Спустя несколько минут Блейз ощутила внезапную прохладу, когда Джулиан стянул с ее плеч платье и обнажил грудь. Блейз громко вскрикнула в темноте, мысли ее смешались. Она знала, что следует остановить его, знала, что должна справиться с нахлынувшими ощущениями, однако вместо всего этого только бессильно прижалась к нему, неразборчиво бормоча слова протеста.
— Тише, милая, — еле слышно прошептал он.
Он накрыл одну ее грудь ладонью и начал осторожно сжимать, наслаждаясь мягкостью и упругостью ее тела.
— Нет, — слабо выдохнула девушка, безвольно качая головой из стороны в сторону.
— Тебе не нравится?
— Не в этом дело… нельзя… мне больно. — Сосок у нее затвердел и отзывался болью под его пальцами.
— Но приятно?
Она не ответила, но он и так знал ответ. Он знал, потому что прижался губами к ее шее под подбородком и почувствовал, как бьется ее сердце.
— Сколько дней ты мучаешь меня, — прошептал он. — Будет только справедливо, если теперь я немного помучаю тебя. Ведь ты сейчас испытываешь настоящие муки, не так ли, моя огненная цыганка?
— Да… да… — задыхаясь, проговорила она, выгибая спину в ответ на прикосновение его руки.
— Хорошо.
Опытными, ласковыми пальцами он принялся изучать ее обнаженную грудь. Он возбуждал ее легкими, размеренными движениями, едва касаясь кожи и чувствуя сумасшедшие удары ее сердца. Его рука скользила по груди вверх к подбородку и возвращалась назад, легко находя и массируя места наибольшего возбуждения. Действовал он с уверенностью мужчины, хорошо знающего, как отзывается женское тело на ласки.
Совершенно смешавшаяся Блейз бессильно потянулась к нему. Еле слышный стон вырвался у нее, когда он склонил голову к ее груди. Но едва он теплыми губами коснулся сосков, стон окреп и вырвался наружу. А когда он припал к груди и начал языком ласкать соски, неведомое доселе ощущение пронзило ее.
Блейз познала желание. Ее тело, охваченное страстью, налилось невероятной тяжестью и напряглось. Его ласки возбуждали, доводили до исступления. Поддаваясь едва сознаваемому первобытному инстинкту, она подняла руки, запустила пальцы в его золотистые кудри и прижала голову Джулиана к груди. Больше она не сопротивлялась. Она поняла, что значит быть желанной. Его страсть, его ласки говорили, что он хочет ее, что она нужна ему, он ценит ее. От этого нового ощущения у нее закружилась голова. Сколько лет уже она никому не была нужна, никто не любил ее!
Он медленно приподнял подол ее платья. От холодного воздуха Блейз поежилась, но нежные слова ободрения быстро согрели ее.
— Моя огненная женщина… Расслабься… Тебе будет очень приятно… Позволь мне любить тебя… — Его жаркий шепот слышался над самым ее ухом, рука его стала еще смелее, она медленно продвигалась вдоль ноги вверх, приятно сжимая и отпуская ее бедро, поглаживая бархатистую кожу живота. — Раздвинь для меня ноги, любовь моя…
Когда она нерешительно повиновалась, его рука скользнула под темный треугольник мягких волосков, туда, где лежал путь к неземному блаженству.
Он прильнул к ее губам, заглушив ее вскрик. Его губы и язык двигались в такт с рукой, готовя ее к неизбежному. Ее охваченная любовной истомой плоть стала влажной и послушной под его искусными пальцами. Эти теплые пальцы становились все смелее, исследуя ее, раздвигая и скользя вглубь между трепещущими складками, то задерживаясь там, то возвращаясь наружу, чтобы ласкать еще и еще.
Стеная и всхлипывая от наслаждения, Блейз выгибалась, голова ее бессильно металась из стороны в сторону. Она не понимала, что он с ней делает. Казалось, он знает ее тело лучше, чем она сама… Он знал, где касаться и ласкать, где дразнить и мучить, как заставлять дрожать и трепетать от страсти, как свести с ума.
Возбужденный до невозможного этой порывистой, трепетной женщиной, лежащей рядом с ним, Джулиан глубоко вздохнул, чтобы хоть немного остудить свой пыл и не торопить события. Он так отчаянно жаждал овладеть ею, потеряться в глубине ее тела, что почти уже перестал ощущать себя, но еще больше он хотел доставить ей наивысшее удовольствие. Он хотел, чтобы она до конца познала все оттенки наслаждения, которые мужчина может доставить женщине.
Блейз откинула голову назад и позволила ему делать с собой все, что он хочет. Она уже больше не думала о сопротивлении, она вообще не могла ни о чем думать. Она вдыхала пьянящий запах его тела, смешавшийся с запахом сена, наслаждалась его вкусом, ощущала биение его сердца и движения его требовательных пальцев. Блейз была не в состоянии лежать спокойно, она задыхалась и извивалась под напором его ласк. И вдруг тело ее напряглось и замерло. Блейз испытала такое потрясение, такие ощущения, что она испугалась их, ей показалось — она умирает.
Джулиан приглушил своими поцелуями ее восторженные стоны, перемежающиеся всхлипываниями, все еще держа руку в ее влажной плоти. Когда волны экстаза немного улеглись, он осторожно обнял дрожащее тело руками. Он желал ее безумно, до боли, но раненое бедро не давало покоя. Хотелось просто вытянуться, но он продолжал крепко обнимать ее, давая время прийти в себя.
Несколько мгновений спустя Джулиан поднял голову, нежно и ласково посмотрел Блейз в лицо. В призрачном лунном свете она казалась бледнее обычного. Когда она открыла глаза, у Джулиана перехватило дыхание. Она смотрела на него в изумлении и замешательстве.
— Ты не знала такой страсти раньше? — Джулиан не спрашивал, он утверждал.
— Н… не знала, — еле слышно призналась Блейз.
— Твои предыдущие покровители, похоже, были не очень внимательными любовниками, если думали только о своем удовольствии.
Щеки Блейз залились ярким румянцем, она в ужасе закрыла глаза. Господи, Джулиан уверен, что она занимается этим не в первый раз, что у нее было множество любовников! Но ведь это не так. До встречи с ним весь ее любовный опыт сводился к нескольким торопливым поцелуям. Она вечно попадала в какие-то истории, но оставалась непорочной, по крайней мере до сих пор, до встречи с ним.
Боже правый, как она докатилась до этого? Одна, на чердаке с сеном, в компании незнакомого мужчины, да еще позволяет ему такие немыслимые вольности! Она сгорала от стыда, вспоминая случившееся. Во всем виновата ее самоуверенность. Она ни на минуту не сомневалась, что без труда справится с лордом Линденом в подобной ситуации, но оказалось, что она переоценила свои возможности. События стали неуправляемыми. Теперь она поняла его первоначальный замысел. Он задумал соблазнить ее этой ночью и устроил все так, чтобы они остались наедине. Блейз гордилась тем, что без особого труда могла обвести вокруг пальца кого угодно, но он, судя по всему, превзошел ее в этом. И она безропотно последовала за ним, подобно агнцу, идущему на заклание. Дрожа всем телом, Блейз поплотнее закрыла глаза и уткнулась лицом в плечо Джулиана, искренне жалея, что встретила его.
