Читаем без скачивания Барышня-воровка (сборник) - Светлана Алешина

Новый «маскарадный» костюм Сони весьма позабавил Рыбака.

Олег указал на черную «Волгу».

— Я буду вести машину, — сказал он. — Машина записана на имя некоего ветерана Великой Отечественной, Мошкина Дмитрия Павловича. Если что, это мой отец. Я даже доверенность липовую подготовил.

Рыбак указал на бумажку в салоне автомобиля, выставленную у лобового стекла.

— Олег, я просто не знаю, как тебя благодарить!

Тот лишь махнул рукой.

Они забралась в «Волгу» и поехали в сторону ночного клуба «Апельсин».

…И этот адрес оказался счастливым, причем дважды. Как раз в то мгновение, когда они подъезжали к офису Николая Вячеславовича, из бежевого «BMW» выбралась в сопровождении свиты телохранителей интересующая их персона. Теперь Соня по крайней мере точно знала, где находится Говорунов на данный момент.

До обеда она и Олег маялись от скуки. Николай Вячеславович на протяжении этого времени находился в офисе и никуда не выходил. А вот к двум часам дня Говорунов таки появился. Вместе с бодигардами он направился к машине.

Вскоре наши герои «сидели на хвосте» у «BMW» Говорунова. Самое удивительное, что машина владельца ночного клуба двигалась к Сокурскому тракту, то есть к выезду из города.

На трассе следовать за Николаем Вячеславовичем оказалось легче — так как все машины двигались в одном направлении, ни у кого не должно было возникнуть подозрения по поводу уникального совпадения маршрутов. Оставалось только время от времени то отставать, то перегонять Говорунова, делая это так, чтобы выглядело как можно естественнее.

Машина Николая Вячеславовича остановилась недалеко от места, известного под названием Черный Дым. В доступном нашим героям обозрении никаких признаков человеческой деятельности не наблюдалось. Внизу блестела насыщенным синим цветом извилистая лента Волги-матушки. Деревьев в округе было немного, росли они островками. В целом панорама неплохо просматривалась.

Олег поспешил увести «Волгу» вперед эдак на километр. Здесь трасса поворачивала направо, а еще метров через сто от нее поворачивала грунтовая дорога, ведущая к дачным поселкам. Здесь Олег и припарковал автомобиль.

Теперь оставалось вернуться и найти Говорунова, уповая на то, что он не затерялся среди холмов, и моля бога самим остаться незамеченными.

— Лучше я пойду одна, — сказала Соня. — Так будет надежнее.

— Не забудь прихватить аппаратуру, — посоветовал Олег.

Быть может, сыщице повезло в третий раз. Перебегая от холма к холму, от одного островка из деревьев к другому и осторожно выглядывая в поисках нужной компании, она обнаружила, что объект слежки особо скрываться не собирался. Целью его была зеленая лужайка у самого берега Волги, и, судя по количеству народа и машин, которые там собрались, Соня стала свидетельницей какой-то встречи. «Стрелки», как сказали бы бандиты. Софья заметила, что все собравшиеся — владельцы иномарок и каждого из них окружает полный комплект телохранителей. Пора начинать действовать…

Она кралась к своей добыче, пригибаясь к прогретой летним солнцем земле, стараясь не производить лишнего шума. Из травы то и дело выпрыгивали кузнечики. Они навели Соню на мысль о способе, которым можно подбросить Говорунову и его собеседникам «жучок». Еще Соня размышляла о том, как это потрясающе трудно — быть хищником. Каждый день приходится охотиться, вот так подбираться к потенциальной жертве, которая при этом — существо куда более чуткое, чем человек.

…И вот Соня в двадцати метрах от собравшихся. Слышится возбужденный гомон, но слов разобрать нельзя. Объекты слежки что-то оживленно обсуждали. Перед ними были расстелены покрывала, на которых уже красовались всевозможные закуски и несколько бутылок водки. Напоминало пикник. Телохранители образовали круг на некотором расстоянии от своих клиентов. Приближаться к компании дальше представлялось опасным. Сейчас Соня спряталась в небольшом овражке, отгороженная от Говорунова и его собеседников чахлым кустарником.

Сыщица нащупала в траве небольшой камешек, удостоверилась, что его вес и форма ей подходят. Далее она выдрала из платья достаточно длинную нитку, которой и привязала к камешку «жучок». Соня подбросила камешек несколько раз на руке и, помолясь, запустила его в сторону «отдыхающих», стараясь угодить в траву, как можно ближе к собеседникам.

