Внутри меня будто что-то оборвалось.
Я дала мужу второй шанс завершить начатое и сделать меня своей официально, завершить ритуал. Но Ронан им не воспользовался.
Решил, что я хороша только для мести? И никаких серьезных планов на наше совместное будущее у него не было? Но, наверное, рано было делать выводы. Кто знает, что задумал этот оборотень.
— И где ты собираешься узнавать меня лучше? — спросила я, уперев руки в боки. Пора было что-то решать и выдвигаться, пока нас никто не заметил, но я не могла сдвинуться с места, не узнав нашу конечную цель.
— В отель, — пожал плечами оборотень. — Снимем номер для молодоженов и проведем незабываемую ночь.
— А расплачиваться ты натурой будешь? — я позволила себе откровенную дерзость, и это стало ясно по тому, как блеснули и сощурились глаза альфы. Ему мой выпад явно не понравился.
— Если понадобится, — низким голосом пообещал он и, кажется, на этом наш диалог завершился, потому что больничная роба Ронана разлетелась клочьями. А сам он в волчьем обличье потрусил прочь, даже не посмотрев, иду ли я следом. И после этого я должна верить, что он боялся меня потерять? Скорее, просто в очередной раз солгал. А я, как последняя дура, поверила. Потому что точно была неравнодушна к этому мерзавцу. Он что-то сделал со мной там, в избушке. Украл мое сердце. И даже то, как он со мной поступил, не заставило меня его ненавидеть, ведь для его жестокости нашлось оправдание.
Я не стала рвать больничную робу. Но как только добралась до густого подлеска, скинула одежду и призвала оборот. Как будто каждый день это делала. Волк не отозвался. Упав на четвереньки, я попыталась вспомнить эмоции, что испытывала в прошлый раз.
Гнев. Ярость. Обида.
Но меня переполняло разочарование.
Взгляд упал на босые ноги. На фоне ковра из листвы белели грязные пальцы. И в таком виде я бегала по больнице. Полуодетая, растрепанная и грязная. Ничего удивительного, что Ронан ушел, не оборачиваясь, как только появилась такая возможность.
Однако, стоило мне утвердиться во мнении, что большой пушистый волк растворился среди кустов, не собираясь возвращаться, как над темно-зелеными листиками показалась его морда со знакомыми глазами цвета свежего меда.
— Эмбер, — рыкнул он.
Значит, заметил, что я не смогла обернуться.
Вспомнив, что все еще голая, я начала поспешно натягивать на себя одежду, которую, к счастью, не поторопилась выкинуть. Но протяжный волчий рык заставил меня вздрогнуть.
— Смени ипостась, — забавно шевеля челюстью, сказал Ронан.
Это был приказ альфы, и не подчиниться ему было сложно. Однако, я каким-то чудом устояла. Кажется, волк не имел влияния на свою истинную пару.
Фыркнув от внезапно накатившего веселья, я почувствовала, как мех начал покрывать меня изнутри, вырываясь откуда-то из позвоночника. Не прошло и мгновения, как я стояла на четырех лапах, а мое лицо оказалось близко к земле. В нос ударил запах прелой листвы и поздней земляники, ягоды которой багряными каплями рассыпались по траве. А уши дрогнули от множества разнокалиберных лесных звуков. Хвост хлестнул меня по ногам, и я успела увидеть, как Ронан скрылся в подлеске.
Следом за ним спустившись в овраг, я помчалась сквозь лес. Мне все еще было непонятно, каким образом Ронан собирался платить за номер в гостинице. Апартаменты для новобрачных, ко всему прочему, стоили немалых денег. Но эта небольшая прогулка выветрила из моей головы все мысли. Остался лишь чистый, бурлящий восторг от чувства свободы, что переполняла меня. Больничная роба порвалась во время оборота и болталась у меня на шее. Остановившись, я содрала ее с себя зубами и отшвырнула в сторону, с опозданием сообразив, что по ней нас, возможно, смогут обнаружить.
Лес кончился, и мы с альфой оказались на дороге. Он замедлился, давая мне возможность с ним поравняться, и дальше мы бежали бок о бок, как настоящая пара.
