— Ясно, — сказал тот из воришек, что выглядел постарше. — Только ты нас неправильно понял. Нам не камушки нужны и не золото. Этого добра на наш век хватит! Нам нужен ты.
— В каком качестве? — полюбопытствовал Жилло. — Интересно знать, нужен я вам как объект нежной страсти, или, может быть, как свежий трупик? Еще я умею выращивать гладиолусы и читать наизусть таблицу умножения. А ну, брысь отсюда!
И решительно перешел в наступление.
Братцы-воришки отбежали в сторону.
— Да чего ты, в самом деле! — жалобно воззвал тот, который помоложе. — У нас ведь тоже ножи имеются, однако мы их и не думаем доставать! Если хочешь — вот, гляди! Дедуля, делай как я.
Он достал из-под кафтана нож такой почтенной длины, что Жилло отшатнулся, и бросил его на мостовую.
Второй вор достал чуть ли не целый палаш. Бросил туда же.
— Что ж вы в мастерской у ювелира о них не вспомнили? — как можно хладнокровнее спросил Жилло.
— Ну да, ювелир бы на твой крик прибежал, служанку бы разбудили… Такое мокрое дело бы вышло, что только на эшафоте и высохнешь, — объяснил старший. — Хочешь ты или не хочешь, а знакомиться нам надо. Я — Дедуля, это — Малыш. Мы — братья. Он — младший.
— Приятно познакомиться с почтенным семейством, — съязвил Жилло. Может у вас и бабуля найдется подходящего возраста?
— Не-е, нас только двое на свете, — хмуро сказал Малыш. — Он мне Дедуля, я ему — Малыш.
— И этого вполне хватит для бедного города Кульдига, — убежденно заметил Жилло. — Ну, так зачем я вам, дедка с внучком, понадобился?
— Будь у нас старшим! — неожиданно предложил Дедуля. — Я не шучу. Втроем мы горы перевернем!
— Особенно ту, на которой Коронный замок стоит, — отшутился Жилло.
— Можно и ее. Мы про Коронный замок поболее твоего знаем. И давно до его сокровищницы добираемся. Там так можно поживиться — до самой смерти хватит. Набрать в ней добра — и удрать в какое-нибудь приличное государство, которое еще не унизилось до равноправия…
— А просто так вы удрать не можете?
— Попробуй! — предложил Малыш. — Нищие никому не нужны — это раз.
— И с пустыми руками отсюда не выберешься — это два, — добавил Дедуля. — Мы пытались. Каждому в лапу сунь! Казалось бы, моряки могут хоть черта на корабле спрятать и провезти! Но не бесплатно же!
— Мы просто собираем денег, чтобы нанять корабль, — объяснил Дедуля. — Мы с Малышом еще молодые, приедем в приличную страну — жениться захотим, чтобы дом, дети, зимой — тепло, летом — не жарко. Мало мы с ним мыкались, в придорожных канавах ночевали?
— Значит, полагаете, что я помогу вам разбогатеть? Ох, и наивные же вы детишки… Посмотрите на меня внимательно — разве похож я на человека, у которого хоть случайно могут оказаться деньги?
— А чем это у тебя карманы набиты? — невинным голоском осведомился Малыш.
— Не твоя печаль, сынок, — отвечал парню Жилло. — В последний раз говорю — толку от меня никакого не будет. И занят я теперь. Мне графа оф Дундаг из беды выручить надо. Ему эшафот грозит.
— Что же он натворил? — спросил Дедуля. — Или хватило того, что он невзирая на равноправие, все еще граф?
— Оклеветали его.
— Ну так побег устраивать надо! — чуть ли не хором воскликнули братцы. — Это мы можем! Это — по нашей части!
— Побег — по вашей части? — ушам не поверил Жилло.
— Погляди на дело с другой стороны! — теперь уже Дедуля обратился к нему, как старший — к младшему. — Если бы я пообещал выкрасть графа из подземелья, ты бы согласился, что мы это можем. Ну вот, для графа и для тебя это — побег, а для нас с Малышом — обыкновенная кража. Главное, чтобы все остались довольны.
— Хм… — буркнул Жилло. — Лихо вы загнули. Я вот пытался что-то сделать — как раз на вас и нарвался. Шустро вы меня раздели! Богатый опыт чувствуется.
— При случае умеем и медленно раздевать, — тут Малыш переглянулся с Дедулей и оба они фыркнули, каждый — в свою сторону.
Задумался Жилло. Ювелир, хитрый черт, мог и подвести. Мог и ловушку выстроить, хотя — не станет же он рисковать своей драгоценной коллекцией? И сказано же было в какой-то древней книге из графской библиотеке, что хорошо лучнику, имеющему две тетивы на своем луке. Если считать старого хитрюгу первой тетивой, то вот она — вторая. А от подарков судьбы не отказываются.
— Ладно, уговорили, — сказал Жилло. — Только эти вот алебарды, простите, я приберу… Чтоб не отсырели и не заржавели…
Сунул он нож сзади за пояс, взял в каждую руку по воровскому клинку, мотнул головой — мол, за мной, ребята!
И тут ветерок опять прилетел с моря. И пушистым по щеке погладил. Несколько золотых волосков за шершавый суконный ворот кафтана зацепилось.
— Ишь, что за ночка выдалась! Так и летают! — Дедуля протянул руку. Может, хотел снять волоски, а может, и с какой другой мыслью…
— Оставь, пусть висят, — отвел руку Жилло. — Будем считать это подарком мне лично…
И мысленно добавил «от невесты». Обручился же он много лет назад сдуру таким же точно волоском! Вот невеста и подает знак…
Вдруг Дедуля увидел что-то этакое за спиной у Жилло. Прямо дыхание у него захватило.
— Нож… — шепчет. — Нож дай…
Жилло через плечо глянул — ой, батюшки… Пересекает улицу зверь. Черный, как смоль, вроде тигра, бесшумный, здоровенный — мало чем пониже лошади. Повернул к ним ушастую башку — ну, все, нашел зверюга ужин!
А зверь остановился, сел — рожа вровень с фонарем у дверей — и хорошо так зевнул. Потом встал неторопливо и прошествовал за угол. Гуляю, мол, и не надо меня по пустякам беспокоить…
— Видели? — спрашивает Малыш. — Нет, вы эти клыки видели?
— Пожалуй, с мой нож будут, — прикинул Жилло.
— С мой, — поправил Дедуля.
— Да нет же, не то! Они какого цвета — заметили? Янтарного, будь он неладен! Здоровый дядька!
— Может, это девочка, — возразил Жилло, которому почему-то не хотелось соглашаться с братцами-воришками даже в глупых мелочах.
— Одно ясно — опять в Кульдиге маги отношения выясняют. Гори они все синим пламенем! — и Дедуля сплюнул, хотя слюна к синему пламени отношения вроде не имеет.
— Я, братцы, здесь недавно и ничего про магов не знаю, — признался Жилло. — А что, воевали?
— А то, что король — ну, совсем старый король, которого убили, отец тому, которого прогнали, — с каким-то магом спелся и тот зачаровал государство. Что король ни сделает — все кажется замечательным и великолепным. Потом Равноправная Дума втихомолку собираться стала, сообразила — что не короля народ уважает, а просто обалдел от магии. Когда они против короля пошли, так и объявили.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
