Хм. Похоже, уточнял, чем нам может грозить наше самовольство.
Разрешению я обрадовался, однако вспомнил, что для осуществления плана мне необходимо попасть на корабль.
Очнувшись от мыслей, я заметил, что мы уже добрались до замка. Вокруг нас суетились слуги. Спешившись, я перехватил слугу и поинтересовался, как тут мои парни.
— Ваши ученики с молодыми хозяевами все время провели в лаборатории. Вот и сегодня с утра отправились туда, — отрапортовал слуга и умчался по своим делам.
В это время раздался звук мощного взрыва. Все, кто находился во дворе, и мы в том числе, выскочили за ворота и перепугано уставились на дымящиеся развалины дома. Из замка уже неслась толпа слуг с ведрами воды и лестницами. Тут же примчался и Кай с женой, Ритой. Народ потеряно разглядывал кучку камней, оставшуюся от лаборатории.
Все собравшиеся обреченно смотрели на развалины, уверенные, что ничего живого здесь попросту не может быть. Женщины начали всхлипывать. Я умом понимал, что мои подопечные вряд ли пострадали, однако, глядя на каменное крошево, оказалось сложно поверить в их спасение. А уж мысль о том, что погибли сыновья Рэма, просто повергла в ужас.
— Вот тебе и проведал! Вот тебе и помог! — прошептал я потерянно, схватившись за сердце.
Рэм, бледный, как смерть, переживал не только за своих детей, но и за Мая с Элом.
Из-за спин подданных появился старший сын Рэма, Сарон.
— Отец, я жив. Генри уже давно ушел в библиотеку, чтобы разыскать информацию по одному вопросу. Так что, во время взрыва он здесь не присутствовал. В лаборатории оставались только Рик и наши гости, Май и Эл, — виновато опустив голову, произнес он.
Поняв, что собственные дети живы, Рэмануэль облегченно выдохнул, но тут же снова испуганно выпучил глаза. Мысль о гибели моих мальчишек являлась для него не менее тяжелой.
Я о-о-очень надеялся, что браслеты все же сработали, и старался не думать о худшем, но тут вспомнил о сыне Кая.
— Ма-а-а-ай!!! Вы что тут натворили?! Вы спасли Рика?! — от испуга, что мальчишки могли не догадаться его вытащить, заорал я в полный голос.
— М-м-м… Прости учитель. Мы нечаянно… С Риком все в порядке, — вышедшие из-за спин собравшихся Май и Эл, выставили перед собой сына Кая, у которого подгибались колени и закатывались глаза.
Видимо, взрыв и последующая телепортация выбили парня из колеи.
Народ посмотрел на них, как на привидения. Несколько женщин упало в обморок. Им составил компанию и Кай. Рита еле успела подхватить мужа на руки.
Облегченно выдохнув, мы немного расслабились. Полученный от события адреналин, никуда не делся, и как только мы поняли, что ничего страшного не произошло, нас с Рэмом откатом заколбасило основательно. Чтобы не упасть, поскольку ноги совсем не держали, мы уцепились друг за друга.
— Это надо запить, — с трудом удерживая зубы от выстукивания чечетки, проговорил он.
— Д-да-а… — согласился я, и мы, обнявшись, на дрожащих ногах двинулись к замку.
— Отец, — тихо отозвался Сарон.
Резко остановившись, мы дружно обернулись:
— Э-экспер-р-рементатор-ры!!! Ал-лхимики! Так, вашу, рас-с-стак!!! Тащишь сюда из библиотеки этого умника. Камни разгрести и НЕМЕДЛЕННО!!! А потом, сразу же приступите к восстановлению лаборатории. САМИ! И чтобы никто не смел помогать! — заорал Рэм, обводя собравшихся яростным взглядом.
Народ дружно сделал шаг назад.
— Ты не хочешь ли добавить… своим… и от себя, — уточнил у меня он.
— Вы в доле, — мотнул я головой Маю и Элу.
На большее меня не хватило. Приличные слова, чтобы выразить собственные ощущения от происходящего, у меня отсутствовали. Неприличные же, выдавать не рискнул, все же женщины вокруг. Напоследок, пригрозив им, от переизбытка чувств, кулаком, мы двинулись в сторону замка.
Приказав слугам притащить вина, мы ввалились в кабинет и приступили к процессу успокоения. Первая бутылка ухнула внутрь, как вода. Я даже вкуса не ощутил.
