Читаем без скачивания Под созвездием северных Крестов - Александр Бушков

Ладно, один раз послать парней за кем-то можно было без объяснений, но чтобы продолжать слежку, да еще задействовать при этом технику нужно было или получить на это благословение начальства, или обратиться к парням с личной просьбой. И хотя парни выполнили бы его личную просьбу, но Ляпунов все же избрал путь номер один. В казино ему доверяли, он не раз доказывал свое полное служебное соответствие, несколько раз выполнял поручения начальства, скажем так, напрямую не связанные с непосредственными обязанностями, да и поручения были весьма щекотливого свойства… Короче говоря, как он и просчитал, вполне довольно оказалось его слов, что вокруг казино затевается нехорошая возня и посему он просит санкцию на людей и технику. Конечно, это всего лишь подозрения, вполне вероятно, что они беспочвенны, но лучше перебдить, чем недобдить, не правда ли? Подробных объяснений от него никто не потребовал, поступай, мол, как считаешь нужным. Лишь бы казино стояло незыблемо, да бабло капало не переставая.

И вот пошли результаты. Его парни зафиксировали встречу с неким человеком, чуть позже идентифицированным как Карновский Георгий Валентинович, владелец трех автосалонов. Парни правильно разделились – один пошел за Шиловым (в прямом смысле пошел, так как москвич пошлепал в сторону метро), другой прилепился к Карновскому. Первый потерял Шилова в метрополитеновской толчее – черт его знает, может, случайно потерял, а может, Шилов почувствовал опасность. Или просто подстраховался по старой привычке. Однако что он делал весь остаток дня осталось неизвестным.

Зато известно, что господин Карновский из города отправился в свой коттедж на берегу Финского залива, куда к нему вскоре приехали еще двое. Ляпунов располагал номерами машин и описанием внешности гостей Карновского – при желании можно легко установить и их личности.

Между прочим, засовывать «жучков» в одежду Шилова или ставить их в квартире в отсутствие хозяина не стали – Ляпунов не сомневался, что Шилов проверяется на этот счет. А вот «писать» его разговорчики на расстоянии ничего не мешает.

И на следующий день был записан разговор Шилова с Захарченко, состоявшийся еще в одной халупе – в «кировке», находящейся в одном из самых вонючих районов города. «Ага, – злорадно думал Ляпунов, в первый раз прослушивая сделанную его парнями запись, – это тебе не московский офис, тут глушилок на окнах не стоит…» Когда пленка закончилась, у Ляпунова наконец-то появилась некая ясность относительно визита Шилова в Петербург. В том, что передачка для какого-то Карташа не простая, он не сомневался. Не тот человек Леня Шилов, чтобы сапоги лизать какому-то вертухаю ради посылки для дружка.

Значит, в ней, в посылке этой, есть какая хитрость. Может, запрятанный ствол, может, наркота или что-нибудь для побега. А у Ляпунова есть запись. И теперь осталось лишь придумать, как бы эту пленочку использовать с наибольшей для себя пользой.

И таковая польза была: осточертело Ляпунову чалиться начальником охраны вшивого казино, душа просила большего, и этого большего он не просто желал: он это заслуживал.

…Ситуация нравилась Шилову все меньше и меньше. То ли он просмотрел нечто важное в досье на подследственного Карташа А. А., то ли люди, занимавшиеся сбором информации о нем, упустили какие-то детали из его биографии, то ли сам подследственный был, мягко говоря, не совсем тем человеком, за которого себя выдавал, то ли еще что-то. Начать с того, что Шилову, при всех его связях, так и не удавлось отыскать следователя, который занимается делом Карташа. Никто ничего не знал – ни у убойников, ни в РУБОПе не было данных о ходе следствия. Да, Карташ сидит в «Крестах», да, следствие идет, но кто им занимается… а хрен его знает, мы не в курсе. Это еще можно было списать на обычное ментовское раздолбайство, однако Шилов знал доподлинно, что клиента не возят на следственные экперименты, не устраивают очных ставок, вообще не проводят никакие необходимые процедуры. Создавалось полное впечатление, что Карташа просто сунули в камеру и благополучно о нем забыли. Возможно, дело было тихонько отобрано у ментов федералами (а уж те темнилы известные), но тогда почему он сидит в «Крестах», а не в фээсбэшной тюрьме? Или все дело в личности убитого Димочки?

Разбираться во всех непонятках у Шилова не было времени, да и, признаться, особого желания. Гаркалов-старший звонил несколько раз на дню, и тон, которым шеф задавал один и тот же вопрос – как продвигается выполнение задания – становился все более холодным.

А что Шилов мог поделать? «Кресты» ведь не охраняемый коттедж олигарха, в который проникнуть можно с легкостью необычайной – были бы средства и опыт, – и не Госдума, куда вовсе необязательно проникать, а достаточно дождаться заказанного чиновника в любой удобной точке на его пути следования. Да и кто такой этот Карташ, чтобы ради него поднимать такую возню?!

