— Я понимаю, — сказала Элли. Она снова повернулась к Сэмми. — Мне жаль, что Зои его убила, но некоторые люди не любят муравьев так, как мы. Она просто защищала тебя. Она не пыталась быть злой.
— Да, она хотела! — настаивал он.
Пытаясь подавить очередной зевок, Элли закончила завязывать шнурки.
— Ты не слушаешь меня, мамочка!
Она посмотрела на покрасневшего Сэмми и положила руки ему на плечи.
— Послушай, солнышко. Мама чувствует себя не очень хорошо, а Зои очень помогает. Мне очень нужна ее помощь прямо сейчас... пока не почувствую себя лучше. И я хочу, чтобы ты ее слушался.
— Но Зои злая!
— Сэмми, не стоит так говорить. Она была очень добра к тебе. Ко всем нам. Слушай, давай поговорим об этом, когда я вернусь, хорошо?
Глава 33
Огромные дождевые облака затянули полуденное небо, когда Элли забралась в грузовик. Дрожа, она включила зажигание, и двигатель взревел.
Она не хотела оставлять Сэмми, но у нее просто нет выбора. Погода должна испортиться, а она чувствовала себя ужасно. Конечно, самое лучшее, чтобы он остался дома. Дорога туда и обратно займет всего двадцать минут. Она скоро вернется.
«Переживи это, — сказала она себе. — Возьми себя в руки. У тебя все получится».
Элли проехала мимо патрульной машины, припаркованной у дома, ее дыхание вырывалось влажными облачками, но она не потрудилась включить печку, потому что знала, что та лишь выстрелит ледяным воздухом, пока двигатель не прогреется.
Капли дождя начали стучать по лобовому стеклу, и внезапно по ее лицу потекли слезы. Она выпила целый кофейник кофе, но все равно испытывала усталость. Не было сил думать о чем-то хорошем и верить в это. И она не могла превратить негативные мысли в позитивные, как бы ни старалась.
«В твоей ситуации любому пришлось бы нелегко, — говорила она себе. — Не только мне... не потому, что я предрасположена к экстремальным психическим заболеваниям».
— Верно? — спросила Элли вслух.
— Верно, — ответила она, пытаясь укрепить свою уверенность.
Но потом в нее вползли эти уродливые слова, пророчество ее матери и ее худший страх:
«Ты ничем не будешь отличаться от меня, Элли Кэт. Подожди. Вот увидишь».
— Заткнись, — сказала она сквозь стиснутые зубы. — Я никогда не буду тобой. Я совсем на тебя не похожа.
Элли дрожала, задаваясь вопросом, с кем она вообще разговаривает. Действительно ли это ее мать, или мозг просто ее разыгрывает?
Битти однажды сказала, что лишь тонкая нить разделяет мир духов и физический мир, и очень немногие знают наверняка, что реально, а что воображаемо. Учитывая, что голос то появлялся, то исчезал, ей очень хотелось в это верить.
Элли почувствовала, что ее веки снова стали тяжелыми. Она широко распахнула глаза и сосредоточилась на грунтовой дороге, которая резко изгибалась перед ней.
Депрессия поддается лечению.
Миллионы людей от нее страдали.
Элли просто боялась, к чему это может привести. Она стояла всего в одном маленьком шаге от того, чтобы скатиться в нечто, что не так легко вылечить... или обратить вспять.
Впереди заблестел асфальт. Выехав на асфальтированную дорогу, она включила максимальную температуру, и через вентиляционные отверстия хлынул теплый воздух. Примерно через минуту Элли почувствовала тепло. Но благодаря теплу, а также постоянному скрипу щеток стеклоочистителей, ползающих туда-сюда, оставаться в сознании становилось все труднее.
Фары пронзали темноту, когда она мчалась по сельской дороге. Она зевнула и сосредоточилась на том, чтобы оставаться между линиями разметки. Чем быстрее она получит добавки и вернется в дом, тем лучше.
Но как только она свернула на центральную улицу, завеса дождя накрыла лобовое стекло. Гроза усилилась, и теперь дождь потоками обрушивался с неба. Элли не могла видеть впереди лобового стекла даже на дюйм.
Вцепившись руками в руль, она как можно мягче нажала на тормоза, стараясь не сорваться в крен. Как только показалась обочина, она осторожно съехала на нее и остановила грузовик.