— Детки, растудыть их! В могилу сведут молодым. Никакой заботы о родителе, — пьяно плакался Рэм после второй бутылки.
— Да-а-а… Я всегда говорил, что, несмотря на то, что дети — цветы жизни, лучше, когда они цветут на чужом подоконнике, — неуверенно держа бутылку дрожащими руками, я пытался налить в бокалы.
Мда. Только стол залил. Подбежавший слуга, вытер винную лужу и наполнил нашу посуду.
Только после третьей бутылки у нас перестали дрожать руки от испуга за детей, зато начали трястись уже от количества выпитого.
Проснувшись утром, я с трудом оторвал голову от подушки.
— Не понял?! Ка-ак плохо-то-о-о… Голова-а-а… Хм. Это я простыл или нажрался вчера?! Ну, дык, я же стараюсь не злоупотреблять… О-о-о… Эти сопляки взорвались… не-а… взорвали лабораторию. С-с-сволочи!!! — зашипел я, держась за голову.
Опять вспомнил, какой ужас пережил, услышав про взрыв и про то, что последний раз сыновей Рэма, вместе с Маем и Элом, видели входящими в лабораторию.
В тот момент меня ужаснул сам факт того, что мое появление здесь явилось причиной гибели детей брата, да и за мальчишек — раминов тоже испугался. Браслет — браслетом, но ведь я не проверял его действие в настолько экстремальной ситуации. Ох-х… Чуть не захлебнулся в том море адреналина, что получил из-за этих паршивцев!
Тяжело вздохнув, я поплелся мыться, а затем направился искать Рэма. Вряд ли он чувствует себя легче. Мало того, что он по самые уши завален заботами о хозяйстве, благополучии семьи, а до вчерашнего дня и о больной жене, так еще и сыновья ТАКУЮ свинью подкладывают. Вон, братец, даже за лес волнуется. За лес? Лес!!!
— Рэм, я придумал, как помочь тебе! И мне за это ничего не будет! — радостно заорал я, влетая в спальню брата.
— О-о-о, не-ет… — застонал тот, пытаясь прикрыться подушкой, — лучшая помощь сейчас, это — ты затыкаешься и на цыпочках выходишь из комнаты. И чтобы я тебя до ужина не видел, а самое главное, не слышал.
— Ты не понял! Я знаю, как уменьшить потребление древесины! Цемент! Строить дома из бетона… ну, или хозяйственные пристройки, склады, сараи. Можно такую дорогу отгрохать, до Торнска будете за шесть часов добираться! — выдирая у него из рук подушку, вдохновленно вещал я.
— Да-а… А если письменно? — укрываясь одеялом, прошептал брат.
— Да что с тобой разговаривать, — сердито фыркнул я, обиженный таким невниманием к моей гениальной идее.
Оставив брата приходить в себя, я убедился, что наши парни дружно работают над разгребанием последствий своего эксперимента, и помчался в горы. Мне не терпелось найти подробную информацию на эту тему.
Пройдясь по той инфе, что отыскал в библиотеке, скачанной Искином со всевозможных сайтов Земли, я понял, что перевести столь специфические термины невозможно. В качестве основных текстов я выбрал описание первых технологий изготовления цемента, описание которых нашел в библиотеке.
Нашел упоминание того, что первооткрывателем считается английский каменщик Джозеф Аспдин, который 21 октября 1824 года получивший патент на вещество, которое назвал «портландцемент», поскольку его цвет напоминал серый цвет скал, находившихся вокруг города Портланд. Правда приблизительно в это же время, в России, вещество, подобное цементному клинкеру, было получено и применено Е.Г.Челиевым. Первое упоминание о нем относится к 1847 году.
Пришлось долго ломать голову, как же попроще донести нужные знания до Кая и его сына, ведь это именно им доведется проверять и испытывать мои предложения. Невозможно гарантировать, что все, что работало на Земле, должно так же работать и здесь, а значит, потребуется проводить эксперименты по всем идеям.
Среди огромного количества специфической терминологии, нашел упоминание о том, что в качестве активных минеральных добавок используют не только природные вещества, такие как кварцевый песок, известняки, вулканические породы, но и доменные шлаки и золы-унос. Понятные мне, неспециалисту, слова порадовали.
В отобранный для Кая текст я внес предложение испытать шлак из кузницы Вакулы и золу от домашних печей. Еще живя в данном мире в теле Лионэллы, я ввел в наших деревнях и в замке отопление каменным углем, залежи которого мы разыскали в горах.
