Читаем без скачивания Пульт мертвеца - Тимоти Зан

Я недовольно посмотрел на нее.

— Каландра…

Она пристально посмотрела на меня.

— Мы и так втянули в это слишком много людей, Джилид. Так что или мы ищем сами, или не ищем вообще.

Едва ли я мог привести против этого какие-нибудь убедительные доводы.

— Хорошо, — согласился я, снова повернувшись к Эдамсу. — Полагаю, что наши потребности ограничатся материальными.

Он медленно кивнул.

— Этим мы вас обеспечим. Но есть еще кое-что, что вам понадобится: время. Сколько?

Сколько времени может уйти на то, чтобы облазить и обыскать целый мир?

— Сколько вы можете дать без ущерба для себя? — напрямик спросил я. — Если бы вы смогли в качестве оправдания заявить, что не знаете, кто мы такие… — Я беспомощно пожал плечами. — Но, конечно, теперь уже поздно.

— Ведь вам известно, что такое наркотики, развязывающие языки? Ведь их никто не запретит, ни сегодня, ни завтра, — мрачно заявил он. — Таким образом, если вы больше никому ни о чём не станете рассказывать, я остаюсь единственным, кому они могут предъявить обвинение в соучастии. — В его глазах появилась твердость. — Пускай всё так и остается. Вам ясно?

Я судорожно сглотнул. При воспоминании о Куцко и капитане Бартоломи во мне всколыхнулось старое чувство вины и стыда. Они тоже сумеют избежать прямых обвинений в пособничестве, но вряд ли это сможет послужить утешением и тому, и другому.

— Ясно, — спокойно ответил я Эдамсу. — У нас самих и так достаточно проблем, чтобы добавлять к ним и другие.

Твёрдость постепенно оставляла его.

— Я рад, что мы договорились. — Он едва заметно улыбнулся. — Впрочем, пока у вас не возникло неверное представление о нашей общине, разрешите мне сказать, что я рад тому, что вы были со мной честны. Неважно, чего это стоит. Правда всегда предпочтительнее лжи. — Он снова тяжело вздохнул. — Я могу дать вам три дня. Не больше.

Я встретился взглядом с Каландрой. Она пожала плечами, в её чувствах была беспомощность. Трех дней чертовски мало, но, с другой стороны, и десяти дней было бы для нас так же мало.

— Как бы то ни было, в любом случае вы правы, — сказал я Эдамсу.

— Мне очень жаль, но дать вам больше я не могу. — В его голосе слышалось искреннее сожаление. — Но если говорить по существу, у вас нет и этих трех дней. К тому времени ваше отсутствие, несомненно, будет обнаружено, а то, что вы отправили корабль пустым, не поможет вам дурачить их долго. К вечеру здесь уже будут агенты безопасности Солитэра.

К сожалению, скорее всего он был прав.

— Тем более, мы должны отправляться немедленно, — сказал я.

— Согласен. Я дам вам один из наших вездеходов, а вы поезжайте на нем к Мюрру. Это избавит меня от необходимости часов десять просидеть за баранкой, да и в самом Мюрре вам не придется терять время на поиски транспорта.

— Отлично, — сказал я. — Надеюсь, управление полуавтоматическое?

— Да, но можете не беспокоиться — нам приходится ездить туда так часто, что наиболее удобный маршрут уже запрограммирован в автопилоте. — Он поднялся. — Если вы позволите, пойду приготовлю для вас все необходимое. Боюсь, у меня не останется времени, чтобы как следует накормить вас перед дорогой, но кухня там, — он показал вглубь дома. — Пожалуйста, можете похозяйничать и выбрать себе что-нибудь.

— Благодарю вас, — сказал я, вставая. — Спасибо за помощь.

Секунду мы смотрели друг на друга.

— Надеюсь, — негромко сказал он, — у вас всё же хватит времени.

Эдамс ушел, а я посмотрел на Каландру.

— Думаешь, мы можем доверять ему? — спросил я.

Она едва заметно пожала плечами.

— Но у нас нет другого выбора, разве не так?

Я поморщился.

— Выбора, действительно, нет. Вздохнув, она поднялась. — Во всяком случае, вся надежда на этих халлоа. А теперь, ты слышал, что он сказал? Давай сходим на кухню и возьмём что-нибудь поесть в дороге.

ГЛАВА 16

Через полчаса мы отправились из Шекины на одном из вездеходов Эдамса, уверявшего нас, что это лучший в его небольшом транспортном парке. Силуэт этого вездехода был настолько ужасен, что я при виде его содрогнулся, но двигатель тянул отменно, и широкие его колеса прекрасно справлялись со всеми превратностями местных дорог, словом, жаловаться было не на что. Может, все дело было в том, что меня основательно подпортило восьмилетнее пользование плодами процветания «Карильона»?