Дождь превратился в проливной ливень. Сейчас ей не следовало вести машину. Она могла погибнуть. Или убить кого-нибудь еще. Слушая, как дворники стучат по стеклу и как ревет печка грузовика, она в замешательстве размышляла.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Наблюдая за тем, как дождь стекает по боковым стеклам, Элли ждала.
Она почувствовала, как ее веки снова опускаются. Бороться с собой не получалось. Она выключила стеклоочистители. Едва чувствуя, как слезы катятся из глаз, Элли смотрела, как запотевают окна вокруг нее... и позволила глазам закрыться.
Глава 34
Кэрри собиралась сотворить нечто ужасное, второй самый страшный поступок в ее жизни.
Ей потребовалась целая вечность, чтобы добраться до асфальтированной дороги. Теперь она стояла на обочине и дрожала. На улице похолодало. Она увидела свет встречного транспорта. От яркого света она по-совиному моргнула и помахала рукой в воздухе.
Мимо нее проехал грузовик, разбрызгивая грязную воду. Она вовремя уклонилась от удара, затем сморгнула дождь с глаз и снова зашагала вперед.
Кэрри заметила, что стоп-сигналы загорелись красным светом, затем автомобиль дал задний ход. Когда он оказался рядом с ней, водительское окно опустилось.
На водительском сиденье сидела пухлая женщина средних лет.
— Что, ради бога, ты делаешь здесь под дождем, милая? — спросила она, озабоченно разглядывая ее лицо.
Слезы и дождь катились из глаз Кэрри.
— Я заблудилась. Вы можете мне помочь?
Женщина кивнула.
— Да, конечно. Давай. Залезай.
Через несколько минут Кэрри сидела в грузовике женщины, насквозь промокшая на кожаном пассажирском сиденье. Задав несколько вопросов, женщина замолчала. Но Кэрри видела, как каждые несколько секунд она бросает на нее косые взгляды. Радио негромко вещало проповедь какого-то мужчины. Деревья проносились мимо, приближая ее к месту назначения.
В прошлый раз она выбралась через окно, чтобы вернуться к себе домой. Но в этот раз собиралась пойти в другое место — и проделать нечто гораздо более сложное.
Кэрри закрыла глаза и вспомнила ощущение руки Элли в своей. Мягкие, заботливые руки Элли, но она знала, что после сегодняшнего дня больше никогда их не почувствует.
Она собиралась сделать то, что очень разозлит Элли. И многих других людей.
Она закрыла глаза и попыталась отдышаться.
***
За неделю до убийств
Время всегда медленно текло в те дни, когда их отец должен был вернуться домой.
Пару месяцев назад отец Кэрри купил лотерейный билет на местной заправке и выиграл 1,2 миллиона долларов. Это позволило их семье переехать из трейлера, где росли девочки, в Шерманс Лэндинг, район, который Кэрри никогда раньше не видела. Дом оказался раз в десять больше старого трейлера, если не в сто.
Огромный, красивый дом, который ее мать, похоже, не имела ни желания, ни умения полностью обставить. Сейчас мебель в гостиной состояла из кожаного дивана, тумбочки с лампой и телевизора с большим экраном.
Обстановка в доме такая скудная, что, если кто-то кричал достаточно громко, его голос отдавался эхом. Но девочки не хотели кричать, когда рядом находилась их мать. Она использовала все, что могла, как предлог, чтобы шлепнуть, накричать на них, обозвать Зои... в общем, просто сделать их жизнь невыносимой.
Семья Кэрри служила живым доказательством того, что за деньги счастья не купишь, потому что они и близко не были счастливы. На самом деле, Кэрри не сомневалась, что с тех пор, как они выиграли деньги, ее родители ссорились еще больше.
Единственное, что ее родители по-прежнему делали вместе, — было Это. А когда они не занимались этим, ее отец спал в отдельной спальне на матрасе, в то время как ее мать ночевала в главной спальне на совершенно новой кровати.
В тот вечер Кэрри удивилась, когда увидела свет фар на потолке их спальни. Она выглянула в окно и узнала грузовик, который только что подъехал. Он принадлежал одному из папиных коллег, который обычно подвозил его после возвращения с работы. Папе не разрешалось парковать свою машину в этом районе.
