— Может, я тебе лучше денег дам, а ты сама себе что-нибудь купишь? — наконец, протянул Саша жалостным голосом.
Не спорю, такой вариант хорош, но только в том случае, если вы живёте от зарплаты до зарплаты, а у нас совершенно другой случай. Знаете, когда деньги есть всегда, когда ты ими уже пресытился, тебе хочется чего-то не материального, душевного, элементарной открытки, сделанной своими руками.
Я покачала головой.
— Может, тогда совсем без подарка? Мне, правда, очень приятна твоя забота, твоё желание подарить мне действительно что-то стоящее, но…
— Тебе ничего не нравится?
— Да.
Юноша цокнул языком:
— Если ты хочешь что-то конкретное, то…
— Нет, — я взяла его за руки, — ничего конкретного я не хочу. Просто давай договоримся: никаких подарков на праздники, хорошо?
— Ты не любишь праздники, я помню, но это не честно: ты будешь меня поздравлять, а я нет? Тогда сюрпризы без повода, согласна?
Ни подумать, ни ответить я не успела. Молодой человек вытащил из-за моей спины белую розу.
Я обернулась, но ваз с цветами не увидела.
— Откуда?
Он улыбнулся:
— Сюрпризы должны оставаться сюрпризами.
Знаете, когда ты не любишь ходить по магазинам, то все торговые центры превращаются для тебя в персональный ад. К счастью, Герц быстро смекнул, что с такой деятельностью пора завязывать, поэтому от бутиков мы медленно перемещались в сторону кинотеатра. Ассортимент, конечно, был не велик: пара мультфильмов, мелодрама и какой-то боевик, но это лучше бесконечного числа коробок с обувью и вешалок с дорогими, но безвкусными платьями.
— Я так понимаю, кино тебя тоже в особый восторг не приводит? — я покачала головой, а наша очередь в то время уже приближалась к кассе. — А что тогда?
— Мы могли бы поехать домой.
Люди смотрели на нас, не скрывая удивления в глазах, некоторые из них начали перешёптываться, а подростки смеялись открыто. Им невдомёк, как можно проводить выходные дома. И такой интерес к нашим персонам не мог не отразиться на настроении Саши.
— Марина, хватит уже сидеть дома, в конце концов, нам не по сорок лет. Два билета на… — договорить юноша не смог.
Или же не хотел. Увидев, как я, опустив голову, стою рядом с ним и играюсь с его обручальным кольцом, он вздохнул, грустно посмотрел на продавщицу билетов и сказал:
— Извините.
Ребята из очереди смеялись и опускали неприличные шуточки, когда Герц за руку выводил меня из кинотеатра.
— Я испортила тебе вечер?
В его взгляде читалось «ты испортила мне жизнь», но вслух он это не озвучил. Улыбнулся и крепче сжал мою руку; с такой силой, словно желал сломать мне пальцы.
— Не говори ерунды.
— Ты хотел в кино…
— Дома посмотрю.
— Наверное, тебе стоило пойти не со мной, а с кем-нибудь из ребят.
— А что делать, если я принципиально хочу с тобой?
В последнее время я всё чаще задаю себе один и тот же вопрос: чем я так его зацепила? Что такого увидел во мне Герц, что ему раньше не встречалось в других девушках? Или легенда о «любви с первого взгляда» ещё имеет права на существование? Сам Саша ответить не может, потому что не знает, чем конкретно я отличаюсь от его подруг. Или знает, но говорить не хочет. В любом случае, он просил меня больше эту тему не поднимать: «Люблю и точка!» — сказал молодой человек.
— И давно здесь открыли каток? — улыбнулся Саша, когда мы проходили мимо кофейни.
Я хмыкнула. Хороший план: залить площадку напротив места, где подают горячие напитки, да ещё и столики поставить напротив катка, удачный маркетинговый ход.
— Давно не катался?
— Да я уже и не помню, когда в последний раз вставал на коньки!
Чувствуя свою вину за испорченное совместное времяпровождение, я улыбнулась:
— Сходи, если хочешь.
— Когда? Мне уезжать через несколько дней.
— Сейчас.
По-моему, Саша засветился после моих слов так, словно на днях объелся фосфора.
— Ты серьёзно?
— Да.
— Ты, правда, со мной покатаешься?
Разве я сказала, что мы будем кататься вместе?
— Эм, нет. Я не буду.
— Почему?
— Я не умею.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Я научу!
