Читаем без скачивания Брат для волчонка 3 (СИ) - Бэд Кристиан

«Вот оно, значит, как … Не Нуб, а Олдмэн?» — на автомате подумал Рэм.

А вслух сказал:

— Я думаю, это жест доброй воли советника Асмика. Повстанцы и в самом деле хотят договариваться. И пойду туда я. Занимайтесь людьми, сержант! Их надо кормить и хоть как-то размещать! Приказ понятен? Пацанов не отпускайте пока. Уйдут в развалины, а там сейчас может быть опасно. Но чтобы ни царапины. — Он понизил голос, понимая, что его и так слышно. — Узнаю — убью. — Он встретился глазами с комбригом: — Исполняйте. Мне нужно с разведчиками поработать, не вслепую же лезть.

Ришат Искаев не был бы координатором Южного крыла Армады, если бы не сумел раздобыть материалы допроса лейтенанта Дерена после посещения им карантинной зоны на Гране.

И уже с некоторым саркастическим удовольствием выяснить, что прикрыл тогда эту миссию от особистов именно комкрыла.

А зачем?

Ришат Искаев поставил себе галочку в многоуровневом голографическом плане расследования «Дела Дерена».

Комкрыла и лейтенанта связывал союз Борге… Что же это за союз?

Запрос в подразделение, давно и успешно работающее с боргелианами, Ришат Искаев направил сразу.

Подразделение это занималось дипломатической разведкой, и подчинялось непосредственно военному министерству.

Но министерство-то осталось на Севере, а подразделение — на Юге. И потому на контакт с координатором его глава пошёл даже с некоторым облегчением.

Бедняга не понимал, кто должен прибрать его к рукам. Нервничал.

Ришат Искаев поговорил с ним нежно. Сам понимал, что слегка виноват — забыл в горячую фазу о дипломатическом шпионаже.

Так что глобальная польза от этой истории с Дереном всё же была. А не просто обострение паранойи.

Да и не обострение сроду!

Координатор открыл сухую короткую справку «от дипломатов» и понял, кого готовили в союзе Борге и почему Империя скромно молчала об этой секте в тряпочку.

Шпионов там готовили.

Высококлассных, знающих обычаи и этикет Экзотики «дипломатов» и «торговых представителей».

Вот же хэдова бездна…

Ришат Искаев развесил над столом документы и торжествующе откинулся на спинку кресла.

Всё сходится! Из Дерена готовили шпиона, потому он так легко и проник в карантинную зону. Как нож в масло!

Ладно бы просто с разведывательной миссией. Но у него нашлись родственники в гнезде предателей.

И какие родственники! Великий Дядя Дома Аметиста!

После смерти старого эрцога Эризиамо Анемоосто, весьма достойно воевавшего с хаттами, именно Предатель стал легитимным наследником!

Дом тогда всполошился так, что альтернативного «наследника» поспешно слепили из дерьма и палок и запустили, как комету.

Звали его Энек Анемоосто, и он оказался генетическим конструктом, вышедшим из рук Ингваса Имэ.

Но истина — она колючая, и пробивает самый плотный мешок, как ни прячь. Наследник умер, а Дерен сумел вывернуться и подставить вместо себя совсем юного выкидыша семьи Имэ, Эберхарда.

Ловок-то как, зараза. Перевербовать бы… Только надо сначала точно определить, на кого он работает? На Локьё?

Ришат Искаев развернул голограмму допроса Дерена. Полистал…

Пилот торгового флота Вальтер Дерен сумел без шума проникнуть в карантинную зону на Гране, пользуясь вызовом родственников на похороны Великого Дяди, и таможня это съела…

Почему вдруг таможня? А потому что парень был торговым агентом «НиZей», и просочился якобы по работе. Умён, ничего не скажешь.

А вот обратно выехать не сумел, и его вытаскивал местный спецон.

К чести Дерена, он ничего не скрывал во время допроса. Прибыл на похороны дяди… Дядя — он же и «дядя» и «Дядя», никакого вранья, верно?

И милые родственники предложили Дерену остаться и дядю этого заместить, стать главой семьи и Дома. А мальчик не захотел…

Координатор рассмеялся и пошёл к шкафчику за коньяком.

Это было прекрасно! Это надо было запить!

