Читаем без скачивания А этот пусть живет... - Валерий Ефремов

— Ты знаешь, кто я? — важно спросил Огонек, усевшись на стул и поставив на пол кейс.

— Мне сообщил о вас директор.

— Угу… Значит, у тебя вчера с Гангутом стрелка была?

— Это верно.

— Для чего он к тебе приходил? — грозно спросил профессиональный ликвидатор.

— Мы не раскрываем секреты клиентов, — последовал твердый ответ.

В принципе, Эдуард Самохин являлся достаточно мужественным человеком, и таким вот простеньким наездом смять его было трудно.

Это почувствовал и Огонек, сразу же изменив тактику и сбавив тон:

— Клиент твой, после того как побывал у тебя, стал жмуром. А Гангут, между прочим, — мой старый кореш. Не советую тебе со мной темнить, командир, — произнес он, можно сказать, вполне по-свойски.

Это сообщение произвело должное впечатление на Эдуарда. Если Огонек решил отомстить за своего друга, он, понятно, ни перед чем не остановится.

— Кто же его убил? — осторожно спросил детектив.

— Мне это хотелось бы знать больше, чем тебе. Итак, о чем Гангут тебя спрашивал и что ты ему ответил?

— А где его тело? — спросил Эдуард после паузы.

— Гангута расстреляли на Минском шоссе. Сейчас все, что от него осталось, находится в морге. Можешь проверить по своим каналам. Дать тебе, кстати, номер его мобильника?

— У меня есть…

— Так позвони ему! На тот свет! — Огоньку понравилась собственная шутка, и он громко рассмеялся.

«Не очень-то ты печалишься о своем кореше», — подумал Самохин, но решил, что информация, которую он дал Гангуту, совсем не такого рода, чтобы ее скрывать, наживая тем самым себе врага в лице балаковского ликвидатора.

— Я сообщил, где находился Финк, вот и все.

— Ну, это мне и без того известно, — махнул рукой бандит. — Вопрос в том, где он теперь?

— Откуда же мне знать? — неподдельно удивился детектив.

— А откуда ты узнал в прошлый раз?

— Вот что, Огонек. — Самохин встал, давая понять, что считает переговоры оконченными. — Я сказал тебе то, что сказал Гангуту. Ты ведь этого хотел? Могу еще адрес дать, где Финк находился.

Телохранитель вдруг подумал, что теперь, когда куда-то запропастился Куцый, у него и такой малости, как бывшее местопребывание Финка, нет.

— Ну, напиши на бумажке.

Самохин запустил компьютер и после манипуляций на клавиатуре и принтере передал Огоньку распечатанный текст.

— Что-то я не вижу… — как бы в задумчивости произнес бандит, взяв бумажку.

— Чего ты не видишь?

— Фамилии не вижу. Кто тебе раскрыл хазу Финка?

— Пустой это разговор, Огонек, — устало произнес Эдуард.

— Слушай меня, пацан, слушай внимательно. — Бандит встал и наклонился над столом, пристально глядя в глаза детективу. — Только ты знаешь, кто убил Гангута. Именно этот человек назвал тебе адрес Финка. Я не выйду отсюда, пока не услышу его имя. И ты не выйдешь.

Но Самохин не испугался, а наоборот, захохотал, представив себе блистательную красавицу Сашу Ликину, расстреливающую балаковского бригадира на Минском шоссе.

— Не там копаешь, Огонек! Не там…

— А ты знаешь, где копать?

— И я не знаю.

— А где сейчас Финк, знаешь?

— Тоже не знаю.

Огонек на какое-то время примолк. Странно, но этот пацан, похоже, его не слишком боится. Наверно, чувствует за своей спиной ментовский аппарат, который крышует «Центурион».

Но у Огонька был еще один аргумент:

— Пятьдесят тонн баксов хочешь?

— За что?

«У пацана-то буркала как заблестели», — отметил Огонек.

— Где сейчас Финк?

— Я же говорил, не знаю! — Детектив страдальчески сморщился.

— Тогда скажи, кто навел тебя на его хазу!

Пятьдесят тысяч долларов за Сашу Ликину! Когда-то он был без ума от этой девушки и сам бы выложил такие деньги, если бы имел их, чтобы добиться ее, поскольку ничего у него с ней так и не срослось. Сейчас страсть к Саше остыла, хотя, может, и не совсем. Но теперь Эдик полсотни штук ни за один любовный роман не отдаст. Зрелее он стал, мудрее — понял, что не стоит таких бабок никакая баба.

А что, собственно, этот бандит добьется от Саши, если ее все-таки сдать? Кто-то, получается, замочил Гангута и освободил при этом Финка. Но Ликина в такой ситуации Огоньку не помощница. Она просто ничего не знает по интересующему его вопросу. Ведь девушка была в курсе местопребывания Финка, когда жила с ним, а теперь она сама от него прячется.

