– Мечты брат сегодня станут реальностью! В южной части Старого города я нашел массажный салон «Очумелые ручки». Там работают две такие цыпы! – он закатил глаза и многозначительно подвигал бровями. – Высокая блондинка с короткими волосами и столь сильными руками, что чуть меня пополам не сломала в своей страсти. А еще там есть миниатюрная брюнеточка. Слегка пухленькая, но зато нежная, горячая и мягкая, как свежая булочка с корицей. У нее такой ласковый язычок, ммм! Да, что я вам рассказываю? Сами во всем убедитесь.
– А ты, когда там был то? – удивленно спросил Вини.
– Пофиг, когда! – перебил Эгей, не давая Чарли ответить. – Что там с ценами? Это меня больше волнует.
– Есть шанс потянуть, да, думаю есть. – закивал столичный модник. – Давайте скинемся и посчитаем, сколько у нас монет. Все в деле? – уточнил он и оглядел приятелей. – Вини, тебе лекарь разрешает Эльфийский массаж?
– Рекомендует. – с важным видом ответил здоровяк.
– Шапку! – приказал Борзый, и больно ткнул Аргилая локтем в бок.
– Что? – переспросил тот, все еще витая в мыслях о том, что такое Эльфийский массаж и кого лучше для него выбрать – маленькую брюнетку или большую блондинку.
– Шапку дай – говорю. – ворчливо повторил рыжий. – Монеты туда скинем. – пояснил он.
– А! – кивнул, Лаи и снял свой бордовый берет с бронзовой брошкой в виде крылатого мужского достоинства.
Тильбонские баламуты принялись выворачивать кошельки и со звоном бросать монеты в шапку. Та быстро тяжелела в руках юноши. После кропотливого подсчета выяснилось, что на Эльфийский массаж не хватает совсем чуть-чуть. Но именно этого чуть-чуть, как назло, ни у кого нет.
– Может одолжить у кого? – предложил Лаи. – У Звонаря того же.
– Щаз, – скривился Эгей. – Даст тебе кто-то в праздник. Сами все спустят на девок и выпивку.
– Еще предложения? – выжидающе спросил Чарли.
– Так праздник, – напомнил Вини. – Все бухие будут через пару часов. Время использовать «Роковую малышку».
– И это ты мне тут про обман сейчас ныл. – скривился Борзый, поглядывая на Вини.
– Да кто ей будет? – с грустью произнес столичный модник. – У меня фингал, у Борзого рожа распухла, а ты…
– А ты не роковая, а жировая малышка! – хохотнул Эгей.
– Отличная шутка. – надулся Вини.
– Значит трое из четверых, в этой карете не могут быть малышкой. – подвел итог Чарли и все трое баламутов с хитрыми улыбками выжидающе посмотрели на Аргилая.
Лаи слегка смутился и затравленно посмотрел в ответ на каждого из приятелей по очереди, а затем выдал:
– Я, парни, за любой дебош, кроме голодовки.
Эгей радостно захохотал, чрезмерно крепко обнял юношу за шею и, взъерошив тому волосы, воскликнул:
– Мой братан!
Если вы спросите у жителя Тильбона, что такое Ночь Открытых Сердец, и если он не пошлет вас куда подальше, то, скорее всего, ответит, что это просто ежегодный городской карнавал. Причина здесь не в том, что столичные жители не особо вежливы и дружелюбны. А в том, что люди, празднующие какой-то праздник из года в год с самого рождения, как правило принимают его, как что-то само собой разумеющееся и не придают особого значения истории происхождения. Что имеем – не храним, как говорится в поговорке.
