– Итак, есть у тебя еще что-нибудь новенькое? – спросила она.
Йомен поднялся и виновато достал из кармана компьютер-блокнот размером с ладонь.
– Мне больше нечего сказать, но Губер передал вот это. У него, наверное, какие-то другие источники информации.
Он передал блокнот Фреде и внимательно посмотрел ей в глаза. Держался Йомен Терах подчеркнуто официально. Ему не по нраву было участвовать в таких махинациях, но Терах старался вести себя как можно вежливее. Он показал на блокнот, который только что вручил Фреде, и сказал:
– Я не читал, что там написано, и читать не собираюсь. Я не хочу знать больше, чем знаю. Я рассказал тебе, что знаю, а не то, что думаю, – по-моему, такой вариант устроит тебя больше. Если честно, я чертовски напуган тем, что ты делаешь. Поэтому хочу попросить, чтобы ты просмотрела записи Губера только после того, как я выйду из комнаты.
Фреда Ливинг от удивления с полминуты не могла ничего выговорить. Терах никогда себе такого не позволял. Наконец она сказала:
– Хорошо, Йомен. Спасибо за откровенность. И за благоразумие.
– Полагаю, вскоре всем нам очень понадобятся эти качества! – резковато заметил Терах. Но лицо его тут же смягчилось, он погладил Фреду по плечу и тихо сказал: – Отдыхай, Фреда, и выздоравливай поскорее. Если бы даже ничего этого не случилось, тебе все равно понадобится много сил для завтрашнего вечера.
Фреда слабо улыбнулась и вздохнула:
– Знаю.
От завтрашней презентации зависело гораздо большее, чем ее собственная судьба.
Йомен Терах вышел, оставив Фреду наедине с ее мыслями и блокнотом Губера Эншоу. Она почти боялась заглядывать в эти записи. У Губера чертовски странный источник информации. Но Фреда давным-давно запретила себе догадываться, что это может быть за источник.
Фреда не отваживалась даже предполагать, что Губер узнал на этот раз. Она просто открыла блокнот и стала читать. Через три абзаца она так перепугалась, что от страха уже почти не видела, что читает. Потому что по сравнению с тем, что она прочла в блокноте Эншоу, все ее прежние страхи и заботы казались сущими пустяками.
Великий Боже, где Губер это раскопал? Такое впечатление, что у него есть доступ ко всей полицейской компьютерной сети, с полным отчетом обо всем, что касалось нападения на Фреду. Причем информация была явно свежей, не обработанной и не оформленной в приказы и инструкции. Две цепочки отпечатков ног робота? Что за чертовщина?
И другие сообщения – о выступлении Железноголовых в Сеттлертауне и случае с «крушителями роботов» и пожаре в окраинном районе Аида. Во имя Падшего Ангела – Калибан назвал свое имя свидетельнице, а она сама, Фреда, только что сказала о нем шерифу! Они напали на след! Крэш знает – или думает, что знает, – о Калибане все, что нужно.
Проклятье! Какой мерзавец выпустил его из лаборатории?! Фреда отлично знала, что первые часы чрезвычайно важны для формирования характера Калибана. Именно поэтому она так медлила с его пробуждением. Она старалась создать для него самые лучшие условия.
А что за первые часы у него получились вместо этого? Начать с того, что Калибан оказался свидетелем покушения на нее. Потом он стал ходить по городу, увидел, что все роботы находятся в услужении у людей, видел, как раболепно они себя ведут. Это его наверняка ужасно смутило. Фреда специально стерла из его блока памяти абсолютно все сведения о роботах.
Дьявольщина, сколько же часов она угробила, выбирая из блока памяти Калибана все, что касалось остальных роботов! Теперь вся работа пошла коту под хвост! Это в лучшем случае.
В худшем – у Калибана могло сложиться ужасно искаженное представление о мире. И при всем этом, каково ему было угодить в руки банды «крушителей роботов»?..
Фреда Ливинг откинулась на подушки и закрыла глаза, блокнот выпал у нее из рук. Живот стянуло узлом, голова снова начала раскалываться от боли. «Почему?! Ну почему все должно было случиться именно так?» – думала она.
Он видел вокруг только жестокость и насилие, видел, что с подобными ему обращаются хуже, чем с рабами. Калибану не дано было ничего другого, что могло бы повлиять на его мировоззрение.
И это еще далеко не самое худшее. Альвар Крэш вышел на охоту. Он вскроет истину – но не в то время и не в том месте, где нужно. Один случайный неверный ход – и шериф развалит карточный домик нынешней политики. Разрушит единственное, что может спасти Инферно.
Фреда Ливинг похолодела от страха.
Хуже всего, что она сама не знала, почему боится.
Или чего.
9
Губер Эншоу знал, что он трус, но по крайней мере у него хватало смелости самому себе в этом признаться. Ему хватало силы характера признавать собственные слабости, а это само по себе кое-чего стоило.
Что ж, как ни крути, говорить себе это было даже приятно. Правда, в нынешних обстоятельствах от этого самоуничижения было мало толку. Но будь что будет. Иногда и трус может сделать то, на что другие не способны.
И сейчас – какая жалость! – был как раз такой случай. Губер смотрел, как Тетлак, его личный робот, ведет аэрокар к Сеттлертауну. Машина Губера, пронзающая ночное небо, была умышленно лишена любых отличительных примет. Вот аэрокар сбавил скорость, завис в воздухе, ожидая, пока система безопасности и транспорта Сеттлертауна запросит опознавательный номер машины и проверит, есть ли он в списке приглашенных. И вот в земле открылся широкий проем – вход в подземный город. Аэрокар спикировал вниз, в огромную центральную пещеру Сеттлертауна, и пошел на посадку.
Губер жестом велел Тетлаку оставаться в машине, а сам вышел наружу. Он прошел к поджидавшему транспортеру, сел и сказал:
– К мадам Велтон, пожалуйста.
Маленький открытый автомобиль мгновенно сорвался с места. Губер едва успел подумать, что в машине не было никакого разумного устройства, как оказался возле апартаментов Тони Велтон.
Губер Эншоу подошел к двери и немного замешкался, пока вспомнил, что нужно нажать кнопку звонка. Обычно это за него делал робот. Но Тетлак немного раздражал Тоню, а Губер не хотел никаких лишних затруднений. Довольно того, что он пришел сюда сам, без приглашения.
Заспанная Тоня Велтон открыла дверь и удивленно уставилась на гостя:
– Губер! Великая Галактика, что ты здесь делаешь?!
Губер с минуту смотрел на нее, потом неуверенно поднял руку и сказал:
– Я знаю, что сюда приходить опасно, но мне очень нужно было тебя увидеть. Не думаю, что за мной кто-то следил. Я должен был прийти. Попрощаться.
– Попрощаться!.. – Тоня и не попыталась скрыть, как ее удивили и огорчили его слова. – Ты решил порвать со мной из-за…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
