Вслед за обвалами от ниши сланцевого карьера вверх мгновенно распространилась трещина, отчленившая участок склона длиной до 500 м и шириной около 320 м. Возник оползень с тыловой стенкой отрыва высотой до 250 м и объемом до 10 млн. м3 скальных пород. В ходе смещения объем оползня увеличился до 11 млн. 600 тыс. м.
Верхний край срыва скального блока располагался на высоте 620 м над Эльмом и 610 м над долиной Унтерталь. Средняя высота обрушения составила около 450 м.
Соскользнув параллельно крутому склону, глыбовая масса ударилась о дно карьера в районе Платтен-берга. Площадка, принявшая удар, стала для оползня своеобразным трамплином. Передняя часть каменной лавины, подталкиваемая сзади смещающимися массами, сорвалась со скального уступа, поднялась в воздух и, как гигантский черный дракон, полетела над домами и деревьями. Жители, наблюдавшие сбоку за движением оползня, отлично видели это.
Перед фронтом горного оползня, как это и всегда бывает в таких случаях, двигалась подушка сжатого воздуха, сокрушая все на своем пути. Над долиной Унтерталь в полное безветрие поднялась громадная туча пыли, покрывшая окрестности. Все сделалось светло-серым, и даже многих дождливых дней не хватило бы для того, чтобы смыть толстый ее слой с близлежащих лугов и деревьев.
Фронтальная крупноглыбовая часть оползня-обвала прошла путь в 2,4 км от места отрыва до северной части долины Унтерталь менее чем за 30 секунд, двигаясь со скоростью от 80 до 240 м/с. Каменный вал, образовав в долине 40-метровый глыбовый конус, поднялся на ее противоположный склон на высоту до 100 м, достигнув местечка Дюнеберг.
Объем глыб у Дюнеберга нередко достигал 100–200 м3, а вес — 250–500 т. Самая крупная из заброшенных сюда сланцевых плит имела размеры 15x12x7 м, объем 1260 м3 и вес 3,3 тыс. т. Стремительно летящие острые пластины сланца, как бритвой срезали толстые древесные стволы елей, что было обнаружено при раскопках.
Преодолев в свободном полете значительную часть пути, каменная лавина фронтальным ударом уничтожила селение в долине Унтерталь. Сюда же были принесены сорванные и искореженные рельсы железной дороги с Платтенберга и остатки леса с противоположного склона долины. Но на этом не закончилась разрушительная деятельность обвала. Подобно гигантскому лавовому языку, от его передней части в районе Дюнеберга отделился сухой щебневой поток. Сделав резкий поворот на северо-запад на 25° от прежнего направления движения, он стремглав пронесся по долине на 1400 м. Жители, находившиеся на столь значительном расстоянии от места отрыва оползня и наблюдавшие за его развитием со стороны с. Мюсли, и не подозревали, какой смертельной опасности они подвергаются. Многие из этих несчастных были застигнуты врасплох стремительно несущимися каменными валами и погребены вместе со своими домами.
Щебневой поток двигался по почти горизонтальному основанию (плоскотине). При максимальной длине потока в 1500 м ширина его составляла 400–500 м, средняя мощность — от 15 до 20 м, а покрытая им площадь — 580 тыс. м². Оставшиеся в живых свидетели этого происшествия сообщали, что щебневые массы не перекатывались, как это обычно бывает при обвалах, а молниеносно скользили по земной поверхности. Столь быстрое движение громадного количества сухих скальных масс по плоскому основанию стало возможным не только благодаря большому запасу кинетической энергии. Пропитанные влагой распаханные и луговые почвы долины Унтерталь сыграли роль грязевой смазки, значительно облегчившей перемещение скальных масс, практически перешедшее в скольжение.
Поверхность щебневого потока представляла хаос застывших земляных холмов. Они были сложены глыбами черных сланцев различной величины. Между холмами в различных частях потока обнаружены особые формы, не нашедшие пока своего объяснения. Это заостренные, крутобокие, кеглеобразные конусы высотой от 1 до 3 м, состоящие из размельченного материна серой сланцевой породы. Подобные конусы в последнее время были обнаружены В. П. Солоненко на Хаитской земляной лавине, возникшей при 9-балльном землетрясении 1949 г. в Таджикистане. Там их происхождение объяснялось процессом длительной вибрации земной поверхности в ходе подземных толчков. В случае оползня Эльм механизм формирования упомянутых конусов, по замечанию А. Гейма, остается загадочным, тем более что землетрясений в тот момент не было.
Двигаясь по равнине, щебневой поток, как плуг, вспахивал мягкую луговую почву на глубину не менее 1 м и отбрасывал в сторону ее пласты. Одну за другой он выкопал опоры железного моста, обнаруженного затем в виде искореженных стальных балок вместе с остатками фундамента под толстым слоем обломков. Разрушая и заваливая дома, щебневой поток, как на санках, уносил их крыши. Достигнув р. Зернф, поток щебня заставил ее дважды изменить направление течения. Ручьи Чингель и Рамин были завалены, а их воды, прорвавшись на поверхность, образовали небольшое озеро над засыпанными складами сланцевого карьера. В первые дни после горного обвала поверхность щебневого потока оставалась совершенно сухой и была покрыта слоем пыли толщиной 2 см. Затем дожди отмыли пыль и вместе с водой подпруженных и засыпанных ручьев пропитали влагой щебневую массу. Если бы обследование было проведено с опозданием, то можно было бы прийти к неправильному заключению о том, что в формировании щебневого потока и оползня Эльм в целом большую роль играла обводненность пород. На самом деле, как мы видели, все было иначе.
Весь процесс смещения оползня Эльм и распространения щебневого потока занял менее 2 минут. Опустошенная территория имела площадь около 895 тыс. м2. По образному сравнению А. Гейма, скальных пород, содержащихся в оползне Эльм, вполне хватило бы для застройки жилыми домами 200 таких городов, как Цюрих (без окрестностей) по состоянию на 80-е годы XIX в.
Образование, казалось бы, впечатляющей ниши отрыва и смещение 10 млн. м3 скального грунта не очень изменили форму склона горы Миттагхорн. Даже человек, хорошо знающий местность, не сразу бы заметил изменение его профиля. Между тем, несмотря на сравнительно незначительные размеры, оползень Эльм оставил потомкам свои загадки, ждущие решения. Это прежде всего возникновение в сухом, стремительно несущемся щебневом потоке конусов, сложенных более мелким грунтом, застывших затем в виде своеобразных «термитных» (кеглеобразных, по А. Гейму) построек, и, наконец, необычно большая скорость его скольжениях[21] по горизонтальной поверхности уже после того, как главная масса оползня остановилась и потеряла большую часть своей кинетической энергии, поднявшись на северный склон долины Унтерталь у Дюнеберга.
