— Ты думаешь, что будешь счастлива… без нас? — шепотом спросила девушка.
— Аликс. Все решено. Я должна уехать.
Слуга ушел, забрав багаж. Мать и дочь стояли посреди комната и молча смотрели друг на друга.
— Я оставила письмо в комнате Морлинга, — напомнила Нина, отвернувшись.
— Могу я хоть как-то повлиять на твое решение? — воскликнула в отчаянии девушка.
— Нет, Аликс, не можешь. И я не стану говорить «прощай», и не поцелую тебя.
— Почему? Ты злишься на меня? Ведь я причина твоих проблем.
— Нет, не злюсь. Я просто… не могу больше.
— Хочешь сказать… тебе слишком больно?
Варони не ответила. Аликс в надежде протянула к матери руки, но та зло оттолкнула дочь и вышла из комнаты.
Девушка решила, что должна побежать за Ниной, вернуть ее, пока не поздно. Мама должна понять, что совершает глупую и трагическую ошибку. Но как переубедить ее? Все, что можно, уже сказано. Вернуть Нину нельзя.
С криком отчаяния Аликс бросилась в свою комнату, упала на кровать и зарылась лицом в подушки. Сквозь рыдания она услышала шаги. В наивной надежде девушка бросилась к двери и распахнула ее. Но это оказался Морлинг, бледный, вокруг глаз залегла невидимая раньше сетка морщин. И руках мужчина держал письмо, оставленное Варони.
— Где Нина? — глухо спросил он, будто послание ничего ему не объяснило. — Ради бога, что она имела в виду?
— Она ушла.
— Да, я знаю, что она ушла. — Впервые в жизни Морлинг повысил на девушку голос. — Но что это значит? Она говорила с тобой? Что она сказала?
Аликс начала рассказывать, медленно, срывающимся голосом, о разыгравшейся недавно сцене, но не сдержалась и перешла на плач. Морлинг подошел, обнял дочь и ласково поцеловал в макушку.
— Не надо, милая. Пожалуйста, не плачь. А то и я зарыдаю.
Отчаяние в его голосе мгновенно привело девушку в чувство. Она быстро закончила свое повествование — тихим шепотом, прижавшись к груди отца.
Аликс не представляла, как Морлинг поведет себя — разъярится, впадет в отчаяние, попытается вернуть Варони… Он не сделал ничего.
— Бедная глупая Нина, — сказал он. — Зачем ей все это? Но она вернется. Будь уверена, она вернется.
— Когда?
— Не знаю, дитя. Возможно, когда пропадет голос… но она обязательно вернется.
— Но могут пройти годы, — в страхе прошептала девушка.
— Да. Но она вернется.
Аликс показалось, что он скорее утешает себя. А вскоре усомнилась, что Морлинг действительно в это верил. Но даже в отчаянии и горечи надо было жить дальше. У дирижера контракт на концерты в Штатах, и девушке надо подумать о своем будущем.
— Не знаю, что мне с тобой делать, дитя. — Морлинг с тревогой посмотрел на дочь. — Я не могу возить тебя из одного отеля в другой, утверждая, что ты моя дочь, вдруг появившаяся непонятно откуда.
— Да. Надо придумать что-то еще, — согласилась Аликс. — Я знаю. Я вернусь в коттедж.
— Какой коттедж?
— Где жила с бабушкой. Наша домработница Бетти все еще там. Она обрадуется мне. А я соскучилась по тишине и покою, — сбивчиво закончила девушка.
— Дочка, ты уверена? Ты действительно этого хочешь?
— Да, — решительно заявила Аликс.
Хоть одна проблема разрешилась.
Глава 9
Первые несколько дней, пробуждаясь по утрам, Аликс никак не могла понять, что произошло. Ей все казалось, будто бабушка колдует на кухне, и если внучка не поторопится, то останется без вкусного завтрака, дабы не опоздать в школу.
Затем постепенно вспоминались последние несколько недель, казавшиеся месяцами и даже годами. Девушка приводила мысли в порядок и оставалась в постели. Глядя на стену, залитую мягким розовым светом молодого солнца, Аликс убеждала себя, что хотя мир изменился, здесь она сможет найти покой и обретет счастье в своих воспоминаниях.
Поначалу ей казалось странным быть хозяйкой в доме, где раньше безраздельно правила мудрая миссис Фарлей. Но девушке не пришлось разбираться в тонкостях ведения дома. Она со спокойной душой переложила все заботы на Бетти. Домработница частенько обращалась к мисс Аликс за советом, но девушка понимала, что это не более чем дань вежливости.
— Бетти, вам лучше знать, — обычно говорила она с улыбкой. — Вы вели хозяйство в нашем доме целых четырнадцать лет.
— Как пожелаете, мисс Аликс, — отвечала пожилая женщина, что на самом деле означало: «Естественно, мне лучше знать».
У Аликс оставалась не так много обязанностей — ухаживать за бабушкиным садом, перебирать старые вещи, иногда навещать соседей и приглашать старых друзей миссис Фарлей на чай. Но девушка чувствовала себя счастливой.
«Такова настоящая жизнь, — говорила она себе. — Я выросла в этом доме, среди этих старых вещей. Они часть меня. Последние недели были феерическим сном. А теперь я по-настоящему дома».
День за днем, неделя за неделей проходили в тиши и покое. Но порой Аликс чувствовала острую боль в сердце и нехватку чего-то важного. Тогда вспоминала близких ей людей — Нину, Морлинга и Барри. Ее мать, отца и человека, которого она любила. Тогда Аликс подходила к телефону и заказывала разговор с Америкой. Вскоре ей перезванивал Морлинг, и они разговаривали по нескольку часов.
Аликс узнала, когда отец возвращается с гастролей, и решила встретить его в аэропорту. Морлинг был несказанно рад такому сюрпризу.
— Liebchen![3] — Он выронил чемодан и кинулся обнимать дочь. — Я понятия не имел, что ты приедешь. Как мило!
— Я так соскучилась! — Девушка поцеловала отца в щеку.
Морлинг не хотел выпускать дочь из объятий. Одной рукой он прижимал к себе Аликс, другой нес чемодан, и так они добрались до стоянки такси. На их пути подвернулся репортер, который бросился к знаменитому дирижеру с вопросами. И тут Морлингу пришлось отпустить Аликс. Хотя его очень раздражало, что приходится скрывать нежные чувства к собственному ребенку из-за общественного мнения. Наконец им удалось сбежать, и по дороге в Лондон он засыпал дочь вопросами. Незаметно их разговор перешел на Нину.
— Ты полагаешь, она действительно вернется?
— Да, — ответил Морлинг без колебаний. — Глупая. Неужели она всерьез считает, что сможет сбежать от своих чувств навсегда?
Девушка ободряюще коснулась его руки:
— Чудесно, что ты не теряешь веры.
— Я просто не смогу дальше жить, если не буду верить.
Аликс осталась в Лондоне на целую неделю и дважды посетила концерты отца. Он был невероятно счастлив, что дочь рядом, и был к ней щедр. Купил чудесную норковую шубу, заверяя, что в Англии невыносимо холодные зимы. А также заметил, что если девушка хочет иметь собственный автомобиль, то стоит ей только намекнуть….
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