Великий Дядя, непризнанный эрцог Дома Аметиста, в гробу видевший это «признание», считал Дерена легитимным наследником Дома!

После допроса Дерен завербовался в крыло, потом в спецон. И просочился на «Персефону», где труп капитана Пайела уже восемь лет не даёт покоя ни Дому Аметиста, ни Локьё, ни имперскому Генетическому департаменту.

Красиво? Да гениально!

И теперь, когда капитана Пайела кое-как откачали, Дерен снова спокойно летит на Грану и пропадает там наглухо. Как же, все всё понимают — помехи связи…

И что он задумал, мерзавец?

Капитан ему верит, а зря…

А куда его командировал капитан? На Прат.

А какое отношение Прат имеет к предателям и Дому Аметиста?

А никакого.

А на Прате у нас…

А что у нас на Прате? Где у нас этот мелкий подельник Дерена, Рэм Эффри Стоун?

— О!.. — Ришат допил коньяк и привстал от удивления в кресле. А потом провёл ладонью над столом, активируя панель связи:

— Принести-ка мне личное дело капитана Хансйорга Думитреску по кличке Олдмэн.

— Что-то нашли, шеф? — спросил начальник дежурной группы, Микаэль Кохен.

— Кажется, ты летишь на Прат, Миша.

Миша — было «домашним» и одним из любимых Ришатом Искаевым прозвищ Кохена. А всего их уже перевалило за двести — Миша был вездесущ и многолик.

— А зачем? — неискренне удивился он.

— Я подозреваю, что там зреет грандиозный заговор… — Ришат Искаев расхохотался, вглядываясь в свежие голограммы с Прата. — Ты видел? Думитреску побрился налысо!

— А ему нельзя было на лысо? — уточнил Миша.

— Да ты сам посмотри, на кого он похож! Ему только кольца в лобешнике не хватает!

— Арестовать? — поинтересовался особист, видимо тоже развернувший голограмму.

— Срочно! И организовать мне доступ к телу по закрытому каналу связи.

— Слушаюсь, шеф.

Всё-таки Лиска получила свою кличку не только за рыжую шерсть.

Утром, опасаясь, что собака увяжется за знакомыми бойцами на развалины супермаркета, а там или испугается, или сама кого-нибудь напугает, сержант Добрый велел её привязать возле кухни.

Хитрая собака весь день вела себя примерно, ласкалась ко всем входящим и выходящим, лопала за троих, а вечером вывернулась из самодельного ошейника и носилась по расположению, не даваясь никому в руки.

За день у кухни она отъелась по самое не могу, на вкусности не подманивалась, а коварных десантников, засадивших её на цепь, внесла в какой-то собачий кондуит. И даже на десять шагов к ним теперь не подходила.

Рэм, поджидая, пока разведчики напихают ему в ботинки «жучков», сидел босой возле палатки комбрига и наблюдал, как сержант Добрый и трое десантников ловят собаку.

Понятно, что ни обидеть её, ни напугать они не хотели, а в руки Лиска не шла. Понимала, хитрюга, что её опять засадят «на цепь» — металлизированный шнур, входивший в горную экипировку разведчиков.

— Может, вам поужинать на дорожку? — спросил Добрый. — Всё равно ждать.

Сержант плюнул в конце концов на собаку, но тут же занялся Рэмом. Есть такие люди, что без дела сидеть не умеют.

Рэму есть не хотелось, но он понимал, что силы нужны, и нехотя кивнул.

Поднялся, а так хорошо сиделось…. И босиком потопал на кухню.

Ступни колола бетонная крошка, в большой палец тут же впился острый камушек. Он уже и забыл, когда ходил босиком.

— Надо бы вам и комбинезон поменять на усиленный, — сказал Добрый, придирчиво осматривая малолетнего командира. — Оружие вам брать нельзя, это они сразу раскусят, а вот усиленный хемопластиком комбинезон, может, и пригодится. Даже если бить будут — он частично смягчит.

— Да кто меня будет бить? — рассмеялся Рэм. — Зачем?

Добрый напоминал ему няньку: а вдруг дитятко упадёт, а вдруг коленочку поцарапает?

Дитятко или договорится, или его пришьют повстанцы.

При чём тут какой-то усиленный комбинезон? Может, ему ещё мешок захватить для трупов? Чтобы повстанцам было сподручней утилизировать неудачливого переговорщика?