Ну хорошо, хорошо. Для успокоения совести он активировал и третью схему умерщвления Карташа, если не сработают первые две. Наготове была неприметная «тойота», стояла неподалеку от «Крестов», у поворота к Финляндскому вокзалу, мимо которого «автозак» с Карташом непременно проедет. Ну не может быть, чтобы его вообще никуда не вывезли! Ну, например, на психиатрическую экспертизу – ведь он не одного, двоих хладнокровно нафаршировал «маслинами»! И через пять минут после того, как «автозак» въедет на территорию СИЗО и необходимые бумаги насчет «а подать-ка сюда убивца Карташа, повезем субчика к психам» попадут в руки коменданта, у Шилова раздастся телефонный звоночек, и он узнает марку и номер «автозака». Пока пошлют за Карташом, пока приведут, обыщут, оформят и погрузят, водитель и стрелок, вооруженный автоматом СВУ-АС успеют сесть в «тойоту» и приготовиться к тому, чтобы повиснуть у «автозака» на хвосте. Как только появится возможность, будет открыт огонь на поражение и «автозак» превратится в дуршлаг с мелко нарезанным очередями мясом.

Перебор с трупаками, конечно, получается, но – тут уж ничего не попишешь…

…Из всех своих коллег-соратников по «Крестам» режимник Константин Захарченко более всего не терпел докторов. Кто ж спорит, всем приходится крутиться, чтобы в довесок к скромному окладу иметь еще и скромный приработок, все ищут возможность заработать на стороне, и если не наглеть, не нарываться на мстительных оперов, не пытаться откусить больше, чем в рот влезает, то существовать можно очень даже ничего. Опера тоже люди понятливые, соображают, что не ими система в «Крестах» построена, не им ее и ломать… тем более, что сами в ней живут. И тоже вынуждены крутиться.

Но вот лепилы, мать их…

Нет, медицинская братия следственного изолятора вовсе не была организована в какую-нибудь там эдакую структуру, конкурирующую с прочими служащими, ничего подобного. Не было у них своего крестного отца, держащего в руках все ниточки, не было разветвленной агентурной сети, а было, как у всех: возможность рубить денежку параллельно зарплате и желание эту возможность применять на практике.

Но фишка заключалась в том, что крутиться у лепил получалось быстрее, ненапряжнее, с большим КПД. И Костя Захарченко примерно представлял себе, каким образом.

Ну, во-первых, сизошные докторишки пользуют всех, не только заключенных – будь ты хоть старшина, хоть сам начальник «Крестов», нет-нет, да и обратишься к ним с какой-нибудь болячкой. Во, теперь, стало быть, и лепила может обратиться к тебе с ответной мелкой просьбочкой. Отсюда связи, контакты, знакомства по всему СИЗО… Во-вторых, у них же у всех верхнее образование, они, блин, умные и начитанные, и видят они со своим кругозором лежащие на земле бабки там, где какой-нибудь сержант с восемью классами из Урюпинска пройдет и не заметит. И, наконец, медики институты позаканчивали, а там, в институтах этих, компании, клубы, общаги, групповые походы в лес и совместные выезды на пляж; вот и привыкли, сволочи, сколачиваться в крепкие коллективы и сбиваться в дружные стаи. А у служивых какие компании? Каждый сам по себе… В общем, проще всего было бы обратиться за помощью к кому-нибудь из лекарей, но Захарченко не пожелал. Решил сам донести посылку – пакет с надписью «Максидом» – до камеры четыре-шесть-*…

… – Везучий ты человек, Карташ, даже подозрительно, – сказал Эдик. – В общем, есть данные про интересующего нас испуганного марамоя из гостиницы. Зовут Сергей, фамилия Давыдов, шестьдесят восьмого года рождения, учился, служил, работал – и при том не привлекался, не состоял, не женат. В смысле, что два года как разведен. Есть дочь, которая живет с бывшей супружницей. Давыдов обитает один. Работает сами знаете где, уже давно, почти с самого открытия. «Арарат» в девяностых построили, когда, помните, при первом мэре к нам буржуины косяками ломанули? Должность его обзывается то ли механик, то ли электромонтер, неважно – потому что Серега наш трудится и тем, и другим, и еще и третьим впридачу В общем, дежурный мастер по мелким поломкам – кран потечет, лампочка перегорит, дверную ручку кто-то из постояльцев по пьяни оторвет… Накладно, понимаешь ли, для гостиницы кормить массу мелких специалистов. А Давыдов в деле уже давно. Поработал в «Прибалтийской», в «Карелии». Почему ушел оттуда и оттуда – неизвестно, не было необходимости углубиться в биографию…