Читаем без скачивания Мент поганый - Николай Леонов

Гуров вновь увидел своего друга и начальника уже на сцене: генерал усадил Орлова, сам подошел к компьютеру, вставил дискету, напряженно уставился на экран, через некоторое время заулыбался, глянул в сторону Гурова победно.

– Там они, там, куда им деться, – прошептал Гуров. Значит, не померещилось, и не так он глуп, как полагают некоторые. Петр совладать не смог: куда плотник супротив столяра? Хотя здесь и все наоборот, Петр столяр-искусник, а министр еле-еле плотник. Однако президенту виднее, оттого он нашими министрами в подкидного играет.

Генерал явно отвечал за проведение мероприятия. Когда кончили считать проценты, деньги и стволы, он включил телевизор, начал комментарий. Огромный телеэкран в актовом зале плохо смотрелся, да и снято было скрытой камерой, одна мельтешня: машины, погони, пистолеты, трупы. Генерал был лаконичен: «безжалостные, циничные бандиты и убийцы», «безутешные матери и несчастные дети», «неминуемость наказания и беспристрастность суда» – в общем, полный джентльменский набор.

«Что же, генерал, дальше? – думал Гуров. – Куда едем, где остановимся?»

– Уважаемые гости и коллеги, как раз сегодня у нас большое событие: сотрудниками уголовного розыска завершена сложнейшая операция, ликвидирована группа так называемых авторитетов уголовного мира. Главарь, к сожалению, убит во время перестрелки, но герой жив и здоров!

Гуров застонал, ноги у него почему-то ослабели, во рту пересохло, поняв, какое испытание его ожидает, он выругался.

– Так бывает не только на экране, хотя человек, которого я вам сейчас представлю, и похож на киногероя. Жизнь закручивает сюжеты почище драматургов. – Генерал поднял руку, выдержал паузу и с пафосом произнес: – Полковник милиции, старший оперуполномоченный по особо важным делам Лев Николаевич Гуров! Прошу!

Так представляют звезд эстрады, после объявления следует шквал аплодисментов, а герой выбегает с поднятыми руками и раскланивается. Сейчас же пафос тона в сочетании со словом «оперуполномоченный» вызвал у людей недоумение, чувство неловкости, кто-то рассмеялся, послышалась быстрая иностранная речь, повисла пауза и, заполняя ее, генерал продолжал говорить:

– Полковник – смелый, опытный, талантливый сыщик. Он сумел не только разгромить преступную группировку, но и захватить картотеку преступников, которая содержит имена, клички боевиков, осведомителей и полные данные на тех уродов-перевертышей, которые, что греха таить, все еще существуют в нашей среде.

Никогда в жизни Гурову не было так стыдно, но не выйти было невозможно: начнут искать, тыкать пальцем, подталкивать. Он шел по проходу, поднимался на сцену, стараясь не слушать заливавшегося соловьем генерала.

– По своим политическим убеждениям полковник – ярый сторонник демократической платформы. – Генерал указал на свободный стул. – Присядьте, Лев Иванович. А сейчас, товарищи и господа, мы постараемся ответить на ваши вопросы.

На большинство вопросов отвечал заместитель, министр лишь подал несколько реплик и даже сравнительно удачно пошутил. Генерал представил залу Орлова. Узнав, что просто одетый немолодой человек – главный сыщик страны, журналисты, особенно иностранцы, оживились, начали задавать более конкретные и профессиональные вопросы. Орлов отвечал нудно и односложно, пытаясь погасить интерес к своей персоне. И он, и Гуров напряженно ждали подвоха, ведь дискета была в компьютере, а висевшее на стене ружье обязательно должно выстрелить.

Иностранцы о чем-то переговаривались между собой, а потом один из них на чистом русском языке спросил:

– Господин Орлов, как мы понимаем, захват полковником списков агентуры уголовников для вас большая удача?

– Безусловно, – кивнул Орлов. – Хотя я не могу судить о степени удачи, так как еще не успел ознакомиться с материалами.

– Мы поздравляем вас, господин Орлов. Мы не хотим вас обидеть, но не боитесь ли вы, что среди членов мафии могут оказаться и ваши люди?

«Вот оно, началось, – понял Гуров. – Что бы про меня ни болтали, но я обыкновенный гений».

– А вы, господин, не боитесь узнать, что ваш друг предатель? Конечно, страшно. Но уж если он предатель, то лучше об этом узнать раньше, чем позже, – ответил Орлов.

– Мы полностью исключаем возможность сотрудничества с преступниками наших ответственных товарищей, – вмешался в разговор министр. – Это исключено. А среди рядовых могут быть и двурушники. А мелкие чиновники в вашей стране не продаются мафии?

