— Против ваших соотечественников. На что нам земля, раз наша стихия — небо? Если ваши соотечественники обещают не поганить воздух своими заводами и не запускать слишком громких самолетов, мы согласны.
— Конечно, обещаем! — обрадовался Гнец. — За нас вся Галактика может поручиться. Больше того, у нас очень хорошо развиты медицина и холодильная промышленность. Если вы питаетесь, например, рыбой, то мы можем ее для вас сохранять. И если вам нужно медицинское обслуживание, омолаживание, исправление физических недостатков, всегда рады помочь.
— Нам, по-моему, повезло, — сказала птица и полетела собирать своих товарок, чтобы сообщить им приятную новость.
На следующее утро было заключено официальное и торжественное соглашение между птицами, хозяевами неба, и будущими жителями Земли. Удалов вздохнул свободно. Главное дело было сделано.
— Ты прямо домой? — спросил его Гнец, когда они, попрощавшись с птицами, покидали атмосферу планеты.
— Нет, — сказал Удалов. — У меня еще несколько дней осталось. Хочу кое-какие дела утрясти.
— Только смотри: главный закон Галактики — невмешательство!
— Что-то ты, Гнец, слишком проницательным стал, — заметил Удалов.
— И еще, — добавил Гнец–18, — я думаю, что лучше потеряю два-три дня, но составлю тебе компанию. В конце концов, наша планета тебе, Корнелий, многим обязана. Я лично тоже. Куда направляемся?
— Сначала завезите меня на планету, где в прошлом году пела Кавалия Чух, — напомнил Артур.
— Успеется, — сказал Удалов. Потом обернулся к Гнецу, обнял его и сказал: — Спасибо, друг. Я знал, что ты не покинешь меня. Я постараюсь не особенно вмешиваться, но ты знаешь, как трудно удержаться. И если я не попытаюсь кое-что сделать, меня всю жизнь будет мучить совесть.
— Ладно, располагай мной и кораблем, как считаешь нужным, — сказал Гнец.
— Тогда я должен первым делом вернуться на планету к генералам.
— Ты с ума сошел! — закричал в ужасе Гнец. — Я не имею права рисковать нашими жизнями. Как мои соотечественники узнают, что наша проблема решена, если мы погибнем?
— Тебе и не надо опускаться, — сказал Удалов. — Мы с Артуром все берем на себя.
— Ни за что, — сказал Артур. — Я ведь дезертир. Меня повесят, а я не хочу, потому что у меня есть цель в жизни.
— Постыдись! — сказал Корнелий Удалов. — Слушать музыку — это удовольствие, может, даже наслаждение, но настоящий мужчина не может избрать наслаждение целью жизни. Помогать другим — вот в чем цель жизни. Гнец помогает другим, я помогаю другим. А ты никому не хочешь помочь. Неужели тебе не горько, что все население твоей планеты сидит замаскировавшись и воюет друг с дружкой?
— Мне горько, — сознался Артур.
— И ты устраняешься?
Нет, я не устраняюсь. Но ведь это бесполезно.
— А если я говорю, что не бесполезно?
— Тогда я с вами, Корнелий Иванович.
И корабль взял курс на планету замаскированных генералов.
СНОВА ЧЕТВЕРТАЯ ПЛАНЕТА
— Скажи, Артур, — спросил Корнелий, — а много среди вас таких, как ты?
— Каких?
— Которым надоело воевать и маскироваться.
— Таких большинство, — сказал Артур.
— Так я и думал. И они не смеют в этом признаться.
— Даже себе самим, — сказал Артур.
— А у ваших противников?
— То же самое.
— Замечательно. Этот ответ я и надеялся услышать. Ты хорошо разбираешься в маскировке?
— Отлично. Я лучший специалист по маскировке.
Тогда Удалов обратился к Гнецу.
— Сколько, — спросил он, — может взять людей на борт наш корабль?
— Если лететь недалеко, то человек тридцать.
И тогда Удалов поделился с друзьями своим планом.
Перед тем как подлететь к воюющей планете, они изготовили несколько снотворных бомб. Потом Артур показал, как найти главные штабы обеих армий.
Ночью корабль низко опустился над тщательно замаскированным штабом, в котором Удалову пришлось провести несколько неприятных часов, и бросил бомбу прямо в спальню генерал-фельдмаршала. Операция прошла совершенно бесшумно, потому что на той планете не было самолетов и ночью никто не ждал опасности с неба.
Потом корабль опустился на поляне у штаба, второй бомбой Удалов привел в безопасное состояние стражу. Спящих генералов и солдат, общим числом в двадцать человек, погрузили на корабль, в багажное отделение.
Перед рассветом то же самое сделали и со штабом враждебных войск. Всего на борту накопилось около сорока сладко спящих военных. Перегруженный корабль снова поднялся в космос и взял курс к планете, где остатки населения бедовали в подземельях.
Артур с Удаловым тщательно следили, чтобы пленники не проснулись раньше времени, и в багажном отделении стоял туман от снотворного газа.
Когда корабль опустился на холмистой, поросшей полынью равнине у входа в подземный город, пленников поштучно перетащили к входу в туннель и опрыскали нашатырным спиртом.
Удивлению генералов и солдат не было конца. Представьте себе, вы заснули в надежном и хорошо замаскированном штабе, а очутились среди голой равнины, обезоруженные, по соседству со злейшими врагами. Некоторые генералы и солдаты попытались зарыться в землю, другие старались превратиться в полынь, но это им не удалось. Удалов и Артур, на всякий случай вооруженные бластерами, приказали им встать.
— Предатель! — воскликнул генерал-фельдмаршал, узнав Удалова.
— Дезертир! — крикнул генерал-поручик, с трудом угадав в загорелом мужчине в ковбойке генерала-клумбу, шефа камуфляжного управления.
— Спокойно, ни с места! — сказал им Артур. — С вами будет говорить сам Корнелий Иванович.
— Маршал танковых войск, — подсказал генерал-фельдмаршал, потому что генералу всегда приятнее, если его побеждает достойный соперник.
— Так вот, господа генералы и товарищи солдаты, — сказал Удалов. — Мы вас привели сюда не случайно. Мы хотим показать вам ваше собственное неприглядное будущее. Здесь, на этой планете, долгие годы бушевала война.
— Не может быть, — прервал его генерал-фельдмаршал. — Здесь негде маскироваться.
— Раньше было где. Вот они и воевали. Довоевались до того, что ни очного живого места на планете не осталось. И пришлось им, бедным, спрятаться под землю, в бомбоубежище. Прошло уже много лет, и они живут там, потому что люди со временем забыли, что есть другой мир, кроме подземного. Они влачат жалкое существование, словно кроты и черви. Им страшно вылезти на белый свет. Вот эта дыра — единственное место, через которое можно проникнуть внутрь. Еще через несколько лет они все вымрут. Такая же судьба ждет и вас. Я ясно выразился?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
