Читаем без скачивания Пылающие небеса - Андрей Земсков

На экране локатора показалась еще одна четверка «Раджей-Суперглюков», приближавшаяся со стороны города. Вероятно, они летели на помощь своим собратьям, чьи обломки уже поглотила болотная трясина. Святобор подумал, что если бы он вылетел только с одной боеспособной пушкой, то было бы намного сложнее. Лейтенант уже начал разворачиваться для атаки, но локатор засек вошедший в атмосферу с орбиты корвет. Вступать в поединок с корветом легкому истребителю И-45 было опасно, хотя некоторые шансы были бы, в случае если корвет был бы один, но вражеские истребители разошлись и, снизив скорость, полетели дугой километров на пять ниже корвета. Значит, они действовали согласованно. Возможно, это была ловушка, в которой четверка истребителей исполняла роль приманки. Вероятно, противник рассчитывал на то, что пилот русского истребителя не засечет летящий в стратосфере боевой звездолет и, ринувшись атаковать истребители, подставится под огонь его орудий. Корвет шел с небольшой скоростью, включив квазифотонное «поле невидимости». Но квазифотонное поле уже давно считалось устаревшим, а потому не могло укрыть корвет от локаторов модернизированного И-45.

Святобор не стал лезть в ловушку и, заложив крутой вираж, уклонился от боя. Разведывательная информация была получена в полном объеме, было выбито значительное количество вражеских истребителей-штурмовиков, хотя из-за появления корвета не удалось удержать почти завоеванное господство в воздухе. Напоследок Святобор решил еще совершить рейд на космодром и город, чтобы сорвать противнику эвакуацию. Развернувшись, лейтенант на полной скорости помчался к новой цели. По дороге ему попалась пара гравилетов, которые летели от города к новой вражеской базе, размещавшейся на заводе-платформе. Разумеется, он их уничтожил, практически не отклоняясь от своего курса.

Подлетая к космодрому, Святобор снизил скорость и посмотрел на экран, чтобы определить возможные опасности и потенциальные объекты для атаки. Количество механоидов значительно сократилось. Да и к тому же, учитывая скорость истребителя, их медлительная гидравлика просто была не способна успевать осуществлять наведение оружия. А для эффективного заградительного огня их уже оставалось слишком мало. Но шанс случайно попасть под шальной заряд плазмы все равно был. Потому Святобор старался заходить на цель так, чтобы минимизировать вероятность попасть под огонь с земли.

Первой целью был транспортный звездолет, который враг мог задействовать как для переброски сил из города на новую базу, так и для эвакуации с планеты в случае появления имперского флота. Святобор не ошибся, погрузка боевой техники, личного состава и награбленного в городе имущества шла полным ходом. Уже первый залп гиперлучевых пушек истребителя, распоров борта транспортника, сделал его непригодным для полетов. Но затем бортовому вычислителю истребителя удалось просчитать конструкцию звездолета, и следующий залп разнес кабину управления как наиболее уязвимую часть корабля. После этого были уничтожены стоявшие на поле космодрома еще три гравилета и один гравилет, который попытался взлететь. Вдобавок гиперлучи распылили на атомы и двух механоидов, пытавшихся стрелять по пролетающему над космодромом русскому истребителю.

— Лейтенант Железякин! — вызвал по гиперсвязи подполковник Васин. — Приказываю срочно лететь к базе! Необходимо отбить нападение значительных сил противника! Как поняли?!

— Вас понял, лечу к базе! — ответил Святобор. — Подлетное время четыре минуты!

— Ждем, парням там очень тяжело!

Лейтенант развернул истребитель и на полной скорости помчался на помощь защитникам своей родной авиабазы. На экране обзора боевой обстановки появились красные точки целей, а по экрану данных поползли строчки их идентификации. База была атакована двумя десятками различных механоидов и примерно батальоном пехоты. Истребитель И-45 без дополнительного подвесного вооружения имел весьма ограниченные возможности борьбы с наземными целями. Поэтому Святобор решил сосредоточиться на уничтожении механоидов. Первым заходом удалось уничтожить сразу пятерых, но при этом получить заряд плазмы, который почти полностью выбил защитное поле с правой стороны. На восстановление защиты требовалось минут двадцать, однако лейтенант развернул машину и атаковал так, чтобы не подставлять правый борт. Он подошел на малой высоте и небольшой скорости, стараясь бить с максимальной дистанции. Одного за другим он уничтожил еще четверых механоидов и одновременно слегка «подмел» пехоту, которая, идя в атаку, пересекала открытое пространство. Противник засуетился и ослабил натиск, стараясь укрыться от огня с воздуха.