А пятьдесят штук зеленых — деньги очень хорошие. Возможно, ему и доведется ворочать миллионами, но это когда еще будет? А сейчас такой гонорар очень пригодился бы.

С другой стороны, ясно, что этот бандит все равно от него не отстанет. Дело может повернуться так, что придется дать ему ту же информацию вообще задарма. Огонек, что ни говори…

А может, какую-нибудь байду придумать, чтобы балаковец от него отвязался? Назвать кого-то, кто на днях свалил за кордон? С ходу никого и не припомнишь. Да и есть ли такие среди его знакомых?

Тут в дверь постучали.

— Войдите! — крикнул детектив, продолжая пребывать в нелегких раздумьях.

В дверь вошли двое: известный бодибилдер Вадим Ваганов, с которым Эдик был шапочно знаком, и стройная симпатичная девица в сарафане в синий горошек. Самохину показалось, что он ее где-то видел — чуть ли не по телеку.

— У меня проблема, Эдик, — прямо с порога объявил бодибилдер.

— Я сейчас занят, Вадим, но скоро освобожусь. Подожди, пожалуйста, пару минут в коридоре.

Бодибилдер кивнул в знак согласия и вместе со спутницей покинул помещение.

«Классная телка, ничего не скажешь. Да и дорогая, наверно, но пятьдесят тонн баксов все равно не стоит», — отметил Самохин и снова погрузился в размышления.

А если сдать-таки Ликину? Она ведь все равно на днях собиралась свалить из страны с концами. Назвать ее имя, а потом по телефону просто предупредить Сашу, чтобы она с места своей прописки перебралась к брату. Сказать, что ей угрожает опасность. Вот и все.

Тут Огонек, в надежде разрешить мучения детектива, полез в кейс и выложил на стол пять пачек в банковской упаковке:

— Имя и адрес!

— Адреса я не знаю, — сглотнув слюну, выдавил Самохин.

Огонек положил две пачки назад, в кейс.

— Тогда имя.

— Александра Ликина. — Детектив перевел взгляд на кейс. — Могу назвать город, в котором она находится. Это райцентр, там ты ее быстро сыщещь.

Ликвидатор положил обе пачки обратно на стол.

— Это город Малинино, — объявил детектив Самохин, и то были его последние в жизни слова.

Прогремел страшный взрыв, который в буквальном смысле размазал обе высокие договаривающиеся стороны по стене.

От взрывной волны двери кабинета открылись, и Вадиму с Алей предстала ужасающая взор картина: разбросанные по полу осколки оконных стекол, перевернутые столы и стулья, разбившийся вдребезги компьютер и детектив Самохин со своим собеседником во фрагментарном виде.

— Эдик! — вскричал бодибилдер и бросился в кабинет в безумной надежде как-то помочь своему знакомому.

Но до частей его тела Вадим добежать не успел.

— Стоять! — закричали ему, и Ваганов, обернувшись, увидел человека в камуфляже с наведенным на него пистолетом. — На колени! — продолжал командовать камуфляжник, но бодибилдер в присутствии своей дамы такой приказ выполнить, конечно, не мог.

— Я сейчас все объясню…

Он сделал пару шагов к человеку с оружием и тут же получил от него две пули в живот.

Аля страшно закричала, но после сильнейшего удара пистолетом в лицо потеряла сознание.

12. Ресторан «Южный вечер»

Ресторан «Южный вечер» был пристроен к гостинице с одноименным названием лет пять назад. Весь этот комплекс выглядел довольно уродливо: краснокирпичный двухуровневый ресторан, исполненный в «новомосковском» стиле, плохо гармонировал с пятиэтажным серо-панельным «отелем», возведенным по рецептам черемушкинских хрущоб.

Тем не менее ресторан быстро стал центром светской городской тусовки, и золотая часть общества — обеспеченные люди среднего возраста — предпочитала проводить свои свободные вечера именно здесь. Привлекали сюда этих людей приличная кухня и возможность спокойно и душевно проводить время, поскольку местная молодежь своим вниманием «Южный вечер» не удостаивала, концентрируясь в ночном клубе «Бомба».

Костя приехал в заведение задолго до восьми часов. Не будучи его завсегдатаем, он однако знал, что со свободными местами здесь обычно напряженка. К счастью, была середина недели, и данное обстоятельство его выручило. Он, договорившись с мэтром, быстро подобрал подходящий столик на двоих.

Ждать осталось около часа, и Митин глазел по сторонам в надежде увидеть кого-нибудь из знакомых и скоротать время за дружеским трепом.