– О, сожалею, господин министр, к сожалению, продаются. – Иностранец всплеснул руками. – Это наша беда!

– Петр Николаевич, разрешите вопрос. – Журналист представился, и Гуров услышал знакомую фамилию, которая была на дискете Романова.

– Да, конечно, – ответил Орлов.

– Приятно, что наш министр такой оптимист, – сказал Кудин. – Но вы, опытный сыщик, не исключаете, что среди осведомителей и других пособников нашей родной мафии окажутся лица крупного калибра?

– Я уже давно ничего не исключаю, – сказал Орлов. – Наш разговор уходит в область предположений, а я поклонник фактов.

– Простите, господин Орлов, – вмешался иностранец, – вы впервые пошли на открытый разговор с прессой, данный факт мы приветствуем от всей души. Но если, как заметил мой русский коллега, вы столкнетесь с людьми большого масштаба, то не боитесь ли, что добычу у вас просто отнимут?

– Лично мне бояться поздно, отбоялся. А отнимут – не отнимут, это решать не мне. Я не политик, я сыщик.

– Удобная позиция, – усмехнулся Кудин. – Мы не были политиками в тридцать седьмом, сорок девятом, в застойные годы, теперь имеем то, что имеем. Может быть, есть смысл передать добытые материалы в специальную комиссию Верховного Совета?

Министр многозначительно взглянул на генерала, тот мигнул своим подручным, которые неслышно спустились в зал, прошелестела команда: «Товарищи! Просьба разойтись по рабочим местам!»

Сотрудники неохотно потянулись к выходу. Лишь группа советских и иностранных журналистов, ощерившись микрофонами, осталась перед столом президиума, за которым восседали руководители и депутаты. Гуров вглядывался то в лицо Кудина, который специализировался на разоблачениях беззаконий, творимых органами милиции, и был негласно выдвинут своими коллегами в лидеры, то переводил взгляд на чеканный тяжелый профиль депутата Черкасова, обменивавшегося с министром короткими репликами.

– Этого я не позволю. – Орлов хотел лишь подумать, но произнес вслух и, поняв, что проговорился, бросился в бой: – Какова бы ни была заложенная в картотеку информация, она совершенно секретная и оглашению не подлежит.

– Обожаю секреты! – воскликнул журналист. – Вы распоряжаетесь секретами по своему усмотрению, народным избранникам знать правду не положено.

– Демагогия, – отрезал Орлов и взглянул на министра. – Спецслужбы любого, самого демократического государства хранят свои секреты.

Иностранцы залопотали по-своему, согласно закивали, кто-то из них сказал:

– Конечно, так есть.

– А не тайна, что представляет собой столь секретная картотека? Это карточки, списки? – последовал очередной вопрос.

– Дискета, она заложена в этот компьютер, – выстрелил подручный генерал и кивнул на стоявшую на приставном столике аппаратуру.

– Прекрасно, значит, если вам что-то в тайнах мафии не понравится…

– Почему именно нам не понравится? – перебил журналиста генерал. – Может быть, вам не понравится?

– Извините, – вмешался сидевший за столом депутат, – давайте откажемся от деления на «наших» и «ваших».

– Нет уже, извините. – Генерал задрал подбородок. – Прозвучал недвусмысленный намек: честь мундира обязывает. Стреляться!

Иностранцы, люди более раскованные и органичные, рассмеялись, захлопали, советские улыбались настороженно.

– Вы, генерал, смельчак и вызываете на дуэль безоружного. Знакомая картинка! – съязвил Кудин.

– С ваших губ капает яд, поберегитесь. У нас будет одно оружие и один секундант.

Гуров все понял: он одинаково не любил ни генерала, ни журналиста, но отдал должное первому, который был умнее и коварнее.

– Объяснитесь, – сказал Кудин и непроизвольно вытер губы. – Какое оружие?

– Компьютер.

– Согласен. А секундант?

– Пресса. – Генерал поклонился журналистам. – Вы же поклонники гласности.

– Какие условия? – Кудин чувствовал, его заманивают в ловушку, но не мог понять, в чем она заключается.

– Мы спросим у компьютера о вас и, скажем… – генерал, актерствуя, обвел взглядом присутствующих, остановился на депутате Черкасове, улыбнулся, – и о вас. Согласны? Чтобы вам проверка не показалась обидной, мы сначала зададим вопрос, что известно мафии о генерале Орлове и обо мне. Согласны?

– Конечно, нет, – взорвался Кудин. – Это ваш компьютер, в нем заложена ваша информация… Я категорически протестую, это чистой воды провокация!