Обстреляв еще нескольких механоидов, попытавшихся укрыться среди руин, Святобор развернул истребитель для новой атаки. Но неожиданно на краю экрана показалась отметка новой цели, которая приближалась с юго-востока на большой высоте, практически находясь в стратосфере. Это был вражеский корвет, возможно, тот самый, что пытался уничтожить русский истребитель над болотом. Если копошащихся на земле механоидов, можно было расстреливать, как учебные мишени на полигоне, то корвет был опасным противником. И опасен он был не только для Святобора и его истребителя, но и для тех бойцов, которые держали оборону на земле. Корвет своими бортовыми орудиями мог легко уничтожить защитников базы, сжигая их вместе с укреплениями, возведенными в руинах гарнизоном. Уклониться в такой ситуации от боя означало обречь на верную гибель десятки солдат, сражавшихся внизу. У лейтенанта не оставалось выбора, он должен был атаковать вражеский звездолет. И не просто атаковать, а уничтожить. Уничтожить даже ценой своей жизни, хотя в любом случае силы были неравны. Бой с корветом был для легкого истребителя И-45 очень сложной задачей, граничащей с самоубийством.

Уничтожив напоследок еще троих механоидов, Святобор начал набирать высоту, чтобы занять более удобную позицию для атаки. Конечно, в плотной атмосфере гиперлучевые пушки И-45 имели существенное преимущество над плазменными и лазерными пушками, чьи лучи сильно поглощались и рассевались атмосферой. В стратосфере это преимущество уже не было столь существенным. Но корвет, который не мог нормально летать в атмосфере, предпочитал подходить к цели, сохраняя большую высоту, а атаковать его следовало до того, как он сам начнет атаку.

Истребитель почти вертикально прошел сквозь многокилометровый слой облачности, и перед Святобором раскинулось звездное небо, которое никогда нельзя было увидеть с поверхности планеты. Лейтенант выровнял машину и начал разгоняться, взяв курс на приближающийся корвет. Красная отметка цели быстро двигалась к зеленому треугольничку в центре экрана, обозначавшему местоположение истребителя. Святобор заранее отключил ограничитель темпа стрельбы, понимая, что атака будет единственной и, вероятнее всего, недолгой. Возможно, что пушки даже не успеют перегреться.

Вскоре аппаратура наведения захватила цель. Святобор тут же подтвердил открытие огня, и как только корвет оказался в зоне поражения, гиперлучевые пушки истребителя начали стрелять. Русские гиперлучевые пушки имели некоторое преимущество по дальности, но все равно времени до того, как истребитель сам окажется в зоне поражения орудий корвета, оставалось очень мало. За это время нужно было пробить вражеское защитное поле, броню корвета и нанести ему хоть какие-то повреждения. Где-то вдалеке вокруг стремительно приближающегося корвета замерцала фиолетовая сфера защитного поля, поглощающего энергию гиперлучей. Но все же часть энергии, пусть и сильно ослабленная, прошла сквозь защитное поле, но лобовая броня корвета все же выдержала, хотя и несколько деформировалась.

Как только дистанция позволила открыть огонь, корвет огрызнулся залпом тяжелых лазерных пушек. Теперь настало испытание для защитного поля русского истребителя. Оно полностью поглотило энергию вражеского выстрела, но само при этом ослабло почти до нуля. Следующий вражеский залп должен был полностью уничтожить машину, но Святобор продолжал идти в лоб на врага, ведя огонь с максимальным темпом. Возможно, эта отчаянная храбрость и спасла лейтенанта. Огонь гиперпушек повредил консоль, на которой находилась одна из лазерных пушек корвета. Пушка взорвалась, выведя каким-то образом из строя систему наведения соседнего орудия. Следующим залпом корвет выстрелил только двумя пушками. Один из лазерных лучей прошел мимо, а второй резанул по левому борту истребителя, пройдя всего в полуметре от кабины. Противно зазвенела аварийная сигнализация. На экране появилось изображение истребителя, наполовину отрисованное красным цветом, и побежали красные строчки с детальной информацией о повреждениях.

Истребитель был обречен, левая пушка была уничтожена вместе с одним из двигателей и всем левым бортом. Но правое орудие продолжало стрелять, несмотря на то что температура системы охлаждения уже дошла до критической. И враг не выдержал, испугавшись безумной русской отваги. Корвет не стал даже добивать обреченный истребитель и, заложив резкий вираж, вышел из боя. Это его и погубило — гиперлуч единственной оставшейся пушки русского истребителя вошел в правый двигатель корвета. Яркая вспышка озарила корпус вражеского корабля, погаснув в сером облаке сработавшей системы пожаротушения. Корвет, сбавляя скорость, ушел в сторону космодрома.