руки одернул китель и посмотрел на Сталина.
– Я думаю, товарищ Сталин, что в ближайшее время мы передадим уголовное дело в суд.
Вождь остановился и на какой-то миг застыл в оцепенении. Что это означало, никто из присутствующих не знал.
– Какие результаты у нас по делу Маршала авиации Худякова. Вам удалось установить, как и при каких обстоятельствах исчезло японское золото?
Виктор Абакумов откашлялся в кулак и громко ответил на вопрос вождя:
– Товарищ Сталин! Он по-прежнему утверждает, что не имеет никакого отношения к исчезновению золота. Он не видит своей вины, что самолет, перевозивший золото пропал….
Он не договорил, заметив недовольную гримасу на лице вождя.
– Мне иногда кажется, что ваши люди, товарищ Абакумов, совсем разучились работать в мирное время. С Жуковым, вы по-прежнему никак не определились, по делу Худякова – буксуете, да и по делу Кулика я не вижу большого продвижения. В чем дело?
Абакумов стоял навытяжку, боясь пошевелиться. Он хорошо знал Сталина, чтобы возразить ему в этой ситуации.
«Неужели арестуют? – подумал он. – Нужно будет активизировать работу».
Лаврентий Павлович Берия продолжал внимательно наблюдать за «избиением» Абакумова. Он всегда испытывал какое-то непонятное ему наслаждение, наблюдая за подобными экзекуциями Сталина.
– Вы скажите честно, товарищ Абакумов, что все эти дела вам не по плечу и я тогда приму иное решение. Я просто передам их людям Берии. Что вы молчите?
Шесть пар глаз внимательно и не отрываясь буквально «буравили» генерал-полковника. Все ждали, что он ответит вождю.
– Товарищ Сталин! Разрешите мне лично доложить вам о результатах работы моей службы, – произнес Абакумов.
Ему удалось взять себя в руки, и голос его звучал твердо и уверено.
– У меня нет секретов ни перед партией, ни перед моими единомышленниками. Говорите….
Абакумов еще раз обвел всех присутствующих взглядом и начал доклад:
– По моему приказу арестован, генерал- лейтенант Константин Телегин. Как установлено, Телегин в апреле 1946 года вывез из Германии эшелон с имуществом, а именно: восемь легковых автомобилей, много гаражного оборудования, два вагона с вещами, а именно старинный фарфор, гобелены. При обыске в его доме было изъято целый пуд серебреных изделий, двести восемнадцать отрезов шерстяных, шелковых, бархатных тканей, двадцать одно ружье, в том числе отдельные из них были инкрустированы серебром и золотом….
В кабинете повисла тишина. Абакумов замолчал и посмотрел на Сталина, который, молча, стоял у окна. Он словно не слышал того о чем ему докладывал руководитель министерства государственной безопасности. Неожиданно, вождь развернулся и направился к своему столу. Он сел в кресло и посмотрел на Абакумова.
– Во все войны победители захватывали трофеи, – тихо произнес Сталин, – но, не в таких же объемах. Это больше смахивает на мародерство….
– Телегин утверждает, что все это приобретено им на законных основаниях, то есть он все это купил.
– Что вы планируете делать дальше?
– Постараемся через него выйти на Жукова.
– Вы уж постарайтесь, – тихо произнес Сталин, давая всем понять, что совещание закончено.
Абакумов сложил документы в папку и направился к выходу.
***
Костин и Марков стаяли перед Абакумовым, который только что вернулся из Кремля. Судя по настроению генерала, они оба ждали разноса. Руководитель министерства государственной безопасности взглянул на офицеров и предложил им присесть. Пауза, взятая Абакумовым, явно затягивалась. Первым ее не выдержал Марков. Стул под ним заскрипел, и это не осталось без внимания со стороны генерала.
– Я от Сталина, – тихо произнес он и посмотрел на полковника. – Вождь недоволен вашей работой. Особо отметил вялую работу по Худякову, Телегину и Жукову. Что можете сказать?
Костин посмотрел на Маркова. На лбу полковника появились мелкие капли пота, которые заиграли всеми цветами радуги на солнце и были похожи на россыпь бриллиантов.
– Товарищ генерал-полковник! Люди работают без выходных, боимся, что арестованные просто не выдержат интенсивность допросов.
– Марков! Ты же опытный оперативник, неужели ты не можешь найти к ним нужного подхода? У них же есть жены, дети….
– Они все задержаны…..
– И что? – приподнявшись над столом, спросил Абакумов Маркова. – Если ты их не сломаешь, то придут другие люди, которые будут ломать их и тебя. Незаменимых людей нет. Именно об этом мне и намекнул товарищ Сталин. От намека вождя до стенки всего несколько шагов. Ты понял, меня?
Марков вскочил из-за стола и вытянулся в струнку. На лице полковника появились бледные пятна, словно он только что услышал приговор о расстреле. Костину, впервые за время знакомства и работы с полковником Марковым, стало по-человечески его жалко. Костин не так часто бывал в кабинете Абакумова и генерал, всегда выдержанный и корректный с подчиненными, сегодня выглядел совсем по-другому. Нет, он не кричал и не стучал кулаком по столу, он был внешне спокоен, но в этом его спокойствии таилась какая-то страшная энергетика, которая буквально убивала человека. Рука полковника потянулась к вороту кителя, ему явно не хватало воздуха. Наконец она дотянулась. Резким движением он рванул его и медленно опустился сначала на стул, а затем сполз с него на пол.
Абакумов нажал на кнопку, и моментально в дверях выросла фигура дежурного офицера.
– Врача! – коротко произнес генерал.
Костин наклонился над Марковым. Он помог ему подняться с пола и усадил его на стул. Абакумов, молча, достал из портсигара папиросу и закурил. Он подошел к полковнику и посмотрел на него в упор. Раздался стук в дверь, а затем она приоткрылась и в кабинет вошла женщина в накинутом на себя белом халате. Она подошла к Маркову и взяла его руку.
– Как вы себя чувствуете? – спросила она полковника.
– Уже лучше, – ответил он.
– Вы сможете двигаться?
– Да, – ответил Марков.
Опираясь на плечо женщины, они вышли из кабинета. Абакумов посмотрел на Костина. Взгляд его серых глаз был холодным и безжалостным.
– Что скажешь, подполковник? Или тоже упадешь в обморок, как кисейная барышня?
Александр промолчал. Спорить с Абакумовым было бесполезно.
– Как с Куликом? – спросил его генерал.
– Работаю, товарищ генерал-полковник. Думаю, что он подпишет все, что мы ему вменим. Он по-прежнему рассчитывает на помощь Сталина.
Абакумов загасил папиросу и посмотрел на Костина.
– Смотри, Костин, здесь прокола быть не должно. Ты должен убедить Кулика не только признаться в организации антиправительственной группы, но и почему он ее создал. Тебе это понятно?
– Так точно, генерал-полковник….
– Я пока не знаю, но кто-то «сливает» все наши наработки…. Слишком много вопросов ко мне со стороны Сталина. Он словно пытается уличить меня в чем-то.
Взглянув на Костина, он махнул рукой. Александр развернулся и вышел из кабинета.
***
Зоя стояла у входа в метро. Ее
