— Нет. А почему?
— Ты меня вчера внимательно слушала? — вздохнул Ариэл. — Когда я рассказывал про мумии? Кайтаррцы научились заключать в тела своих мертвых их души и потом общались с покойниками. А Марек работал над созданием искусственных душ, которые можно было вселять в машины для того чтобы…
— Слышать ничего не хочу!
Вырвав руку, она прибавила шагу, но отделаться от Ариэла Боуди было не легче, чем от собственной тени. Бежать сломя голову женщине неприлично, а он со своими длинными ногами скоро догнал ее и зашагал рядом. Все, чего Агния добилась, — он больше не пытался взять под руку, но топал рядом с упрямством личного телохранителя.
На улице Гирлянд между домами на высоте второго этажа были протянуты проволочные шнуры, на которые во время празднеств и торжественных шествий вешали гирлянды — из живых цветов, свежих зеленых веток или ярких разноцветных флажков. Одним концом улица Гирлянд упиралась в Соборную площадь, а другим — в императорский дворец, что делало ее престижной для проживания.
Доходный дом Соламина находился в глубине улицы, скрытый небольшим ухоженным садом. В соседнем здании действительно находилась портняжная мастерская — не увидеть вывеску, на которой были изображены ножницы и два платья, мужское и женское, было трудно.
— Вход со двора, — предупредил Ариэл, молчавший все это время. — У тебя деньги есть?
— Э… — Агния впервые подняла на него глаза.
— Это приличный район. Во двор пускает только привратник — либо самих жильцов, либо тех, о ком его предупреждали заранее. О тебе предупреждали заранее? Нет? Значит, придется платить.
Агния кивнула. Она выросла в мире, где в то, что не в деньгах счастье, верят только богатые.
За кованой решеткой ограды виднелся ухоженный двор с каретным сараем. У ворот рядом с будкой маячил привратник. Завидев посетителей, он шагнул навстречу, протягивая руку ладонью кверху всем известным жестом просителя.
Агния полезла в ридикюль, радуясь, что не придется упрашивать и намекать: мол, мы не просто так, у нас серьезные намерения, но Ариэл опять поспел первым. Сунув в подставленную ладонь пол-империала, он холодно промолвил:
— Мы ненадолго. Нам…
— Что, небось тоже полюбопытствовать пришли? — усмехнулся привратник, рассматривая монетку.
— Нет. У нас дела.
— Ага. У них у всех тоже дела с утра. — Привратник заговорщицки подмигнул. — А сами только и спешат, что поглядеть…
— На что?
Агния посмотрела на двор. Просторный, с газоном вдоль забора и подстриженными кустами, он был полон — стояли три наглухо закрытые кареты, несколько человек из числа местных жителей толпились в сторонке, поглядывая то на распахнутые настежь двери парадного крыльца, то на стражников, прохаживавшихся между экипажами. Вертелись вездесущие мальчишки.
— На убийство! — Привратник сделал большие глаза. — На шестом этаже постояльца зарезали. Говорят, там кровищи — весь пол заляпан… Ждали только господина Соламина — без него ничего не трогали, потому как дом ему принадлежит и за жильцов он вроде как ответственен… Барышня ваша не забоится? — поинтересовался он у Ариэла. — Барышни — они чувствительные…
— Не забоится, — коротко ответил тот, беря Агнию за локоть и проводя внутрь.
— Мы не спросили, где живет Фил Годвин, — забеспокоилась та, упираясь и порываясь вернуться.
— Я примерно знаю. Как раз в среднем подъезде, на шестом этаже. Наверное, он потому и на работу не пришел, что тут такое случилось…
На первых четырех этажах доходного дома на каждой площадке располагалось всего по две массивные двустворчатые двери с именами жильцов на позолоченных табличках. Начиная с пятого этажа квартир на площадке было по три-четыре, и двери тут были попроще. Наверх вели две лестницы — широкая, покрытая ковром — для тех, кто жил на нижних этажах, и узкая — для всех остальных.
На этой узкой их в первый раз остановили два констебля:
— Куда и зачем?
— Мы идем к своему другу, — холодно ответил Ариэл, незаметно сжимая локоть Агнии, чтобы та не вздумала подавать голос. — Фил Годвин. Он проживает на шестом этаже. Мы должны были встретиться с ним и…
— Шестой этаж? — Один из констеблей сделал широкий жест. — Проходите.
И затопал по пятам, чем изрядно нервировал Агнию.
— Все в порядке, — шепнул ей Ариэл. — Это тоже на шестом этаже. Обычная предосторожность…
На площадке шестого этажа народа собралось так много, что на вошедших не сразу обратили внимание. Четверо констеблей толпились на площадке. Еще двое разговаривали с оживленно жестикулирующей соседкой. Какой-то человек в скромном сюртуке мелкого служки, присев на ступеньку, что-то быстро записывал, время от времени бросая по сторонам внимательные взгляды. Двери одной из квартир были распахнуты настежь. Оттуда доносились шаги и голоса пяти или шести человек. Громче всех раздавался надтреснутый голос, восклицавший с неподдельной тревогой:
— В моем доме! И такое! О Первопредок! За что? Какой позор! Какое пятно на репутации!
Агния робко сделала несколько шагов поближе к распахнутым настежь дверям, с любопытством и тревогой осматриваясь по сторонам. В квартире, состоявшей из передней, кухни и двух комнат, толпился народ.
— Успокойтесь, господин Соламин! — Пожилой жандарм стоял над скорчившимся на стуле худощавым человеком. — На вас пока не падает подозрения… А вы что тут делаете?
Агния вздрогнула, сообразив, что обращаются к ним.
— Мы, — пролепетала она, — пришли в гости…
— К кому? — Навстречу им шагнул незнакомый мужчина с холодными глазами, затянутый в серый, нарочито скромный сюртук.
— К Филу… Годвину.
— Вот видите! — Худощавый человек, которого только что поименовали господином Соламином, всплеснул руками. — И эти туда же! Ох, какой позор! Теперь весь город будет знать, что в доходном доме Соламина почем зря режут постояльцев! От меня сбегут не только жильцы, но и даже прислуга! Как я буду жить? Я разорен! Я уничтожен! — Он то раскачивался на стуле, схватившись за голову, то отчаянно принимался рвать на себе волосы, отталкивая стакан с водой, который ему протягивал пожилой жандарм.
Незнакомый мужчина в сером форменном сюртуке императорского следственного управления — Агния смутно помнила, что в точно такого же пыльного оттенка сюртуки были одеты все служащие — шагнул навстречу, выйдя из большой комнаты.
— Вы к кому? — строго спросил он.
— По большому счету я лишь сопровождаю почтенную вдову Боуди, — ответил Ариэл. — У госпожи дело к проживающему в этом доме Филу Годвину.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
