течет пот, глотка горит, — беда! — подает ему в ноги, — беда! — снова поклон. Отвлекаясь от процесса, на его руках длинные резиновые перчатки выше локтя, на лице большие с увеличительными стеклами очки, белый халат и колбы в руках, — они нашли нас, — падает в ноги бывший падишах пустыни. Он так старался найти место, где его не найдут, он горел желание разобраться со всеми муренами, чтобы не одна поющая не осталась в живых. Но тут его снова нашли, не помогли защитные барьеры и знаки. План мести под угрозой.
— Нашли, значит, — он был доволен, улыбался, — раз так, то забираем самое ценное и покидаем это место, — сказал ученый. Падишах не понимал что, по его мнению самое ценное, — мурену одну забираем, — показал пальцем на самую младшую, — остальное не важно. Уже не важно, — его улыбка и азарт в глазах привлекали падишаха, он готов был следовать за ним куда угодно. Он и следовал. Ему уже не чего терять, но есть что приобрести, находясь рядом. Сладкую месть, возможность исполнить задуманное. Но сейчас, оставляя здесь мурен, падишах задался вопросом:
— А как же моя месть? Вы обещали мне месть! — хотел возразить, что ученый обещал уничтожить всех мурен, а ту, которая разрушила труды его жизни в первую очередь. Подарив ей столько же мучений, сколько пережил он, бродя по той самой пустыне без еды, лишь с бурдюком соленой воды. Ученый подошел к падишаху и сказал, успокаивая:
— Всему свое время, — говорил ученый, — они все получат, всем воздастся, — снимая перчатки, очки и халат. Все инструменты надежно собраны, реагенты и химикаты не соприкоснуться друг с другом. Он был готов, как и падишах. Мурена в бочке, остальные в аквариумах, плевать, их спасут, они не важны. Нужную мурену им не достать так скоро. Осталось лишь часть морского дракона, и найти пропавшего из его лаборатории розового ребенка. И господин будет готов к возрождению. Но пока у него другие заботы. Поскорее покинуть этот замок. Портал и воронка черного вихря. Следующая станция владения морского дракона.
Тассия
Похититель сестер скрылся, как и его пособник. Зря мы надеялись на то, что сохраняя падишаху жизнь призовем его к разуму. Он продолжил свое дело. Аквариумы и пойманные им морские жители могли снова оказаться в этих стеклянных банках. Всего комнат для содержания было около трех десятков. На каждого отдельная, как и в прошлый раз. Мнимая свобода. Но замок пустовал. Как и аквариумы. Его покинули в спешке. Лаборатория так же была перевернута и все, что когда-то тут было, унесено с собой.
Мы с драконом и Урсулом ходили по коридорам и заглядывали в каждую комнату. Но ни единой души. Хотела спеть призыв, как открылась очередная дверь, а на меня умоляющим взглядом смотрит сестра. Первой мы нашли Линьер, следующую Иньзцы. Они остались единственными в этом огромном замке. Никого не было. Они вернули себе ноги и стояли не уверенно, но не падая.
— Где Юйши? — спросила девушек, но по поникшему взгляду поняла, ее здесь нет, но спросила: — Она была с вами, когда вас похищали? — кивок, значит ее унесли с собой, она для чего-то нужна. И если это то, о чем я думаю, дело дрянь. Смотря на девушек и меня, дракон спросил у старшей Иньзцы:
— Она младшая среди вас? — снова кивок, — а среди мурен всего рода и народа? — девушки пожали плечами. Они не знали, ведь мало с кем общались. Не приветствовали наклонности сородичей. Им не нравилось топить корабли, пожирать человеческую плоть, им бы на солнце греться, жемчуг искать, да ракушки собирать. Они мне об этом говорили. Их не трогают, свое мнение не навязывают. Мурены народ со своими убеждениями. Мы себе на уме. Выбор любой из нас не высмеивается и другая точка зрения не навязывается. О чем-то думая Урсул молчал, но тут вступил в разговор, понимая, для чего забрали девушку:
— Тасси, она одна из недостающих частей, — я спросила:
— Уверен? Думаешь, он не станет искать мурену моложе?
— Сколько ей лет? — спросил Урсул у Линьер. Она едва шевеля пальцами написала на пыльной столешнице «108».
— Значит, она младшая, — это не так, но я молчу. Ведь я младше. Мне и сорока нет. Только похититель этого не знает, как и девушки. И я не скажу, поселю сомнения и подозрения. А я не хочу оправдываться, как так получилось и откуда такая взялась. Перед богиней не удобно будет и вообще, не знаю как отреагируют окружающие на попаданку неизвестно откуда свалившуюся на головы.
— Получается, — сказала, а Урсул добавил:
— Если это так, и Юйши пойдет как заменитель детской энергии, то остается мало времени. Еще два пункта и набор собран, — девушки не понимали про что мы говорим и что за набор. Я хотела рассказать, но нам не до объяснений. Надо как можно скорее предупредить Шиора. Следующим станет младший морской дракон и последним недостающим ингредиентом останется сын. Это понимали все, поэтому нам нужно срочно отправляться к Шиору.
— Хатару, — коснулась его плеча, дракон был в прострации оттого, что происходит, но на меня внимания обратил, — сможешь нас всех донести? — показала на нашу компанию из четверых. Он посмотрел на нас и кивнул, — Хатару, — он ждал вопроса, — я хочу поблагодарить за помощь с сестрами, без тебя мы бы еще в пустыне плелись, — он отмахнулся и сказал:
— Ты помогла мне куда больше, приняв и защитив Кешина, — могу считать эти слова извинениями. Ведь большего чем эти слова, я не услышу. Мне и этого хватило.
Девушки вышли следом за нами. Солнце нещадно палило, но они терпели, как и мы с Урсулом. Взяли запасы соленой воды, так нам будет легче пережить полет и новую порцию пустынного солнца. Хатару снова призвал драконий облик. Столько счастья и радости в глазах я не видела никогда. И у кого? У взрослой мурены, Иньзцы ликовала как ребенок, гладила дракона по мордочке, тот был против, но она не обращала внимания на протесты Хатару, касалась длинных пушистых усиков, водила пальчиками по ветвистым рогам, даже по мокрому, розовому носику.
— Кажется, кто-то влюбился, — шепнул мне Урсул, смотря на мурену и дракона.
— С чего ты взял?
— А ты посмотри. Если бы Хатару был против, мурена бы ни разу не коснулась его, — из этого вывод очень простой, — она ему приглянулась. И плевать на род мурен. Так что поздравляю, — хоть что-то хорошее. Но нам не до этого, пока Иньзцы трогала Хатару, он летел и не сопротивлялся, но стоило нам приблизиться к владениям Шиора,
