Кормить же лично меня, судя по всему, никто не собирается. Жаль…
Едва мы вышли из Зеркального зала, к нам присоединился граф Рилан. И мы, внимательно наблюдая за рассредоточившимися по помещению претендентами, медленно двинулись к выходу. Наше движение сопровождал шлейф шепота, чуть приглушенного впереди, но все более громкого за нашими спинами. Обостренный опасностью слух улавливал отдельные фразы.
«…неплохо выглядит. А говорили, что тяжело больна и не прибудет…»
«…отвратного характера… едва не изгнали из города…»
«…союз с кем-то из… вряд ли… их высочества будут против…»
Принцы, окруженные соратниками и охраной, строили козни и интриги. Какие? Не суть важно, а важно то, что надо выйти из зала, избежав всех троих. По крайней мере, попытаться исчезнуть до получения еще каких-нибудь предложений, было бы наилучшим решением.
Сохраняя томный, самоуверенный вид, я контролировала перемещения всех четверых, и когда заметила, что все они целеустремленно перекрывают выход из зала, действуя так согласованно, будто страдали единодушием, обратилась к графу:
— Как вы думаете, мой лорд, стоит ли принять предложение герцога Айворы?
— Какое? — насторожился лорд Рилан.
— Ужин, — плотоядно улыбнувшись леди, желавшей представить мне своего сына, я плавно поменяла направление движения.
Зачем ты притащила его сюда? Вы умрете здесь…
— Ну, полагаю…
— Отлично! — поспешно истолковала его заминку в свою пользу я, и стремительной летящей, но создающей у окружающих ощущение ленивой неторопливой неги, походкой приближаясь к цели. Лорду Варису ничего не оставалось делать, кроме как склониться в поклоне и повторить свое предложение. Ах, герцог! Будь я принцессой, не уйти вам живым… если не научитесь сохранять в целостности ледяной панцирь высокомерия, погибнете. Радость и опаска, настороженность и торжество… не слишком ли рано вы возомнили себя более успешным, чем прочие?
Удаляясь из зала под руку с одним из претендентов, осторожно и легко, будто опасаясь причинить боль, касаясь кончиками пальцев ткани камзола, величественным кивком позволила лорду Рилану быть свободным. Подавив яростный всплеск негативных эмоций, едва не вырвавшийся в мир потоком неконтролируемой силы, он отступил. В полуприкрытых глазах полыхала уже чистейшая ненависть. Чу дно, теперь все, присутствующие здесь оценят, в каких плохих отношениях находится ее высочество со своим ближайшим соратником. Грейнарр только покачал головой… да, ты недоволен. И я знаю, почему. Не одобряешь моей вольности.
Принцы же были явно раздражены… чем? Каждый из вас имел свои планы насчет дорогой сестры? Они подождут… Увы, мои требуют немедленного воплощения.
Интересно, будет ли от этого польза? От открытой демонстрации миру свей холодности и пренебрежения мнениями ближайших сподвижников и советников. Зачем? А люблю сложные сценарии. И так как есть хочется все сильнее, поспешим продолжить церемонное общение за накрытым столом.
Апартаменты герцога находились на втором этаже главного корпуса, где давящая атмосфера прошлых веков не была столь сильной. Широкие просторные коридоры, светлые деревянные панели анфилады, прятавшиеся за крепкой дверью из мореного дуба, так напоенной заклинаниями, что прикасаться к ней просто страшно. Покои резко контрастировали с темными, дымными коридорами самого замка. Головная боль медленно отступала, пока мы неспешно и величаво двигались между рядов охранников и слуг в большую залу для торжественных принятий пищи, где нас ожидал накрытый стол. Все прочие остались в соседствующей с залом малой гостиной, за открытыми дверьми, и только Грей с доверенным телохранителем лорда заняли привычно отведенные им места позади каждого из нас.
А длинный, способный вместить до полусотни человек, стол заранее накрыт на две персоны! Мило. Вы были уверены в себе, герцог… или недооценивали опасность? Ну что же… сажусь на вежливо отодвинутый стул, поправляю складки длинной юбки. Молчаливые слуги разлили по бокалам темное вино из замковых запасов, подали на стол первую перемену блюд. Возникает новый, весьма сложный вопрос. Как, Гром и Молния, соблюдая все правила придворного этикета, поддерживая опасный, полный скрытых ловушек разговор и демонстрируя полное равнодушие к содержимому больших серебряных блюд, удовлетворить сосущее чувство голода? Смешно? Грустно!!
Как можно морить голодом человека… ну пусть даже не совсем человека… ответственного за исполнение важной части задуманного плана? Крупное упущение, указать на которое я не премину, как только вернусь в крыло, отведенное ее высочеству. Тонкие, изящные тарелки с чеканным узором, тяжелый хрусталь бокалов, мерцающие огни на стенах… атмосфера почти интимная, доверительная. Тайны, раскрытые здесь, не просочатся за стены. Наверное… хм, а вот расстояние между предполагаемыми собеседниками не предполагает даже возможности разговора на пониженных тонах. Согласно этикету, мы расселись на разных концах вытянутого прямоугольника, и шепот одного из нас вряд ли достигнет ушей другого.
Тем не менее…
Меня больше заинтересовал паштет из гусиной печени со свежей зеленью и хрустящие хлебцы…
— Да будет благословенна ваша пища, — глухо пожелал со своего края стола герцог.
Сложив руки на ажурной салфетке, ответствовала:
— И помыслы ваши чисты и благородны, — позволив себе в голосе долю насмешки над традиционными пожеланиями, несколько неуместными в нынешней ситуации. Кажется, герцог весело прищурился? Уловил тонкий ехидный намек?
Продолжим. Взяв со стола маленькую двузубую вилку и длинный узкий нож, предоставила право начала разговора собеседнику. И он оправдал мои ожидания.
— Как вы добрались, ваше высочество? Я слышал, что в дороге случилось нечто… способное прервать ваш путь.
— От кого вы слышали подобные глупос-сти? — задумчиво прошипела я, больше раздраженная необходимостью отвечать, чем необходимостью вычислять того, кто распустил язык.
— Ходят слухи.
— Ходят люди, — отрезала я, накалывая кусочек хлебца на вилку, изящно оттопырив мизинец, — и разносят болезни. Но, мой герцог, только ради нашей будущей дружбы… — многозначительно выделив последнее слово и понизив голос, — поясню. Глупцы, решившие поживиться за счет беззащитных путников, крупно ошиблись. Ведь путники оказались вовсе не беззащитны. Грабители бесследно исчезли.
Многозначительно улыбаюсь, плотоядно облизывая блестящие губы. Капля угрозы, немного самоуверенности, подкрепленной скрытой силой и репутацией, а все остальное довершит чужая богатая фантазия. Приподнимаю бокал:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
