недоброжелателей городского головы. Они обвиняли его в чрезмерном расходовании на свое любимое детище добытых им же городских средств, использовали каждый повод для публичных нападок на С.Э. Дувана и распространяли в печати слухи о каких-то чрезвычайных расходах на сооружение театра, достигавших будто бы 200—300 тыс. руб.[261]
В процессе более чем двухлетнего строительства и в связи с необходимостью сокращения затрат пришлось несколько отступить от первоначального замысла архитекторов, что, безусловно, отразилось на выразительности постройки, но вместе с тем здание приобрело более строгие, без излишеств, очертания. Со всех фасадов убрали колонны, что, естественно, потребовало и других достаточно существенных изменений в проекте. Так как пришлось отказаться от дорогостоящих опор, то исчез и фронтон главного фасада: от задуманного портика остался лишь балкон на четырех массивных столбах. По всей видимости, создатели театра до последнего момента сохраняли надежду исполнить фасад по первоначальному замыслу. Именно этим можно объяснить, что фронтон не перенесли из проекта на лицевой фасад здания, как, например, в близком по времени Мюнхенском театре (1901 г., архитектор М. Литтман), фасад которого в общих чертах очень напоминает евпаторийскую постройку. Более-менее удачно удалось заменить колонны квадратными в сечении столбами на смотровых балконах, по сторонам вестибюля. Аналогичные перемены коснулись и оформления ризалитов, лишившихся венчавших их деталей.
Городской театр в Евпатории. Вид с севера. Открытка 10-х гг. XX в.
Евпатория. Городской театр. Вид с северо-запада. Открытка 10-х гг. XX в.
Безусловно, все эти отступления в какой-то мере обеднили сооружение, но не снизили (хотя и упростили) целостность его объемного восприятия. В постройке с полной очевидностью проступает ее конструктивная основа и угадывается ее внутренняя структура. Вместе с тем архитекторы, прежде всего А.Л. Генрих, постарались украсить здание не предусмотренными ранее декоративными деталями в духе популярного тогда архитектурного стиля модерн, прикрыв ими слишком выступавшие элементы конструкций. Именно в этом ярко проявился профессионализм создателей театра: в крайне затруднительных и не зависящих от них обстоятельствах они сумели придать всему сооружению привлекательный вид.
На фасадах постройки появились дорийские каннелюрованные полуколонны между окон, разнообразные маскароны, медальоны, фризы, украшенные овами и триглифами, декоративные вазы и башенки на кровле, сандрики на фигурных кронштейнах. В средней части постройки протянулся майоликовый фриз с «набегающей волной» темно-зеленого цвета, — вот неполный перечень архитектурно-декоративных вставок, использованный в экстерьере театра.
С наибольшими трудностями архитекторы столкнулись в наружном декорировании заметно выступающей из основного объема здания сценической коробки. Она украшена двумя высокими «светильниками» на четырех тонких ножках, с литой из цемента имитацией пылающих языков пламени, к которым подведены дымоходы (в отопительный сезон из этих «светильников» действительно сверкали искры). Под карнизом фронтона сценической коробки расположен фриз из темно-зеленых триглифов и метоп, под ними — профилированный архитрав.
Современный вид театра в г. Евпатории с северо-запада
Оригинально была обработана поверхность стен, разлинеенная на чередующиеся узкие и более широкие полосы. Штукатурка на первых расчерчена сплошной волнистой линией, на вторых — строго вертикальными бороздами; на продольных стенах сценической коробки разметка повторяла скат кровли. Такой, казалось бы, нехитрый рисунок в сочетании с гладкими промежутками стен, пилястр и лопаток, темным цоколем из диабазовых плит и упомянутым майоликовым фризом создал тот удачный фактурный контраст, разнообразную игру света и тени, которыми так отличается театр от окружающей его застройки. В дополнение ко всему умело подобранный цвет штукатурки — бледно-желтый со слабозеленоватым оттенком делает здание действительно весьма импозантным, оно притягивает к себе и своим теплым, поглощающим солнечный свет тоном.
С особой тщательностью был отделан зрительный зал, обладающий прекрасной акустикой и лишенный, с нашей точки зрения, каких-либо видимых недостатков. В его оформлении широко использована лепнина, изготовленная по эскизам самих архитекторов. Особой красотой выделяется сценический портал с его геометрическим орнаментом. Этот зал, при относительно скромных выразительных средствах, без применения дорогостоящих материалов и позолоты, может служить образцом архитектурного совершенства. Не удивительно, что Евпаторийский театр пользовался особой популярностью у столичных трупп, охотно гастролировавших в городе.
Зрительный зал был разделен на три яруса — партер с двумя ложами (одна для городского головы, другая — директорская); бельэтаж с ложами и галерка. Относительно небольшие размеры создавали исключительный уют и камерность театра. Балконы украсили лепными медальонами с изображением известных российских драматургов и писателей. Соответствующим образом, вероятно, был расписан и потолок. Однако в 50-е гг. XX в. он был закрашен и расписан заново без какой-либо предварительной фиксации росписи. Получить представление о его первоначальной композиции теперь можно только в процессе целенаправленных реставрационных работ.
Боковой ризалит театрального сооружения
Влияние стиля модерн особенно ощущается в отделке театрального здания. Эти черты проявились в украшении театра: башенки над пилястрами главного фасада с нарочито подчеркнутым энтазисом колонн, поддерживающих каждую из них, и уплощенным эхином капителей (их стволы в верхней части каннелюрованы и гладкие в нижней); чисто декоративные псевдоколонны в простенках между окон, триглифы, маскароны, нотные знаки, фантастические грифоны и, наконец, разнообразное оформление оконных наличников. Особой выразительностью модерн проявился в фактуре и окраске стен.
В конструктивном отношении театр Евпатории может служить примером строгого подчинения плана здания его функциональному назначению — ему присуща не свойственная модерну геометрически четкая форма — симметрично-осевое построение, прямые углы и линии, строгий вертикализм поверхностей и бросающаяся в глаза статичность постройки.
В итоге внесенных в проект изменений Евпаторийский театр из неоклассической постройки превратился в яркий образец антикизированного модерна, характерного для юга России, особенно Крыма, с его культурными традициями и античными реминисценциями.
Театральное здание г. Евпатории было обнесено оградой. На ее каменном основании возвышалась металлическая решетка, состоящая из стержней с острым навершием и связывающим их стилизованного меандра. В советское время ограду сняли и перенесли в ботанический сад. К счастью, она не погибла и находится там и ныне.
В действительности постройка театра, вместе с освещением и оборудованием, мебелью и декорациями обошлась городу в 180 тыс. руб., из которых 150 тыс. ассигновала Городская дума, а остальные средства завещал М.С. Сарач. Правда, М.М. Ефет, сменивший на посту городского головы С.Э. Дувана, как и другие его недоброжелатели, приводят цифру в 240 тыс. руб.[262]
20 апреля 1910 г., на Пасху, состоялось торжественное открытие Евпаторийского городского театра оперой М.И. Глинки «Жизнь за царя». Ее исполнили артисты Мариинского театра. Представление неоднократно прерывалось бурным выражением верноподданнических чувств. Об этом