Отправились мы по едва различимой среди камней и склонов тропинке, которая скорее подходила для пеших странников, нежели для передвижений моторизованных. Каландра, как я мог чувствовать, не была расположена к беседам, да и у меня не было ни особых поводов, ни желания тревожить её. Так что я, устроившись на относительно хорошо сбалансированном сиденье, настроился на долгую пятичасовую поездку и смотрел на проплывавшие мимо пейзажи. А здесь, как я, к удивлению, заметил, было на что посмотреть. Даже те участки нетронутой природы, окружавшие Шекину, вряд ли могли считаться безжизненной пустыней, которая представлялась нам, а теперь я убеждался в том, что даже и они были еще скудными по сравнению с тем, мимо чего мы сейчас проезжали. Нельзя сказать, что природа здесь была очень уж живописной, по крайней мере, если исходить из обычных эстетических представлений это было далеко не так. Растения были здесь серовато-голубыми или сизовато-фиолетовыми, следовательно, их основу составлял не хлорофилл, а какая-то другая субстанция. Большинство из них было низко пригнуто к земле, лишь некоторые типы могли быть чуть выше, чем средних размеров кустарник. Но их росло здесь необычайно много, и представлены они были множеством разновидностей. У меня возник вопрос: кто-нибудь из тех, кто с такой искренней убежденностью описывал Сполл как пустыню, действительно побывал здесь и видел все это собственными глазами?

— Интересно, почему все растения вокруг Шекины такие тонкоствольные? — в унисон моим мыслям спросила Каландра.

— Думаю, Эдамс со своими людьми что-то делают с почвой, чтобы на ней можно было выращивать урожай — может быть, добавляют какие-нибудь удобрения или что-нибудь ещё… Может быть, это что-то ещё оказывает на местную флору влияние. Установка термобурения, например.

— Может быть, — задумчиво согласилась она. — С другой стороны… — она не закончила фразу.

— Ничего, надеюсь, найдется кто-нибудь в Мюрре, кто сможет удовлетворить твою любознательность.

Она невольно улыбнулась.

— Надеюсь.

Халлоа, живущие в Мюрре, занимались земледелием в таких условиях уже года два. Может, у них хватило времени узнать чуть больше о своей новой родине.

Когда мы въезжали на центральную улицу, по обе стороны которой теснились несколько домиков, солнце уже почти скрылось за горизонтом. Мы остановились.

Поселение Мюрр во многих отношениях было всего лишь жалким подобием того, что мы увидели у Шекина. Оно было намного меньше, без сомнения, оно находилось еще на самой ранней стадии развития, но ясно было одно — Мюрр тоже принадлежал приверженцам Божественного Нимба. Молодой человек, почти мальчик, который вышел приветствовать нас, выглядел замарашкой по сравнению с теми, кто обитал в Шекине, но от него, тем не менее, исходило то же спокойствие и безмятежность, которые мы впервые ощутили в Эдамсе и его спутниках.

— Я приветствую вас, — кивнул он Каландре и мне, когда мы неуклюже выбирались из вездехода. — Простите, у нас здесь редко кто бывает. Чем я могу вам помочь? — спросил он, приветливо улыбаясь.

— Мы приехали сюда повидаться с пастырем Жоитой Загорой, — объяснил я, разминая затекшие мышцы. — У нас есть для него вести от пастыря Эдамса.

— А-а? Впрочем, я мог бы и сам догадаться, — кивнул мальчик, теперь его улыбка уже стала напоминать ухмылку. — Мне самому приходилось ездить по этой дороге Шекина-Мюрр — вот это весело, ничего не скажешь. Как она вам?

— Изумительная, — буркнул я. — Вам следовало бы сотрудничать с компанией по воспроизводству почек, отбитых на ней — вы бы их завалили заказами.

— Не знаю, может быть… Я вас могу проводить, если вы пожелаете…

— А где все? — поинтересовалась Каландра, когда мы шли через широкое, незастроенное место, напоминавшее небольшую площадь перед довольно большим домом, где находилась, вероятно, какая-то общественная постройка.

— У нас сегодня общий ужин, — объяснил он, полуобернувшись к нам, — очень многие готовятся к нему. Остальные либо сейчас вернутся с хоровых песнопений или ушли медитировать.

Он лавировал между домами, и вскоре я, действительно, увидел небольшую, человек в пять группу людей, сидевших невдалеке от домиков и сосредоточенно медитировавших.

— Вы ведь воспринимаете медитацию как нечто очень серьёзное?

Он не обиделся, ни внешне, ни внутренне.

— В ней не будет никакого проку, если отнестись к ней с прохладцей, разве не так? — осведомился он.