Зато, если вы спросите у гостя столицы, приезжающего в Тильбон в начале лета, что такое Ночь Открытых Сердец, и если он вас вообще поймет, то вероятнее всего расскажет в ответ целую романтическую историю, звучащую примерно следующим образом:
Давным-давно, во времена, когда трава была зеленее, налоги ниже, а любовь светлой и чистой. Ну, то есть в те времена, в которые никто и никогда на самом деле не жил, но всегда мечтал пожить. Так вот, в те далекие светлые времена парень из бедной семьи всем своим нищим и голодным сердцем полюбил девушку из богатой семьи. Что тут скажешь – губа не дура, парень к успеху шел. Девушка, разумеется в ответ тоже полюбила этого неудачника. Иначе никак, ведь аудитория у истории в основном мужская и каждый неудачник мечтает разжиться деньгами и красивой женой на халяву. Но не все коту весна и конечно же в нашей истории есть злодей. Это отец девушки. Который, вот негодяй, почему-то был против отдавать свою единственную кровиночку какому-то оборванцу. Ну явно негодяй же, да? Девушка оказалась крайне упряма и всячески хотела отдать деньги и достижения отца своему возлюбленному. И удумала эта дуреха заказать бате на свое совершеннолетие самый крупный и грандиозный в Тильбоне карнавал, который только бывал в истории города. Отцу для дочери, понятное дело ничего не жалко и выкинул бедолага деньги на ветер – организовал грандиозный карнавал. На праздник разумеется, пришла толпа бездельников. Все в костюмах и масках, чтобы назавтра в глаза друг другу не так стыдно смотреть было. И среди бездельников разумеется наш герой-любовник притащился. Никем не узнанный парень танцевал со своей возлюбленной всю ночь на карнавале. Девушка после праздника осталась счастлива, как никогда в жизни. Ну, а через девять месяцев отец понял, что попал. И пришлось ему принять этого альфонса в семью.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Вот с тех самых пор счастливые влюбленные повадились каждый год в честь дня рождения девушки устраивать в Тильбоне карнавал. Девушка к счастью давно откинулась, ее бездарный муж тоже. Но привычка вторая натура – и Тильбон из года в год продолжал куролесить в начале лета.
Громыхнуло.
Через несколько мгновений в небе яркими разноцветными огнями распустились огненные цветы и звезды, а вниз посыпались миллионы маленьких серебристых сердечек из тончайшей бумаги. Почти все, кто был на улицах, на время забыли о насущных проблемах и, задрав головы, стали наблюдали за всей этой красотой. А остальные, улучив благоприятный момент, резали у задравших головы кошельки. Так в ночи Тильбона, рассекаемой светом разноцветных фонариков, официально начался карнавал Ночи Открытых Сердец.
На больших площадях циркачи жонглировали факелами и шумно выдыхали огонь. Музыканты играли на музыкальных инструментах и пели, но голоса их тонули в нестройном пьяном оре подпевающих слушателей.
Опять громыхнуло. Небо расцвело на Тильбоном, словно маленькое солнце осветив безобразие, творившееся в городе.
Аргилай высунулся из окна кареты, и чуть было не лишился рыжего парика, сидящего у него на голове.
– Что это? – слегка испуганно спросил юноша, вглядываясь в небесные огни.
– Гномьи потехи. – с усмешкой ответил Вини, правящий лошадьми. Несмотря на праздничную толпу, заполнившую столичные улицы, здоровяк быстро гнал карету, ловко лавируя между пьяными компаниями и умело орудуя кнутом, когда это было необходимо.
Придерживая рукой длинноволосый парик, Лаи нырнул обратно в карету и прикрыл окно.
– Красотка! – Чарли послал Аргилаю шутливый воздушный поцелуй и отхлебнул вина из бутылки.
– Переспишь со мной? – осведомился юноша, кокетливо двигая обнаженными плечами.
– Определенно! – засмеялся Чарли.
– А мне кажется что-то не так. – пробурчал Эгей Борзый, задумчиво рассматривая накрашенного юношу в длинном желтом платье.
Аргилай поморщился от дискомфорта и, выпрямив спину, пожаловался:
– Корсет сильно давит, дышать тяжело.
– Без него никак, – покачал бутылкой Чарли Статус. – Фигура у тебя слишком мужественная.
– Может губы ярче подвести? – предложил Борзый. – Мало страсти. Не цепляет.
По крыше кареты постучали.
– Грудь у него маловата! – раздался снаружи приглушенный голос Вини, который прекрасно слышал все, что происходило внутри Красной коробочки.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Нормальная у меня грудь! – обиделся Лаи, ерзая на мягком сиденье. Отсутствие штанов под платьем порождало странные ощущения и сквозняки, которые обдували то, что обычно не обдувается.
– До твоей груди, Вини, ему далеко. – захихикал Эгей. – Таким сиськам, как у тебя, позавидуют многие женщины!
Все ожидали, что здоровяк в очередной раз обидится и пошлет Борзого с его шутками куда подальше, но снаружи внезапно донеслось:
