Может императорская охрана и состояла из одаренных, но они не ожидали нападения от храмовника. Тем более того, кто был приставлен к принцессе и свободно посещал цесаревича. Наверняка больше такой ошибки они не совершат, а сейчас я этим пользовался, вырубая одного за другим.
И пытался не перестараться и не сломать кому-нибудь шею. Контроль в таком состоянии давался нелегко, но всё же давался, не зря нас столько гоняли по полигону и после него. Тело постепенно училось другим реакциям, а мозг управлению ими.
Дым закручивался и взлетал вверх, тела оседали на пол и всё было закончено за пол минуты. Извините, парни, надеюсь вас тоже отблагодарят, а не накажут.
Ещё один, совсем молодой вылетел на меня неожиданно. Глаза горели боевым азартом, в горле хрип, а в руках оружие.
— Демоооон! — заорал он, прицеливаясь.
Помогло мне только то, что едкий дым сбил последнего служивого с концентрации и он закашлялся от своего же крика, чуть смещая руки. Я ушел в сторону, прогремел выстрел и пуля вжикнула над самым ухом, расшибая мраморную плитку за спиной.
В следующим миг его пистолет отлетел от сильного удара по запястью. Переборщил всё таки с силой и там что-то неприятно хрустнуло. Мой Глок тут же оказался у его затылка, пока я другой рукой обыскивал парня.
— Не дергайся и останешься живым, — пообещал я.
Только бы у него не было обострения юношеского героизма… Я хотел использовать его, как живой щит, но передумал. Если с опытным ещё прокатило бы, то этот точно попытается совершить подвиг и спасти цесаревича. Слишком большая честь для такого молодого, служить при будущем императоре.
Пришлось и его укладывать рядом, вырубив ударом по затылку. Ох, много у кого сегодня будет болеть голова. Что же, благодарите своего хозяина.
Бегущих на выстрел я пропустил, спрятавшись в нише. Ну нельзя же так топать, видят боги. В кабинете царской парочки не оказалось, наткнулся я на них у выхода на крышу. Вынырнул из тумана бесшумным призраком и отрубил ещё двоих охранников.
Хм, с такими способностями, даже в самом начале обучения, я бы смог отличным киллером…
— Ты чего творишь? — не оценил сцену Георгий, заорав на меня.
— Ваше императорское высочество, планы меняются. Обстоятельства… А, к демонам. Я там бахнул, так что нападение обставляем прямо сейчас.
— Ох, Илай… — расстроилась принцесса, глаза её забегали, но новый план был озвучен почти сразу: — На крыше вертолет, он уже готов и ожидает нас. Там только пилот, пригрози ему оружием и улетай. А мы…
— Скажете, что сбежали, пока я охраной занимался, — кивнул я, поглядывая наверх. — Воспользовались своими какими-нибудь секретными техниками. Ваше высочество, — обратился я к офигевшему наследнику. — Придется пустить вам кровь.
Я убеждал себя, что это всё для достоверности, но на самом деле уже желал немного страданий в качестве платы за устроенный бардак. В умственных способностях будущего императора я не сомневался, но не настолько, чтобы верить в его профессионализм в решении подобных задач. Надо же додуматься, самому разбираться.
Цесаревич недовольно нахмурился, но согласно кивнул. К моему счастью, быстро сориентировался и оставил отчитывания и выражение своего мнения. Я призвал косу, довольно усмехнулся на удивление Георгия и аккуратно резанул того по предплечью. Несколько раз, для надежности.
Романов морщился и вздрагивал, но терпел, не произнося ни слова. Совершив богохульство, то есть императорское кровопускание, я отвесил поклоны и рванул наверх. Лестница подо мной стонала и дребезжала и с таким звуковым сопровождением я покинул обалдевших высочеств.
Косу пришлось отозвать, а пистолет достать уже у самой вертушки. Пилот тоже разглядел во мне служителя и открыл свою дверь, вопросительно глядя. Поглядев в дуло, он любезно согласился меня подбросить до одного пустыря неподалеку.
И только когда я забрался на соседнее кресло и пристегнулся, а мы взмыли вверх, я задумался ещё об одной проблемке. Небоскребы подо мной стремительно удалялись, мы завалились на бок, забирая вправо, а я запоздало вспомнил про обитель.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Нападение на цесаревича стало возможным лишь потому, что я был святошей. Мне позволили подобраться близко именно по этой причине. Храмовники имели репутацию самых верных служителей империи, императора и всей его семьи.
И сейчас я отправил к демонам и репутацию, и доверие вообще к каждому из них. Настоятеля точно приступ хватит… Способен ли будет Георгий обелить не только моё имя, но и восстановить статус всей церкви?
Нет, это не проклятье, это наказание за все мои прошлые грехи. А может и их отпущение, если всё сложится удачно. Я смотрел на огни пролетающего внизу города под стрекотание лопастей и истово верил в удачу. Кажется, даже молился.
Мы пронеслись над обителью, заходя на посадку, и я проводил взглядом древние стены. На экзамены успею, как же. Преподаватели, даже после амнистии, точно для меня анафему и отлучение потребуют, а не попросят зачетку для сдачи автоматом.
Пилот даже не приземлялся, завис в метре над землей, раскидывая потоками воздуха из под винтов траву извивающимися узорами. Я спрыгнул и пригнулся, убегая в безопасную зону, пока вертушка уносилась в ночное небо.
Вход в катакомбы располагался в недостроенном торговом комплексе. Строительный забор уже давно зиял дырами, на ветру трепыхались выцветшие баннеры, а подземная парковка была засыпана слоем нанесенной земли и песка. Тут даже неубиваемые одуванчики уже пробивались через треснувший пол.
Как в старые добрые времена… Выбирался я как-то раз из одной недружелюбной страны. Выбрался, а ведь тогда у меня не было сигмы, оружия и бумаг с драгоценной подписью за пазухой.
Но прежде чем отправиться на прием к подземному монарху, надо было организовать тайник. На баржу возвращаться я не рисковал, да и наверняка там всё вверх дном перевернут. Снова придется уборку и ремонт делать…
Выбрался я на том дворе, где мы выходили с принцессой. Нового питона в логове не появилось, так что поднялся я без приключений и осторожно высматривал дворника. Но мы, похоже, вылечили его лунатизм, а то и вовсе на раннюю пенсию отправили.
Прежде чем избавиться от симки нового телефона, я написал Герману. Только его нежная и ранимая душа была способна понять и позаботиться о моей большой кошке, не смотря на всё, что про меня будут говорить. Подробностей я ему не сообщал, только где на барже лежит заначка наличных, для восполнения трат на прожорливую хранительницу.
О своих финансах я не волновался. Пусть мой счет в церковном банке заблокируют, но был и другой, который пополнялся из Авалона и мной ещё, на всякий случай. Вот именно такой случай, нда. В заднем кармане лежала внушительная котлета купюр, сказалась старая привычка подстраховываться.
Да и Артур, я уверен, при необходимости с огромным удовольствием предоставит мне займ. Не дай боги конечно, но как последний вариант вполне.
Больше никому я не писал. Повздыхал над новехоньким телефоном, только полученным за немалую сумму, вспомнил ласковым словом завхоза и припрятал до лучших времен. Вместе с императорскими бумагами, которые мне предусмотрительно выдали в водонепроницаемом чехле. Туда же отправились и карта-пропуск в лабораторию вместе с амулетом. Кто их знает, вдруг могут отследить казенное имущество.
Про оружие мне такое думать не хотелось, поэтому Глок и два запасных магазина остались при мне. Придется подземному королю позволить мне такую слабость, как ношение. Мысли о том, как я с ним буду договариваться, я пока усиленно отгонял. Больно будет, это точно.
Я ещё посидел, привалившись к техничке и полюбовался видами города на свежем воздухе. Мне предстояло почти на сутки уйти под землю, если принцесса не решит отложить свой следующий шпионский поход. Но что-то мне подсказывало, что отдохнуть на подземных курортах мне не удастся.
Сколько мне тут ещё болтаться между небесами и подземельями, прежде чем отшвартоваться и красиво уйти в закат? Задав себе этот безусловно важный, но риторический вопрос, я отправился вниз.
