, инициативного, деятельного журналиста, но он прекрасно понимал, что его ученик вырос для самостоятельной, более ответственной работы. Как раз в то время В. Всеволодова пригласили на видную должность ответственного секретаря районной газеты Тосненского района. В ту пору он включал в себя большую часть нынешнего Кировского района (еще раньше он назывался Мгинским). Это были самые лютые места боев за прорыв блокады. Достаточно сказать, что в поле зрения районной газеты были крепость Шлиссельбург и легендарный «Невский пятачок».
Ответственный секретарь – это уже должность заметная, руководящая и, конечно, он не обязан был ездить по репортерским делам, но Всеволодов всегда горячо откликался на любые приглашения общественных организаций в связи с памятными блокадными датами.
Тосно – это городок, находящийся примерно в пятидесяти километрах от нашего города. Путь не очень близкий, но всё же такая работа позволяла Вячеславу Викторовичу жить в Ленинграде, а работать в Ленинградской области. Сравнительно долгую дорогу на электричке в два конца он как энтузиаст в журналистике использовал по назначению: рисовал на бланках макеты газетных полос, правил тексты, но это всё, как правило, – по дороге в Тосно, а на обратном пути поздно вечером он позволял себе заняться личным творчеством. Так что все лучшие