— Саша, если я упаду, то потом костей не соберу.
— Я буду следить за тем, чтобы ты не упала!
— Саша…
— Марина, — он взял меня за руки, — ну, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!
Юноша так мерзко растянул своё «пожалуйста», что мне пришлось согласиться. И так весь вечер ему испортила, может, хоть это немного поможет сгладить мою вину.
Не успев толком нацепить на себя коньки, Саша побежал на лёд. Поскользнулся (благо, не упал), выпрямился, сделал смешной поворот на одной ноге и протянул мне руку. А я, в свою очередь, держась за оградку, пыталась поставить ноги ровно и желательно вместе. Садиться на шпагат в мои планы не входило. Одна радость: на катке было всего пару человек, и мой позор никто не видит.
— И долго ты будешь там ковыряться? Иди сюда!
А ты думаешь, это так легко?
Я искренне попыталась идти на голос мужа, смотреть вперёд я боялась; боялась, что если оторву взгляд ото льда, то упаду на пузо и как пингвин покачусь навстречу приключениям. Одного шага было достаточно, чтобы вернуться в исходное положение: ноги отказывались слушать свою законную хозяйку. Так что, милый, я, пожалуй, тут постою!
— Марина, не вынуждай меня применять силу!
Саша, не вынуждай меня применять слёзы!
— Я туда не покачусь.
— Почему?
— Потому что!
Наивно полагая, что смогу перебраться «на землю» без посторонней помощи, я засеменила к выходу с катка; коньки напомнили мне те самые неудобные салатовые туфли, которые заботливая Виктория подарила мне пару месяцев назад. «Девушка должна уметь ходить на каблуках!» — верещала она на весь магазин. Но с другой стороны, зачем мне туфли, если сейчас я сломаю ноги?
— Куда ты собрался, мой любимый жук-навозник?
Саша подъехал ко мне и теперь пыхтел возле правого уха.
— Лучший комплимент, который я когда-либо слышала!
— Серьёзно, Марина, куда ты навострила лыжи?
— Не лыжи, а коньки. На волю!
— Так не пойдёт, — молодой человек взял меня за руку и потащил на себя, — ты же не научишься кататься на коньках, если продолжишь топтаться на одном месте.
Он отпустил мою руку и я, подобно советскому танку, выставив вперёд дуло в виде длинного носа, покатилась на Сашу. Поймал.
— Я вообще не собиралась этому учиться! И вообще я, по-моему, уже поседела! И постарела лет на пятнадцать!
— Теперь я буду говорить друзьям, что женился на женщине, которая старше меня на двадцать лет. — юноша улыбнулся.
Если не считать его язвительных комментариев, то в целом, покатались мы нормально. По крайней мере, я ни разу не упала, хотя на поворотах меня постоянно заносило. Герц сдержал своё слово и не дал мне рассыпаться на катке. Поэтому теперь, целая и полностью удовлетворённая, я сидела на коленях Саши и улыбалась, пока он что-то мурлыкал мне на ухо.
— Когда ты переедешь ко мне? — спросил Герц, когда я поцеловала его в губы.
— Давай потом это обсудим?
— Нет, я хочу обсудить это сейчас. Мне не нравится любовь на расстоянии.
Я усмехнулась:
— Она самая крепкая.
Молодой человек вздохнул, но обратился уже не ко мне:
— Я рад тебя видеть, извини, что не получилось встретиться раньше.
Глава 43
Я обернулась. К нашему столику медленно подходил. Он выглядел таким замученным, словно несколько дней подряд работал в ночную смену. Я знала, что у них проблемы с Олесей: сестра рассказала, что вернувшись как-то домой (с недавних пор ребята жили вместе), она застала приятеля на полу. Илья лежал на холодном паркете звездой, раскидав руки и ноги в разные стороны, а вокруг него валялись пустые бутылки из-под всевозможного алкоголя, и, кажется, водка была самым безопасным продуктом. Разумеется, девушка испугалась и вызвала скорую, которая её не обнадёжила; помимо алкоголя в организме юноши нашли и наркотики. Когда Илья пришёл в себя, то не смог объяснить, чем были вызваны такие перемены, и они расстались. Причём, он явно переживал их разрыв сильней: раньше Илья более или менее старался следить за своим внешним видом, теперь же грязные, отросшие волосы падали на лоб, трёхдневная щетина его совершенно не красила, а помятая одежда, завершая образ, кричала о больших проблемах.
