Читаем без скачивания Код расплаты - Евгений Сухов

Все-таки пора идти к старине Энтони, а то он там уже извелся!

Неожиданно дверь распахнулась, и в кабинет, бережно держа в руках бутылку коньяка «Генрих IV» стодвадцатилетней выдержки, вошел сияющий Энтони Конорс.

– Ты уже знаешь? – улыбнулся Обрайн.

– Послушай, Анри, здесь без моего ведома даже муха не пролетит, а ты говоришь о вещах, от которых зависит судьба банка!

– Понимаю, я тебя недооценил.

– У меня своя разведка, – буркнул Энтони. – Я даже больше тебе скажу: директор ФБР уже созвонился с русскими по поводу этого чертового хакера, они уже выехали на его задержание. Вот так!

– Значит, ты предлагаешь отметить завершение нашего дела?

– Ты, как всегда, проницателен!

– Не каждый день мне приходится пить коньяк стоимостью в два миллиона долларов!

Разлили коньяк по стопкам и, наслаждаясь насыщенным ароматом, принялись смаковать по капелькам.

– Вот что тебе скажу, пока я не выпью всю бутылку, ни за что отсюда не уйду, – объявил Анри Обрайн.

Энтони довольно рассмеялся:

– Дружище, я только буду рад!

Негромкий сигнал известил о полученном сообщении.

– А это еще что такое? – невесело буркнул Обрайн, извлекая телефон. Прочитав сообщение, невольно нахмурился. – Видно, нашу пьянку в верхах придется отложить до следующего раза. Мне нужно срочно выезжать. Но обещай мне одну вещь, Энтони.

– Все, что угодно, Анри, – отвечал Конорс.

– Не пей без меня этот коньяк.

– Это самое легкое обещание, которое я могу тебе дать, – улыбнулся президент банка.

– Записывай, капитан, – прозвучал в трубке ровный голос. – В интересующую тебя квартиру звонила женщина – Ксения Валерьевна Шелест. Звонила своей дочери – Дарье Шелест. Номер телефона ее такой: восемьдесят девять двести четыре, – принялся диктовать дежурный, – …тридцать шесть. Записал?

– Да, все записал, – сказал Полуянов Федор. – Спасибо.

– Вот и славно. Если что, обращайся.

Никодим, по свидетельству всех, кто его знает, очень сильный программист и некоторое время работал по специальности в Америке. С его незаурядными способностями он мог бы устроиться в какую-нибудь серьезную контору, но прозябает в затхлом научно-исследовательском институте с мизерным окладом, какового вряд ли хватит даже на сигареты. Но разъезжает на крутой тачке, живет в дорогой квартире. Значит, имеет какие-то дополнительные источники доходов.

Что эта Шелест могла делать у Никодима? Может, это прежняя его любовь, с которой он сошелся в Америке?

Набрав имя Дарьи Шелест в поисковой строчке «GOOGLE», он даже не удивился, узнав, что девушка входит в число сильнейших компьютерщиков страны. А до гибели Томми Харриссона, прославившегося своими хакерскими атаками на Пентагон, была его девушкой и даже собиралась за него замуж.

В последнее время участились хакерские атаки на московские банки, со счетов в неизвестность уходили миллионы рублей. Может, этот Никодим Панкратов и есть тот самый неуловимый хакер, которого ищут по всей стране? Во всяком случае, проверить это будет нелишне, и тотчас набрал телефонный номер подполковника ФСБ Бобровского:

– Товарищ подполковник, это вас капитан Полуянов из МУРа беспокоит.

– Слушаю тебя, Федор.

– Тут вот какое дело, кажется, я знаю, кто занимается хакерскими атаками.

Капитан спецподразделения СОБР Евгений Половцев проскучал целый день. А ведь предполагалось, что смена будет насыщена событиями. Еще утром поступила оперативная информация, что в Центральном парке будут собираться какие-то неформалы – не то футбольные фанаты, не то зеленые, – и следовало готовиться к худшему развитию событий, а потому к месту возможной встречи подкатили загодя. Народ собрался, но немного, человек тридцать, они о чем-то дружески переговорили и так же незаметно разошлись, как и притопали. Так что бойцы зря просидели в своем фургоне, подглядывая за неформалами из-за занавесочек.

Еще через час их выдернули на станцию метро «Сокол», где в одном из кафе схлестнулись кавказцы со славянами, но задержать никого не удалось. Бармен никого не запомнил, а директор, маленький кругленький человек, выкатившись на коротких ножках, слезно просил не портить репутацию заведению и не предавать инцидент широкой огласке. Немного потоптавшись, съехали восвояси. Оставшееся время провели на базе, не зная, как скрасить уныло тянувшееся время, и готовые по звонку выехать в любом направлении.

