Читаем без скачивания Печать судьбы - Шеннон Майер

Я хотела отыскать другой путь на Территорию Оборотней, тропинку, которой не пользуются, как и мостом.

И что в итоге получила?

Избыток тестостерона и сильное желание прикоснуться к его лицу.

Как бы сильно я ни хотела относиться к другим девушкам по-доброму, какой бы глупой ни была их болтовня, дипломатия в данный момент была выше моих сил.

– Ты понимаешь, что, если тебя кто-нибудь не выберет, ты умрешь?

Эти суровые слова были произнесены черноволосой красавицей, сидящей прямо напротив меня. Я долгое время молча смотрела на нее. Порывшись в своем усталом мозгу, я вспомнила ее имя. Аня.

Я встретилась с ней взглядом.

– Думаю, в этом-то и проблема. Отчасти я все еще уверена, что есть вещи гораздо хуже смерти.

Эти слова удивили даже меня, и я резко закрыла рот. Я не хотела быть настолько честной. С ними или с самой собой. Я здесь, у меня есть цель – добраться до Джордана и усадить нас на лодку.

А до тех пор мне нужно отлично играть свою роль. Но нелегко скрываться за маской.

Я рассеянно поднесла руку к своим волосам и провела кончиком пальца по золотой бабочке, примостившейся там.

Я дала себе клятву чтить Ханну. Быть достаточно храброй ради нас обеих.

Ежеминутно жить в ужасе невыносимо – в организме заканчивался адреналин, и он приспосабливается практически ко всему, даже к постоянному страху.

И теперь я по глупости обнаружила, что меня влечет к единственному мужчине, который, уверена, убьет меня, появись такая возможность.

Мое сердце жаждало борьбы, но сегодня… сейчас? Мои разум и тело были опустошены. Ссора с Графом, моя постыдная и сбивающая с толку реакция на Доминика и попытки понять, как использовать то немногое, чему я научилась, чтобы облегчить себе задачу, в сочетании с недостатком сна, окончательно выбили меня из сил.

Плюс ко всему не давал покоя еще один сон о Доминике, который охотится за мной в лесу, выкрикивая мое имя.

Преследовал меня.

Часть меня хотела повернуться к нему, пойти навстречу.

Другая часть… та, которая поддерживала во мне жизнь все эти годы, знала, что я должна продолжать бежать.

И буквально побудить его преследовать меня в чистом поле? Нет, это уже слишком.

Оглядев лица за столом, я поняла, что теперь все взгляды обращены на меня, а болтовня прекратилась.

Аня склонила голову набок, глаза сузились.

– Рада, что ты так считаешь, – она повернулась и скользнула взглядом по другим девушкам, прежде чем продолжить. – Если кто-то еще из вас не хочет жить, не стесняйтесь откланяться прямо сейчас. Я, например, собираюсь выиграть это чертово соревнование. И в конце концов полдюжины богатых мужчин будут соперничать за мое внимание. Если хотите сдаться, лишиться крови, а затем пойти на корм Охотникам, вперед. Меньше конкуренции.

– Ну что ж, – раздался громкий женский голос у входа в Большой Зал. – Меня впечатляет твоя решимость, Аня, но, должна сказать, отсутствие сочувствия к своим коллегам-конкуренткам – не самая привлекательная черта.

Герцогиня ворвалась в комнату, как всегда, разодетая в пух и прах, ее фирменные туфли на шпильках с красной подошвой цокали по мраморному полу.

– Те из вас, кто доберется до конца, станут частью нашего общества здесь. И что бы вы ни думали о нас, в этом обществе, как и в любом другом, хорошо иметь друзей.

Забавно, я не увидела поблизости ни единой женщины-человека, кроме служанок. Это заставило меня усомниться в ее словах.

И все же ее предостережение подействовало на девушку. Аня неловко поерзала на своем стуле.

– Да, Ваша Светлость.

Пока я смотрела на Герцогиню, странные слова, сказанные ею прошлой ночью, снова всплыли в голове.

Я знаю, кто ты на самом деле.

Я пыталась надавить на нее тогда, перед ее уходом, но Герцогиня явно не собиралась давать объяснения, выйдя из комнаты и не сказав больше ни слова.

Я подумывала спросить Би этим утром, но у меня было такое ощущение, что то, что Герцогиня скрывает от меня, достаточно важно, чтобы она не делилась об этом со служанкой или с кем-либо другим, если уж на то пошло.

Это было загадкой. Как и моя судьба, и все остальное в этом ужасном, богами забытом месте.

– Может, начнем наш урок этикета прямо сейчас?

Мне потребовалось приложить немало усилий, чтобы не рассмеяться вслух над абсурдностью всего этого.

Да, Ваша Светлость. Всенепременно. Давайте потренируемся пить чай, вытянув мизинец и не прихлебывая, в надежде, что это поможет нам избежать нашей ужасной участи, и мы не окажемся выпотрошенными существами, что именуют себя Охотниками.

Я попала в Сумасшедший город, и, как и в Отеле «Калифорния», выхода отсюда нет.

Если, конечно, я не повторю за Ханной и просто не покончу с этим прямо здесь и сейчас.

Я закрыла глаза и вызвала воспоминание о маме. Что бы она сделала на моем месте? Более того, что бы она посоветовала мне сделать?

Как спасти и себя, и Джордана?

Слова, сказанные ею в первый день начальной школы, когда мне растоптали коробку с завтраком, а на второй день у меня заболел живот, пронеслись у меня в голове:

– Смирись с этим, перестань плакать и выкладывайся так хорошо, как можешь. Они показали себя. В следующий раз не жди, когда они нанесут удар.

Вас понял, Мама Медведица.

Этого было мало, но воспоминание послужило необходимым толчком, который поможет пережить этот обед, по крайней мере, не перерезав сонную артерию заколкой.

Ура-а.

Следующие несколько часов – мне показалось, будто прошло сто – мы слушали наставления Герцогини, как правильно вести себя при дворе. И к тому времени, как все закончилось, самым важным, что я узнала, было то, что существует очень много вилок с очень специфическим предназначением. Одни для креветок, другие для салата, третьи для мяса, четвертые для десерта и даже просто для устриц. Указав, что до сих пор всю свою жизнь прекрасно справлялась с одной-единственной вилкой, я лишь пыталась быть участливой, но Герцогиня, казалось, не слышала меня, продолжая, не сбившись с ритма.

Теперь, когда мы разделались со всем блюдом, большая часть которого была съедена холодной, в то время как она потратила бесчисленное множество минут, обучая нас, как правильно есть каждый ингредиент. Я молилась, чтобы мы наконец закончили. Боль в руке усиливалась с каждым мгновением, и теперь к ней добавилась головная боль.

– Я очень довольна вашими стараниями сегодня, дамы. Прежде чем вы уйдете, позвольте мне напомнить вам, что этим вечером