Читаем без скачивания Злой среди чужих - Олег Филимонов

– У них другие задачи, – отрезал Скотт и, сверившись с чем-то в компьютере (не иначе как моим досье), добавил: – Кстати, уже предлагали – вы отказались.

– Это еще на Земле было, я и предположить не мог, что так вляпаюсь. А тут перспективы такие, что на полном довольствии жить легче. – Будем «дурочку валять».

– С вашим индексом в коммандос не возьмут, а отменить распоряжение о дополнительном балле я могу в любую секунду, – предпочел не вилять, а высказаться прямо сделавшийся строгим Скотт. – Вы нужны мне в качестве разведчика, никто вас своры бандитов, если сами не захотите, уничтожать не пошлет. Я ведь понимаю, что вчерашнее дело – это невероятная случайность: вы чудом уцелели, хотя и очень подготовленный боец, не отрицаю – потому предложение вам и сделали. Не хотите на меня работать – никаких поблажек не будет! Насчет довольствия уже договорились – когда задание получаете, мы обеспечиваем всем необходимым, операция оплачивается по наивысшим ставкам. Это кроме премий за головы! С коммандос будете иногда в качестве скаута[59] работать – на тех же условиях. Но приказы получать непосредственно от меня.

Понятны его мотивы, если развединформация идет от Скотта (или его агентов, без разницы) – прогиб засчитан, пошли бонусы. И даже в случае провала операции можно сразу уйти в отказ – отмазаться и стрелки перевести легко: мол, коммандос накосячили. В общем, вложений почти никаких, ни за что не отвечаешь, но плюсы у вышестоящих имеешь.

– Нет, нет. – Я сделал вид, что иду на попятный. – С условиями согласен, и в спецподразделения не рвусь… – И тут же заявил: – Но если буду у них скаутом, то снаряжение должно быть соответствующее – не хуже…

Не знаю, что там у них есть, но наверняка что-то полезное окажется, и в обычных условиях совершенно недоступное. Прежде всего, имеется в виду вожделенный комбез-хамелеон.

Понятные высокому чиновнику доводы тоже привел:

– Иначе какой-то прикомандированный разведчик на фоне бойцов коммандос будет выглядеть совсем не лучшим образом – просто как оборванец. Соответственным будет и отношение ко мне и, главное, к вам – мол, не смогли даже самым необходимым обеспечить. Ссылаясь на это, могут информацию и любые указания проигнорировать. Вам это надо?

– Будет снаряжение, не сразу, но будет, – нахмурившись, подытожил Скотт, он мои нехитрые уловки просек, но с аргументами согласился. На то и расчет был.

– Еще что-нибудь?

– Самая малость. Вы упоминали, что в одиночку мне сложно будет бандитов отлавливать. Полностью согласен. Но все же иногда придется. К тому же я этим на жизнь зарабатывать собираюсь, – нахально соврал я. – Вы же меня на зарплату не сажаете. – К гигантскому моему облегчению, если бы попытались, не знаю, как без потери доверия отмазаться бы смог. – К тому же скауты в одиночку не работают. Хочу команду подходящую собрать – вам прямая выгода. Поэтому для будущих моих сотрудников прошу те же условия.

– Устроим, но тоже не сразу. Против команды я не возражаю – дело хорошее, но сначала вам надо себя проявить, – благосклонно кивнул большой начальник… и мелкая доргская шавка в одном флаконе.

– Сделаем все возможное! – отрапортовал я. – Но один человек в отряд у меня уже есть – сосед по комнате. Мы неплохо сошлись. Нет, никаких поблажек и дотаций! – заметив, как наливается багровым рожа администратора, поспешил вставить я. – Только индекс поднять, у него с ним тоже проблемы…

– Как имя? – хмуро бросил Скотт и опять полез в компьютер. – Приводи сюда, поговорю с ним, тогда и решим…

– Бриан Мак-Моран.

Затем мы обсуждали некоторые первоочередные задачи: с каких шаек хорошо бы начать и что по ним есть. Хотя с последним вопросом меня отфутболили в комендатуру.

Выбравшись из кабинета, я выпустил воздух сквозь судорожно сжатые зубы. Как лебезить-то пришлось! Тяжела жизнь разведчика-нелегала, правда, туда не таких, как я, набирают – более контактных и сдержанных, мягко говоря, людей. В засаде могу сутками лежать, в бою спокоен и рассудителен, но это другое… Так что хреновый из меня Штирлиц, я больше по другим вопросам – чтобы все горело, взрывалось и рыдало. Но ничего, свое еще наверстаем – дай бог терпения!.. Эх, с каким же удовольствием я этому скоту пасть порву!

