Читаем без скачивания Исповедь тайного агента - Шон Горн

Я подумал и сказал:

— Я постараюсь решить этот вопрос. Но передай ребятам, что моментально я решить это не могу на это требуется время.

Командир понял меня и качнул головой.

— Теперь последнее и самое важное. Извини, но мы все собираемся немедленно лететь в нашу страну. У нас там остались наши близкие и мы просто должны в такое тяжелое время быть именно там. Надеюсь ты нас поймешь — сказал он.

Да я их понимал, я и сам собирался немедленно вылететь на Родину, но сначала хотел повидаться со своей женой и детьми. Поэтому мы договорились через неделю встретится в условленном месте в столице нашего государства. Наша беседа закончилась.

Глава 16. Гибель моей Родины

Я сразу же поехал в аэропорт и полетел к жене. Мне необходимо было встретится с ней и объяснить, что мое место сейчас на моей Родине. Конечно я не знал, что меня так ждет. Но, что мне надо было находиться сейчас именно там я понимал прекрасно. Кроме того я надеялся найти мою мать и отца и помочь им выбраться из этого пекла.

Для этого мне надо было сделать многое. B первую очередь позвонить тем моим знакомым, которые имели связи для решения всех этих трудных вопросов.

На все это требовалось время, а его как я понимал совсем не было. Первое, что я сделал прилетев домой поехал в информационное агентство и сразу же стал искать те контакты, которые помогли бы быстрее попасть в Ирак в зону боевых действий. Насколько я знал из разговора с моей женой мои родители были в Багдаде. Поэтому надо было срочно связаться с теми кто мог мне помочь.

На мое счастье мне как раз позвонил человек, который мог решить все мои проблемы и добиться не только необходимых разрешений, но и организовать мне полет на борту военного самолета. Правда за это он просил эксклюзивного права на собранные мной информацию. Я немедленно согласился и механизм заработал.

После этого я сказал своему заместителю, чтобы он брал все управление агентством в свои руки, ибо сколько я пробуду в Ираке я не знал. Он сразу меня понял, ведь родители это самое святое, что у нас есть.

Затем я приехал домой. Hа пороге меня встретила жена, брат и сестра. Все были очень взволнованы. С начала боевых действий они не имели никакой информации от родителей. Я как мог успокаивал их и сказал, что как только оформлю документы сразу вылечу туда. Моя жена постоянно пыталось дозвонится, но ничего не получалось. Мы смогли только позвонить родственникам, которые ничего не знали о судьбе наших родителей, ведь они находились далеко от Багдада.

Самое тяжелое в этой ситуации чувствовать свою полную беспомощность. От меня ничего не зависело. Сколько времени займет оформление всех документов и получение разрешения я не знал. Однако я знал хорошо этого человека, который мне обещал во всем помочь. Его связи были всемогущие и он прикладывал все усилия, чтобы помочь мне и в свою очередь себе получить самую свежую информацию для своего издания из первых рук.

Три дня мы все сидели как на иголках. Ждали с нетерпением этого заветного звонка, который позволил мне немедленно вылететь в Ирак. Моя жена понимала меня и не отговаривала.

Наконец на четвертый день раздался звонок. Я немедленно собрался и выехал в аэропорт. Около военного самолета меня ждал мой знакомый, он передал мне необходимое оборудование для связи, а так же рекомендательные письма к очень важным персонам из военного командования. Теперь я был официально аккредетированным корреспондентом его издания в зоне боевых действий и у меня не было никаких препятствий для перемещения по всей территории Ирака. Кроме того там меня ждал бронированный автомобиль, который был в полном моем распоряжении. Самолет разогнавшись поднялся в воздух, на борту кроме меня не было ни одного гражданского лица. Поэтому все смотрели на меня настороженно. Ведь каждый военный считал в такой ситуации любого гражданского лицом, которое может только создать для них проблемы и неприятности. Солдаты и офицеры сидели молча. Иногда правда слышались шутки. Но на лицах у всех было видно напряжение и тревога, ведь они летели ни куда-нибудь, а на реальную войну и вернутся ли домой живые никто не знал. Я понимал их, да и сам не знал, что будет со мной и что меня ждет на моей Родине. Мы приземлились в аэропорту. Ко мне сразу подошел офицер и повел меня за собой. Несмотря на все мои рекомендательные письма и документы, меня и мой багаж досмотрели, а затем передали другому офицеру, который провел меня в помещение, где находились корреспонденты других изданий. Многие сидели и возмущались процедурой досмотра. Но мне было не до того, мне хотелось скорее добраться в отель откуда последний раз звонили отец и мать и найти их. Наконец к нам вышел офицер в чине полковника, который нам рассказал правила поведения в зоне боевых действий. После этого нас всех посадили в автобусы и повезли в Багдад. То, что мы видели поразило всех. Следы разрушений и толпы мародеров, которые грабили магазины, разбивали витрины и уносили все на себе. Мне стало страшно, как изменилась наша такая красивая столица. Война приносит разрушения и человеческие страдания и ничего больше. Мы подъехали к отелю, который был под охраной солдат. Это было то место, где мы могли спокойно жить. Так решило командование и у нас не было другого выбора. Мы журналисты народ не прихотливый и как только разместились, немедленно спустились в бар, чтобы поговорить с теми, кто уже был здесь раньше нас. А бар именно то место, где можно получить полную информацию о происходящем.