В городе довольно настороженно относились к оборотням в полном обороте, и негласным правилом было принимать человеческий облик, находясь на улице. Но у нас не оставалось другого выбора. Не разгуливать же среди приличных горожан в чем мать родила.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Мне было неловко ловить на себе изумленные взгляды, когда мы с Ронаном оказались на оживленной улице. Мимо, гремя рессорами, пронесся автомобиль, и я чихнула от пыли, поднятой колесами. Но терпеть оказалось недолго. За одним из поворотов оборотень остановился перед массивной двустворчатой дверью, рядом с которой стоял швейцар. Я была уверена, что мужчина, наряженный в парадную ливрею, прогонит нас или позовет охрану. Но он, окинув Ронана внимательным взглядом, неожиданно поклонился.
— Добро пожаловать, господин Вальдр, — поздоровался он и широко распахнул перед нами дверь.
По всему выходило, что мой муж был владельцем этого отеля. И ни словом не обмолвился, решив в очередной раз заставить меня чувствовать себя полной идиоткой? Что ж, это было вполне в его духе.
Раздраженно выдохнув, я вслед за альфой прошла в широкий гулкий холл гостиницы, застеленный толстым ковром. Внутри, за колоннами, располагался кафетерий, в это время практически переполненный. Люди и оборотни сидели бок о бок у барной стойки, и тихо переговаривались под звуки ненавязчивой музыки.
Казалось, никто не обратил на нас внимания. Конечно, это же обычное дело — заселяться в дорогую гостиницу в своей волчьей ипостаси. В том, что она именно дорогая и фешенебельная, у меня не было никаких сомнений. Перила лестниц блестели позолотой, люстра в фойе сверкала натуральным хрусталем, а иллюминация была такая, что счет за свет наверняка был просто баснословный.
И при всем при этом Ронан чувствовал себя здесь как дома. Уверенно помахивая хвостом, он вслед за одним из лакеев проследовал к подъемному механизму. Немного помедлив, я все же вошла следом в тесную кабинку, выполненную целиком из стекла.
Мне хотелось рычать и выть.
Вот на какое богатство позарился мой дед. Ресторан, в котором на нас напали вампиры, наверняка тоже принадлежал альфе Редмуну. А я, дура, считала, что моя семья продешевила. -К-н-и-г-о-е-д-.-н-е-т-
Этажи мелькали перед глазами, пока мы поднимались наверх. В подъемнике тоже звучала музыка, и у меня в висках запульсировало. Усталость навалилась на меня, и я едва держалась на лапах. Голод тоже давал о себе знать, что не прибавляло мне хорошего настроения. Мужчина, который под светом Луны поклялся заботиться обо мне, довел меня до подобного состояния. Я попыталась вспомнить, на каком основании дала ему второй шанс, но в голове все смешалось.
Когда подъемник остановился и лакей открыл перед нами дверь, я увидела, что выше двигаться просто было некуда. Мы достигли последнего этажа. Вероятно, это были апартаменты, принадлежавшие владельцу гостиницы. То есть Ронану.
Я оказалась права. Когда перед нами распахнули очередные двойные двери, оборотень кивком головы поблагодарил лакея и вошел внутрь. И снова даже не подумал обернуться на меня. Фыркнув, я направилась прямиком в спальню. Лапы зарывались в густой ворс пушистого белоснежного ковра, но я практически не смотрела по сторонам. Все вокруг буквально излучало роскошь, и мне не было дела до деталей. Добравшись до цели своего путешествия, я вскочила на широкую кровать и тут же улеглась. Сил не было больше ни на что.
У Ронана, похоже, в отличие от меня были большие планы. В спальню он вошел уже в облике человека, но его обнаженное тело больше не вызывало во мне негодования. В конце концов, мы женаты. Он мог ходить нагишом сколько угодно в моем присутствии, и в этом не было ничего неприличного.
— Идем в ванную, — скривился он. — Куда ты с грязной шерстью на чистое покрывало?
Мне послышалось, или он говорил со мной, как с какой-то псиной?
В ответ я только дернула ухом, но даже не попыталась подняться и куда-то пойти.
— Эмбер, — раздраженно выдохнул мужчина. — Я знаю, что ты меня слышишь.
И что с того?
Он зато меня не слышал и, более того, даже не пытался.