Камешек Соня кинула метко, точно в цель. Один из телохранителей вздрогнул, настороженно огляделся по сторонам, но ему тут же махнул рукой другой верзила, стоявший по правую руку. После этого чересчур бдительный бодигард успокоился. Здесь повсюду были кузнечики. Логично было бы предположить, что прыгнул один из них…

Соня надела наушники, подключила их к прослушивающему устройству и нажала на кнопку воспроизведения.

Оказалось, камешек расстроил собравшихся куда более, чем она предполагала.

— Да кузнечик это был обычный, что вы в самом деле! — услышала Софья голос, схожий с голосом Андрея Владимировича Слитного. — Это, конечно, хорошо, что вы о нас беспокоитесь, но всему ведь есть пределы…

Соня пригляделась и увидела: Андрей Владимирович действительно был тут. Она наблюдала встречу бывших старателей. «Интересно, что они собрались обсуждать? — беспокоила ее мысль. — Не мое ли устранение?»

— И правда! — сказал другой старатель. — У вас скоро паранойя начнется!

Говоривший встал на ноги, и Соня смогла его разглядеть. Это был грузный мужчина огромного роста.

— Давайте же наконец приступим к делу! — призвал он. — Насколько я понимаю, главный выступающий сегодня — Говорунов. Коля, может, посвятишь нас в проблему?

«Значит, все-таки угадала», — с тоской подумала Соня.

Николай Вячеславович принялся вкратце разъяснять ситуацию. Говорил он тихо — возможно, чтобы телохранители не услышали лишнего. Старатели при этом внимательно слушали и кивали. Последнее они делали, скорее всего, чисто механически.

И вот настал момент, когда Говорунов закончил речь.

— У меня все, — развел руками он. — Теперь вы понимаете, насколько это важно было — собраться здесь. Уверен, никому не стоит напоминать, сколь много зависит от того, какое решение мы сегодня примем.

Слово взял Слитный:

— У меня есть чем дополнить рассказ Коляна.

И снова всплыла Сонина персона. Слитный толковал о странной девушке, назначавшей с ним встречу.

Когда Андрей Владимирович умолк, толстый и высокий старатель обратился к сидевшему по левую руку от него худощавому мужчине в очках:

— Степа, ты присутствовал при подписании того договора, где доходы золотого прииска делятся между старателями. Поясни нам, как обстоят дела с наследством покойных членов нашего братства?

— Галькин и Агафьев, как люди, сделавшие больше всех нас для того, чтобы предприятие по поиску золота завершилось успешно, объявили себя главными владельцами прииска, — прозвучало в ответ. — И они заключили друг с другом очень странный договор. Короче, после смерти одного из этих товарищей — Агафьева или Галькина — права на прииск переходят к оставшемуся в живых, а если умрет и другой, имущество будет делиться согласно завещанию последнего.

После смерти Андрея права на прииск отошли к Толику. Я общался с ним незадолго до его смерти. Он рассказывал, что завещал все свое имущество, в том числе и богатство, нажитое на старательстве, своей гражданской жене — Алине. Так что теперь все принадлежит ей.

— На мой взгляд, договор не совсем справедлив, — сказал толстый старатель. — Родственники Агафьева тоже имеют права на некоторую долю. Ладно брат, которого Андрей не хотел впутывать во все это… Но дочь… Правда, вполне может быть, мы имеем дело с отъявленной шарлатанкой. Что-то я не слышал, чтобы у Андрея были дети. Знаете, что я предлагаю? Для начала удостовериться, действительно ли мы имеем дело с родной дочерью Андрея Агафьева, или это просто авантюристка, ищущая способов легкой наживы. Но если эта девушка не лжет, то каждый из нас обязан, исходя из соображений уважения к покойному товарищу, с которым в свое время мы все прошли бок о бок столько испытаний, выделить из своей доли определенный процент. Эти проценты мы передадим дочери Андрея. Предварительно юридически все оформим. К сожалению, доли самого Агафьева и Галькина потеряны для нас безвозвратно. А с женой его мне связываться не хочется. Окажись я на ее месте, плевать мне было бы на старателей. Кто согласен с моим предложением, поднимите руки…

Предложение было принято единогласно. Соня была поражена его мягкостью. Она ожидала, что на повестке дня будет стоять вопрос о ее ликвидации, а тут — на тебе! Готовы поделиться с ней, выложив деньги из собственного кармана! Из уважения к бывшему компаньону! Что-то тут не так. Скорее всего, дело это задумала не вся компания старателей сразу, а только… Ответ напрашивался сам собой. Алина и обделенный братишка! Неужели правда? Но прежде чем что-либо предпринять, Соня решила выслушать до конца старателей. Однако дальнейшие разговоры не открыли ей ничего нового. В основном обсуждался план выяснения подлинности личности предполагаемой дочери Агафьева.