— Он знает нашего отца, — негодующе возразила Мириам.
— А с каких это пор ты слушаешься отца? — парировала Умм-Яхья.
Викки легла на диван и молча смотрела на резной потолок, сырой от чрезмерной влажности и готовый, кажется, рухнуть от малейшего толчка.
— Я думала, вы хотели выйти замуж за Адама, — ровным голосом проговорила она, стараясь скрыть, насколько глубоко затронуты ее чувства.
— Ну и что с того? — выговорила Мириам.
— А то, что Адам именно так это и воспринял, — твердо гнула свое Викки. — Вы ему давали для этого достаточно оснований.
Мириам вспыхнула:
— Чепуха! Адам все прекрасно понимает.
Викки одарила ее полупрезрительным, полужалостливым взглядом:
— Вот как? Это, однако, выше моего понимания.
— Это позор! — Умм-Яхья поникла. — Ты позоришь всех нас. Разве не так?
Мириам подлила себе лимонада.
— Может быть, когда-то, но не теперь. — Она импульсивно положила руку сестре на плечо. — Ты должна поверить мне. Я хочу что-то сделать, чтобы вырваться из этого тесного мира, убивающего меня… Да, я честно признаю это! И я думала, Адам поможет мне. Разве я могла знать, что с Криспином все будет совсем по-другому? Ты тоже полюбишь его, когда получше с ним познакомишься. Обязательно полюбишь!
— Надеюсь, — сдержанно ответила Умм-Яхья. — Но ведь он англичанин и совершенно не знает наших обычаев! — опять распалилась она.
— Ты не права. Он вполне подготовлен к жизни здесь, — возразила сестре Мириам.
— Криспин? — Викки не верила своим ушам. — Ну, на несколько лет, может быть…
— Навсегда! Так он мне сказал, когда я решила уехать с ним в Англию. Он же думает, что я никогда не смогу привыкнуть к жизни там. Криспин говорит, что легче перемениться ему. Вот видите, как он меня любит, — заключила Мириам с торжеством.
Вот тебе и на! Было время, когда Викки сомневалась, сможет ли Криспин выдержать в Дамаске хотя бы год, а теперь все это… Невероятно!
— А что же с Адамом? — опять спросила она, уже с вызовом.
Мириам проигнорировала вопрос. Вместо этого она занялась своей сестрой. Обвив Умм-Яхью руками и поглаживая ее мокрые волосы, она говорила:
— Это же большая удача! Все уладится, увидишь. Только подумай, главное, отец не будет против. Ведь он к Криспину очень хорошо относится.
Викки больше не желала слушать подобное. О, она выскажет Криспину все, что думает о нем! Как он мог поступить так с Адамом? Адамом, который был так добр к ним обоим, который посвятил им так много личного времени, помогая осваивать новую продукцию?! Адамом, которого она любила безнадежно, зная, что он принадлежит другой…
Викки начала торопливо одеваться.
— Куда вы собрались? — с тревогой спросила ее Умм-Яхья. — Вы простудитесь, выйдя на улицу так быстро.
— Мне надо! — настаивала Викки. — Я должна поговорить с Криспином.
Сестры переглянулись. Потом Мириам сказала:
— Вы не уговорите его изменить свое решение.
Викки могла лишь позавидовать ее уверенности, но она знала, что Криспин никогда до конца не уверен в правильности принятого им решения. Разумеется, думала Викки, она докажет ему, что так поступать по отношению к Адаму по меньшей мере несправедливо.
Викки яростно сушила волосы, пытаясь уложить их в подобие прически, но это ей никак не удавалось.
— Что вы собираетесь делать, Викки? — спросила Умм-Яхья. Викки была поражена, заметив страх в глубине прекрасных серых глаз, но не дала отвлечь себя от поставленной цели.
— Я встречусь и поговорю с Криспином, — ответила она.
Умм-Яхья бессильно повела плечами:
— Ну, если это так необходимо…
Она сказала несколько слов по-арабски сестре. Мириам слушала ее вначале удивленно, потом с недоверием повернулась к Викки.
— Это неправда! — вскричала она. — Викки, скажите, что это неправда!
Викки решительно взяла свои вещи.
— Что «неправда»? — требовательно спросила она.
— Что вы сами влюблены в Криспина!
Викки едва не расхохоталась. Если б ее чувства имели хоть что-то общее с этим…
— Разумеется, нет! — заявила она с такой уверенностью, что сестры не могли не поверить ей. — С чего вы это взяли?
Умм-Яхья только покачала головой. Викки знала — говорить больше не о чем, но едва сдерживала слезы. Она не желала мешать Криспину, но в то же время не могла спокойно наблюдать за происходящим. Надо было что-то делать — ради Адама.
— Увидимся позже, — проговорила она натянуто. Обе женщины, настороженно наблюдавшие за ее сборами, по-прежнему пребывали в большом волнении. В этот момент Викки была очень близка к тому, чтобы изменить свое решение. Она переборола себя и молча вышла.
По дороге в магазин Викки чувствовала себя просто ужасно. Уже трудно было поверить, что недавно прошел дождь: на небе ярко сияло солнце и улицы были совершенно сухие. Просто невозможно, думала Викки, дню быть таким светлым и радостным в то время, как она откровенно напугана тем, что должна была совершить.
И Хуссейн, и Али были в магазине. Еще с улицы Викки услышала их гортанную арабскую речь. «Криспин, должно быть, тоже там», — подумала она. Едва Викки появилась в дверях, братья прервали разговор и с восхищением воззрились на нее.
— Вы были в банях! — воскликнули они в унисон.
Викки только махнула рукой.
— Где Криспин? — спросила она.
Али указал на заднее помещение, и его брови приподнялись в молчаливом вопросе. Викки молча проскользнула мимо братьев.
Криспин приветствовал ее с самым жизнерадостным видом.
— Чего это ты опять сюда пришла? — спросил он улыбаясь.
Викки остановилась и в упор посмотрела на него.
— Мириам попросила меня сходить с ней в бани, — ответила она ровным голосом.
Глаза Криспина смеялись.
— Ну и что? Она может, — опять улыбнулся он.
— Она мне сказала, ты купил машину, — продолжала Викки.
— Драндулет, только и ездить в Малюлю и обратно.
Викки прищурилась:
— Как ты мог?
— Что мог?
— Ты прекрасно знаешь. — Она по-прежнему старалась говорить спокойно. — Знаешь, что между Мириам и Адамом…
Криспин откровенно расхохотался:
— Ну, милая моя, если ты в это веришь, то я не знаю…
И тут Викки вышла из себя.
— Да ты хоть соображаешь, чем мы обязаны Адаму? — закричала она, топнув ногой.
Криспин все еще смеялся, но его настроение стало явно портиться.
— Догадываюсь, что ты ему чем-то обязана. — Криспин старался говорить как можно спокойнее. — Но почему бы тебе самой это ему не выразить? Уверен, он будет доволен.
Викки покраснела — беседа пошла совсем по другому руслу. С Криспином стало гораздо труднее говорить. Неужели он действительно хочет жениться на Мириам?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