И вот когда дежурство уже подходило к концу, Половцеву позвонил полковник и, буквально крича в трубку, отдал распоряжение:

– Вот что, капитан, срочно езжай на Вахромеевскую, семнадцать! Пакуй там всех, кто есть! И не церемонься! Ты даже не представляешь, откуда мне только что звонили!

– Товарищ полковник, а что там за народ?

– Ты еще здесь? – гаркнул в трубку полковник. – Как сделаешь, доложишь!

На Вахромеевскую, семнадцать, подъехали через двадцать минут, благо что она располагалась неподалеку. По указанному адресу влетели на четвертый этаж и, не останавливаясь перед дверью, вышибли ее вместе с косяком. Каждый из собровцев, взвинченный строгим инструктажем, наспех проведенным в пути, полагал увидеть шайку головорезов, вооруженную холодным и огнестрельным оружием, или на худой конец наркопритон, но вместо ожидаемого ужаса в квартире оказался худосочный перепуганный очкарик, сидевший за компьютером.

Гуревич без особого труда вошел в банк «Империал» и активизировал заложенные в сайте закладки. Еще через несколько минут вирусы должны будут разойтись по внутренней компьютерной сети и предоставят базу клиентов. Останется только набивать банковские номера и отправлять деньги по многочисленным офшорным счетам. Единственное, что его угнетало, так это длинные цепочки цифр, которые постоянно приходилось сверять с оригиналом. Ошибки здесь быть не должно, но ради тех денег, которые он должен будет заполучить в ближайший час, можно будет перетерпеть это неудобство.

А этот Никодим Панкратов невероятно башковитый парень, с его мозгами можно такие деньги зашибать, а он непонятно чем занимается!

В какой-то момент Гуревичу показалось, что программа забуксовала, то есть она продолжала работать, открывала счета клиентов, но вот проделывала это как-то неохотно, что ли… Во всяком случае, не так, как было раньше. Но стоит ли об этом особенно думать, когда через минуту он станет переводить деньги на собственные счета. И в дальнейшем будет озадачен только одной проблемой: как бы подостойнее их потратить. А может, вложить в какое-нибудь прибыльное предприятие?

Пора приступить к главному. Терпеливо набив банковский номер первого клиента, Аркадий после некоторого раздумья вписал в счет сумму в двести тысяч евро (чего мелочиться!) и нажал на «Enter». Но ничего не произошло. Нажал еще раз – опять то же самое. Заполненные графы, будто бы сюрреалистической картинкой, застыли на экране. Что же это такое? Может, сделал что-нибудь не так? Но нет, действовал строго по инструкции. Компьютер нужно перезагрузить – даже самая надежная техника не выдержит подобной нагрузки: все эти провода просто плавятся, когда через них пробегают суммы в сотни тысяч евро!

Однако компьютер не желал даже перезагружаться, и с монитора на него продолжали издевательски смотреть цифры, не пожелавшие отправляться в зоны свободной экономической торговли.

В этот самый момент он услышал, как во входную дверь что-то сильно шибануло. Квартиру тряхнуло так, что, даже находясь в соседней комнате, он почувствовал ударную волну, пробежавшую по его телу электрическим зарядом. Дверь, не выдержав грубого насилия, провалилась в коридор, с грохотом ударившись о кафельный пол. И, прежде чем Гуревич успел что-то сообразить, в комнату, грохоча тяжелыми каблуками, вбежали несколько человек в камуфляже и заорали ударившими по нервам голосами:

– Лежать!!

Подбежавший спецназовец сильным умелым пинком выбил из-под него стул, и Аркадий Гуревич опрокинулся на пол, больно стукнувшись спиной. Две пары рук грубо перевернули его на живот и, заломив за спиной руки, защелкнули наручники.

– Компьютер включен, – торжествующе прозвучал над головой молодой голос.

– Ничего не трогать, – командно предупредил другой голос, видно, принадлежавший старшему в группе. – Сейчас подойдет майор, все сам посмотрит. Что, попался, гаденыш! Красивой жизни захотел? Это мы тебе устроим!

От интонаций, с какими были произнесены последние слова, по затылку пробежал неприятный ледяной озноб. Гуревич осознал, что его лучшая доля осталась в прошедшем времени.

В комнате послышались тяжеловатые хозяйские шаги.

– Ага, вижу, лежит! Вот он какой красавец. Выглядишь не очень, я тебя по-другому представлял. Что же ты так опростоволосился? Все учел, предусмотрел, такую красивую операцию провел и так по-глупому попался.

– Так я же… – попытался оправдаться Аркадий Гуревич, слегка приподнявшись.