простом заведении.
Я постаралась одеться нарядно. И при этом не слишком вычурно. Поэтому выбрала элегантное и, возможно, даже простое платье — светло-бежевого цвета, из крепа, с демократическим вырезом и рукавами три четверти, прямым подолом и изящным пояском, подчеркивающим талию. “Нарядности” придают украшения из жемчуга и уложенные в высокую прическу волосы, часть которых я дополнительно завила и распустила по плечам.
Белые туфли и клатч в цвет — и я готова.
В ресторан мы неожиданно едем на такси. Наверное, Олег планирует пропустить стаканчик и это что-то новенькое. Ни разу не видела, чтобы мужчина пил. Даже на празднике у друзей. Даже на корпоративе. А в честь начала учебного года — вот, решил сделать исключение.
Чуднó.
Олег, как всегда, крайне вежлив и учтив. И выглядит потрясающе — темно-синий костюм, рубашка на пару тонов светлее и галстук в тон очень ему идут. Делают еще выше и стройнее и оттеняют глаза, которые становятся будто ярче и глубже. Ловлю себя на мысли, что волосы Олега за последнее время немного отросли — и так ему гораздо лучше. И, кстати, нет ни намека на облысение — я-то думала, что он так стрижется из-за этого. И седины никакой нет, что удивительно.
Мне нравится. Очень-очень нравится.
И как Олег упорно продолжает поддерживать меня за спину, а не подставляет локоть. И как отодвигает стул, помогая сесть. И даже как ухаживает, подливая вино или отодвигая в сторону мешающее блюдо.
И даже какой краткий, но душевный тост говорит, желая мне успехов в учебе.
Это… очаровывает. И дарит совершенно ненужные надежды.
Навязчиво крутится определенно неправильная мысль — вот бы между нами было что-то больше, чем просто дружеские отношения.
А они действительно были дружескими.
Методично и аккуратно поедая свой ужин, я вспоминаю все то время, что я знаю Олега — и это всего какой-то неполный месяц. Но он оказался таким… особенным.
Я вспоминаю поездку на речку. Точнее говоря, следующий день, который мы провели в строящемся доме Олега. Я только-только успела продрать глаза и провести себя в условный порядок, когда действительно приехал дизайнер, о котором мужчина предупредил заранее. Любопытствуя, я ходила вслед за немолодой, но симпатичной женщиной в облегающих джинсах и Олегом, слушала их обоих, с восторгом и удовольствием и разве что рот не раскрыв, и изредка вставляла свое слово, когда мужчина обращался ко мне.
Оказывается, Олег решил немного изменить проект дома и территории вокруг. Он пожелал добавить еще две комнаты, маленький гостевой домик и просторную площадку подле особняка. Дизайнер всплескивала руками, переживала, охала, но после непродолжительных дебатов даже воодушевилась.
А вот я — покраснела и чуть не упала прямо на месте.
— Дети — это хорошо! — заявила женщина восторженно, оперативно печатая в своем планшете, — Вы молодой, Олег Степанович, и девушка у вас — просто прелесть! У вас получатся прелестные детки! Красивенькие! Умненькие! Загляденье!
К моему удивлению, Олег не стал ее переубеждать. А вот мне пришлось собрать всю волю в кулак, чтобы не начать допрос с пристрастием — какие-такие дети? И с кем Должанский уже собрался их заводить? И почему так внезапно?
И главное — зачем мне за всем этим наблюдать? Вредный червячок внутри меня хищно оскалился и стал остервенело грызть мою и без того травмированную нервную систему.
Да, вот такая я злыдня.
Я вспоминаю день развода. Вот где была феерия! Вот где был калейдоскоп эмоций и какофония чувств! Впервые за долгое время я позволила себе расплакаться, а Олег меня терпеливо успокаивал и гладил по голове, как маленького ребенка…
Олег был рядом со мной тогда. Привез к зданию суда, терпеливо ждал на неудобном коридорном стуле (его не пустили в зал заседания) и встретил с пытливым и вопрошающим выражением лица.
А меня после часового бракоразводного заседания действительно трясло, да и голова жутко разболелась. Андрей предстал передо мной совершенно в другом свете в тот злополучный час — всегда красивый и харизматичный, он шокировал меня невероятной злобой и агрессией. В ожидании судьи он чуть ли слюной не брызгал, называя тупой и бестолковой, обвиняя в измене и распутстве. Вспомнил, какой я была в юности — слабой и беспомощной, восхвалял свою доброту и заботу, без которой я и шагу не могла ступить.
Заявил, что у меня одна дорожка — обслуживать на трассе дальнобойщиков и случайных водителей, ведь у меня ничего, кроме смазливой мордашки и того самого, что между ног, и нет ничего. И нормального будущего у меня не будет, ведь связалась не пойми с кем и непонятно как.
Это он про Олега, да.
В присутствии судьи Андрей мгновенно переобувается. Стал предельно вежлив и тактичен, пытался обаять суровую женщину в деловом костюме и с короткой стрижкой, сетовал на непростую ситуацию, в которой он оказался лишь жертвой, но та, надо отдать ей честь, не поддалась. И в итоге подписала все документы, а присутствующая здесь сотрудница ЗАГСа тут же шлепнула все необходимые печати.
Я даже не думала и не надеялась, что все решится все настолько быстро и просто — не после скандалов Андрея.
Как, видимо, и сам Орлов.
Из здания суда он вылетел за мной тут же, не задерживаясь.
В этот момент я инстинктивно прижалась к Олегу и даже обхватила руками его торс — совсем как тогда, около дома Орловых. И при виде этой картины лицо Андрея исказилось в такой жуткой гримасе, что я чуть не взвизгнула.
— На хрена она тебе, Должанский?! — зло прошипел Андрей, решительно приближаясь к нам, — Это же полная и беспросветная дура! Шизофреничка! Сумасшедшая!
Я даже ойкнула от ужаса и неожиданности. Вот не ожидала я такого Андрея, честно. Он всегда очень хорошо умел держать себя в руках. И никогда не позволял учтивой светской маске слететь с его лица. А вот сейчас — позволил. И это в общественном месте! В административном здании!
Такой эмоциональный взрыв заставляет Олега мягко, но уверенно отставить меня в сторону. И вот, подступив к Андрею, он с легкостью хватает того под локоть и тащит в сторону. Я же, сдерживая нервные всхлипы, спешу следом и даже боюсь представить, что будет дальше.
А дальше было непонятно что. Назвать это мужской разборкой можно было лишь с большой натяжкой. Андрей, хоть и проводит уйму времени в спортзале, не дотягивает до Олега ни размерами, ни комплекцией. А еще — опытом. Парень больше уродливо кричал и нес какую-то ахинею, а вот Олег, играя желваками, просто молча