Информация, которую мы получили от наших коллег была очень полезной. Каждый из нас, вновь прибывших понимал, что мы находимся на войне, а здесь существуют свои специфические законы, которые мы должны соблюдать.

То, что говорил нам, инструктировавший нас офицер было одно, но на практике все выглядело иначе. И если не выполнять эти новые правила, то можно легко распрощаться с жизнью. Ко мне подошел человек и сказал, что с завтрашнего дня в моем распоряжении автомобиль с шофером, который одновременно будет моим телохранителем. Пропуск на въезд в район боевых действий у меня оформлен. В отличии от моих друзей, я получил право спокойно перемешаться, что было очень важно. Одно меня беспокоило — это мой телохранитель, ведь я его абсолютно не знал. Мне совсем было не нужно, чтобы он присутствовал на моей встрече с командиром группы, которая должна была состояться завтра в обед. А он имел строгие инструкции постоянно находиться со мной и при необходимости информировать военные власти о всех моих перемещениях и встречах. Но ничего думал я как-нибудь смогу избавится от его внимания. Тем более мне необходимо просто было сообщить ему о новом месте встрече, ибо на назначенное им место я не мог появляться много раз. Кроме того мне пришла в голову мысль использовать моего командира группы как переводчика и проводника в Багдаде. Это позволяло нам постоянно находиться вместе, при этом никаких подозрений ни у кого не вызывало. Ибо многие мои коллеги журналисты нанимали местных, для выполнения вспомогательных функций. Переноски аппаратуры, оказания помощи при съемки. Это было вполне объяснимо. Никто не знал, что я владею местным языком. Все принимали меня за европейца. Решение найдено. Теперь необходимо его осуществить так, чтобы мой телохранитель ничего не заподозрил. В течении вечера я долго общался с журналистами в баре. Узнал много интересного и важного о жизни в оккупированной войсками коалиции столице. Оказалось, что несмотря на все наши пропуска попасть можно не во все места. Кроме того, военные вели себя как хозяева и с ними надо было вести себя очень осторожно. При малейшем подозрении если ты движешься один, а не в группе журналистов, ты мог быть арестован.

На следующий день мы выехали в центр Багдада. Кругом были видны следы разрушений и большое количество людей, каждый из них что-то тащил. Это были мародеры, но их было так много, что остановить их никто не мог. Я добрался до установленного места встречи. Вокруг были руины. Оставив водителя в машине я взял фотоаппарат и стал фотографировать. На этом месте должно было находиться кафе, но вместо него сияла огромная воронка. У нас было запасное место для встречи поэтому я решил не много подождать, а затем отправиться туда.

Еще в отеле я написал записку, где подробно расписал командиру его действия после нашей встречи. Еще утром я решил, что как таковой встречи не будет. Ибо мой телохранитель постоянно держал меня в поле зрения. Поэтому было решено передать записку с подробными инструкциями командиру группы, а затем с ним встретиться в кафе около отеля. Это кафе, как мне сказали мои коллеги корреспонденты служило местом, где они набирали себе вспомогательный персонал для работы. Поэтому он должен был придти на следующий день именно в это кафе, где мы могли встретиться и говорить не вызывая подозрений. Как избавиться от телохранителя я уже решил. Его надо было ранить так, чтобы он не мог работать и тогда бы мы с моим командиром могли вместе свободно перемещаться и решать свои вопросы.