– Да, – ответил Трикс. У него начало складываться ужасное ощущение, что все идет так, как задумали Великий Визирь и хитрый шут, а еще – как задумал коварный витамант. А вот он, Трикс, просто плывет по течению…
– В том, что нам удалось узнать о Прозрачном Боге, – сказал Гавар, – очень много лжи, а еще больше – догадок и фантазий. Но одно несомненно. Алхазаб колдует быстро. Очень быстро. Пока противостоящие ему волшебники только-только успевают начать свои заклинания, он уже чувствует это – и наносит смертельный удар. Поэтому нам надо напасть на Прозрачного Бога так, чтобы он до самого конца не понял, что на него нападают.
– Ночью, во сне? – предположил Шараж.
– Опоить его? – спросил Майхель.
– Отправить к нему дюжину прекрасных невольниц, от вида которых он забудет обо всем! – предложил Сутар.
Витамант покачал головой:
– Нет, нет и нет! Все это слишком банально. Я предлагаю, чтобы сегодня же вечером этот театр отправился в оазис Джем-был, где отдыхает перед наступлением на Дахриан армия Прозрачного Бога. И там театр выступит… в последний раз!.. с представлением «Подвиги Любви, или Морские Приключения Юного Мага». Причем на этот раз играть вам будет проще. У вас появятся новые исполнители на роли юного мага Трикса и прославленного рыцаря-чародея Гавара.
Актеры озадаченно переглянулись.
Потом Бамбура сказал:
– Ага!
Майхель почесал затылок, крякнул, но ничего не сказал.
Сутар восхищенно всплеснул руками:
– Какая чудесная мысль! Какая изящная интрига! Поглощенный пьесой, Прозрачный Бог и не заподозрит, что на сцене не актеры, а два настоящих волшебника! И пока они будут сплетать из слов страшные боевые заклинания, проклятый завоеватель ничего не предпримет… до самого конца, когда эти заклинания обрушатся ему на голову!
– Совершенно верно, – кивнул Гавар. – Идея именно такова.
– Если Прозрачный Бог будет повержен, – продолжал Сутар, – то его армия в панике разбежится, а прихлебатели поспешат присягнуть на верность султану. О да! Но что, если он все-таки поймет, что происходит? И успеет защититься или же нанесет удар первым?
– Тогда нам крышка, – ответил Гавар. – Все, кроме меня, скорее всего умрут. А я, будучи мертвым, на долгое время попаду под власть Прозрачного Бога и буду терпеть ужасающие пытки.
– Мне это очень не нравится! – воскликнул Майхель и уточнил: – Я имею в виду не пытки, это ваше личное дело, господин витамант. А вот то, что нас всех убьют… что мы рискуем головой просто так…
– Ну почему же просто так? – сказал Гавар. – Если все получится… Хрустальные Острова готовы заплатить за помощь две тысячи реалов!
– А Самаршан не поскупится на пять тысяч динаров! – вставил Сутар.
– Почти уверен, что Маркель тоже нас вознаградит, – честно сказал Трикс.
Майхель кивнул:
– Да, вероятно. Ему будет неудобно, что он отстает от соседей…
– Так что, по рукам? – спросил Гавар.
Майхель вздохнул и посмотрел на свою команду.
– Приличная сумма! – сказал Бамбура с воодушевлением. – Мы точно сможем построить красивое здание театра и осесть на одном месте.
– Каждый мужчина, даже актер, должен однажды совершить настоящий подвиг, – заметил Шараж.
– Это будет хорошая драка, – решил Хорт.
– А нам дадут нашу долю? – хором воскликнули племянники Майхеля.
Песик Альби тявкнул.
– Значит, договорились, – решил Гавар.
План витаманта был прост и Трикс, даже при всем желании, не мог к нему придраться. Ровно в полночь драконы, по просьбе Великого Визиря, должны были отнести всю труппу поближе к оазису Джем-был, где и высадить. До оазиса предстояло добраться своим ходом – и к утру предложить простодушным кочевникам веселое представление. Наверняка и сам Прозрачный Бог захочет на нем присутствовать, не из интереса – так чтобы показать суровым воинам пустыни, что не брезгует их развлечениями. Пьесу предполагалось доиграть почти до самого конца – вот только в сцене поединка Трикса и Гавара оба волшебника будут произносить настоящие заклинания, но в последний момент обрушат их не на головы друг друга, а на Прозрачного Бога. Как бы силен ни был Алхазаб, но шансов защититься у него было очень мало.
Визирь любезно предложил всем скоротать время во дворце – детям были обещаны сладости, взрослым – кальян. Но Трикс предпочел отправиться к Васабу, чтобы попрощаться с добрым купцом, забрать свои вещи и найти Аннет.
– Только не упоминай о наших планах, – сухо заметил Гавар. – Новости на Востоке разносятся быстро.
Трикс, который первым делом собирался рассказать Васабу, что он отправляется на решающий бой, покраснел и воскликнул:
– Не считай других глупее себя, витамант. Разумеется, я буду молчать!
К дому Васаба Трикса и Иена отвезла карета султана – поразительно напоминающая те, которые делались в королевстве, только с широкими колесами, удобными для движения по песку. В карету были запряжены два белых верблюда.
Появление султанской кареты вызвало на узкой улочке переполох. Два стражника торжественно встали у дверей Васаба, а сам купец, согнувшись в поклоне, выскочил им навстречу с криком:
– Клянусь памятью прадеда, я как раз собирался отнести во дворец положенную долю… Трикс?
Сообразив, что опасности нет, он тут же горделиво выпрямился и широким жестом пригласил Трикса и Иена войти. Во дворе царила суматоха – сыновья Васаба что-то торопливо зарывали под корнями платана, росшего во дворе. Фея Аннет парила в сторонке, уперев ручки в бока, – и Трикс смутно понял, что за позднее возвращение ему еще будет высказано немало претензий.
– Этой ночью нам придется покинуть тебя, любезный Васаб, – смущенно сказал Трикс. – Даже не спрашивай, куда и зачем мы отправляемся, это тайна. Так что мы соберем вещи и…
– О, немногословный и загадочный, но ведь до полуночи еще много времени! – ответил Васаб. – Я успею дать в вашу честь прощальный ужин!
– До полуночи? – растерялся Трикс. – Но откуда ты…
– Все тайные дела в Самаршане делаются в полночь, это традиция! – пояснил Васаб. – Так что у нас еще есть время… жена! Накрывай стол! Дети! Откапывайте праздничные тарелки! Дочери! Отнесите стражникам у ворот чистой холодной воды и деликатно узнайте, нет ли у них сыновей, входящих в брачный возраст!
– Папа, они и сами совсем мальчишки, – фыркнула старшая дочь.
– Ничего страшного! Таким вопросом ты польстишь их самолюбию, узнаешь, женаты ли они сами и предельно ясно обозначишь свои намерения!
– Нет у меня никаких намерений… к ним… – с улыбкой поглядывая на Трикса, сказала старшая дочь.
– Слушай отца и жизнь твоя будет! – рявкнул Васаб. – Так говорил древний мудрец!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