– У-тю-тю! – сделал я на выходе «козу» пидорастическому привратнику. – Как, начальство не сильно зверствует, попа не болит? – после чего глумливо заржал.

Будем поддерживать образ отмороженного урода – своего рода дымовая завеса. С теми, кто здесь, на базе, собрался, это совсем несложно, и даже кривить душой не придется, только акценты немного сместить. Чтобы возможные промахи чисто на хамскую натуру списали, а не заподозрили истинные чувства. Другие маски мне поддерживать будет проблематично – характер не тот.

Что гомосеки, что шкуры продажные – один хрен! Они угроза для выживания человеческой расы! Про одних давно понятно – с продолжением рода у геев туго, зато с выносом мозга все в порядке. А вторые, с какой стороны ни посмотри, предатели рода людского! И абсолютно неважно, из каких соображений доргам подмахивают.

А доргам на их «обыкновенный фашизм» ответим расизмом, экстремизмом и терроризмом… Что еще забыл? Ах да, в идеале – геноцидом. С последним главное раньше, чем они, успеть! Иллюзий по этому поводу нет, а то, что они пока только ненавязчивым рабством на отдельно взятой планете ограничились… дело временное. Хотя все эти надуманные термины здесь совершенно неприменимы – речь, без преувеличения, о выживании вида «хомо сапиенс» идет!

Интересно, как «инки» со всеми своими психопрофилями мои установки до ниточки не размотали? Если бы раскололи, то не церемонились – сразу в расход!

Кроме того, я ведь патриот своей страны (а теперь и человечества в целом), которую поколения предков, не щадя жизни, защищали. Не могло это мимо внимания доргов проскочить – на поверхности лежало, проверяемое любыми тестами. Хотя… само государство (почувствуйте разницу со страной) и «верхушку у кормушки» люто ненавижу. Может, отсюда и сбой? Или моя бешеная натура, перекрывая все остальное, спасает? Иначе бы уже на рудниках корячился. Значит, доргская техника далеко не всесильна, либо их тесты врут?..

Тогда здесь должно быть достаточно таких же, как я. Даже если в прошлой жизни они экстремизмом (опять неудачный термин) не страдали. А рудники так вообще золотая жила – туда ведь не столько, как я понимаю, за преступления отправляют, сколько за убеждения, даже неосознанные – по индексу.

Размышляя на абстрактные и не очень темы и прикидывая, что еще можно извлечь из сложившейся ситуации, я направился к «приюту попаданца», то есть «Реабилитационному центру».

Там уже наблюдалась некоторая суета – вынужденные колонисты начали приходить в себя. По этажам в сопровождении комендантской охраны перемещался медицинский персонал. Попадались и ошалевшие лица переселенцев. Однако истерик, скандалов и тому подобного я не заметил. Что наводило на размышления. Наверняка есть какие-то средства влияния на перемещенных, типа успокоительного укольчика… С учетом продвинутой доргской медицины, это многое объясняет. А вот я, благодаря шерифу (и Бриан, тут уже спасибо мне), без таких процедур обошелся. Странно, что психологической обработки не было. Мне кажется, что влиять на сознание дорги умеют очень хорошо, а времени и возможностей для этого было предостаточно. Или «закладки» в мозгу все же есть, но я их не замечаю? Надо у Гарретта выяснить, что-то подсказывает, что он может быть в курсе.

Поднявшись в комнату, я растолкал Бриана, дождался, пока он приведет себя в порядок, и потащил в администрацию. Надо успеть, пока там столпотворение не началось – народ потянется документы и подъемные получать. Бриану, кстати, тоже надо. На ходу я быстро ввел его в курс дела и проинструктировал, что надо говорить и как себя вести. Невыспавшийся, похмельный Бриан хмуро и покорно кивал.

О том, что будем работать в команде, мы договорились еще ночью, за стаканом – ирландец решил примкнуть, а не пускаться в свободное плаванье. Потом мы демократично выбрали главнокомандующего. После демонстрации силы… то есть моих способностей в роли авторитетного руководителя, против моей кандидатуры на пост атамана ватаги… простите – командира отряда, Бриан никаких возражений не имел. Собственно, и вопроса не стояло. Я максимально доходчиво обрисовал планы и перспективы. А чтобы не возникало недоговоренностей, пояснил:

– Приказы выполнять, как на войне. Не нравится, сразу скажи. Тогда разбежимся без обид.

Бриан с условиями согласился.

Педрила на ресепшене, увидев меня уже в компании огромного, бородатого и страшенного ирландца, попытался спрятаться за стойкой.

– Чего это он? – спросил рыжий.

– Не обращай внимания, он языком не владеет, вот мне и сказали его на заметку взять… – подмигнул я Бриану.