сквозь волны Созвездий. Ковчег, разрушаясь, разбросал обломки, и вдали показалась «Последняя Стена» во всей своей красе.
Благодать Гигантской Истории окутала товарищей, словно защищая их.
[Гигантская История «Тот, Кто Восстает Против Судьбы» начинает свое повествование.]
Это была новая Гигантская История, которую они заработали во время этой регрессии. Без нее они бы погибли много раз.
Вдалеке виднелись фигуры Созвездий, приближающихся к ним. Подобно разъяренным диким зверям, в их сторону неслись Мифологические Созвездия из «Вед» и «Папируса».
[В отличие от их предыдущей регрессии, на этот раз их не поддерживали "Внешние Боги".]
Боевая сила товарищей находилась в крайне невыгодном положении. Единственная причина, по которой их не оттеснили даже тогда, заключалась в том, что сильнейшая из когда-либо существовавших групп, состоящая из регрессоров, оказывала им поддержку.
На передовую вышли китайские и индийские Воплощения.
Когда китаец Фэй Ху подал сигнал, Воплощения из его собственной силы «А Кью» одновременно выхватили свое оружие. Как будто он не мог проиграть здесь, индиец Ранвир Хан также присоединился к битве. Воплощения из «Тримурти», следовавшие за ним, тоже выхватили свои копья и вызвали яростную песчаную бурю.
Затем «Правосудие» во главе с Селеной Ким и «Солженицын» во главе с Айрис, которая последовала за ней, заняли фланги с обеих сторон.
Но даже тогда их боевое положение оставалось невыгодным.
[Идите вперед, я позабочусь об этом месте.]
[Если вам не удастся спасти моего ученика, считайте, что ваши жизни потеряны.]
Киргиоз и Святая, Разрывающая Небеса Мечом тоже были частью 100 сильных регрессоров. Оружие этих двоих пронеслось по полю боя, а Трансценденты из Мурима поддерживали их тыл и следовали за дуэтом.
Ква-а-а-а-а!
И Киргиоз, и Святая, Разрывающая Небеса Мечом стали еще сильнее, чем раньше, благодаря регрессии; словно соревнуясь друг с другом, удары их мечей сотрясали все поле боя. Крики Созвездий, разрываемых на части серебристым штормом, разносились по всей земле.
Необходимо было открыть «Стену», пока они выигрывали немного времени.
[Эта стена уже была открыта однажды.]
Хан Союнг посмотрела на огромную стену, до которой им наконец удалось добраться, и заговорила.
— Чан Хаен.
— Да, мэм.
Словно ожидая этого, Чан Хаен протянула руку.
Пройдя сценарии еще раз, она стала полноправным "Королем Трансцендентов".
[«Стена Невозможного Общения» обнаружила свое предполагаемое положение.]
«Последняя Стена» начала вибрировать, словно реагируя на их Гигантскую Историю.
— Ю Сангах.
Ю Сангах кивнула и шагнула вперед.
[«Стена Сансары» обнаружила свое предполагаемое положение.]
[[Ты… Понятно… Ты прошла этой длинный цикл времени и в конце концов вернулась сюда, мой архат.]]
История Шакьямуни тихо вошла в их уши. Шакьямуни этой мировой линии легко принял существование Ю Сангах. Он уже повторил огромное множество циклов сансары, что позволило ему обрести понимание правил этой вселенной.
— Джун Хивон, Ли Гильюнг.
«Стену, Разделяющую Добро и Зло» они получили от "Метатрона" и "Агареса".
Джун Хивон первой протянула руку и положила ее на «Последнюю Стену».
[[.... Вы действительно пришли сюда после того, как увидели, что находится за этой стеной?]]
Метатрон этой мировой линии был глубоко поражен существованием товарищей. Он смирился с конечным разрушением «Эдема» и признал, что этот результат нельзя изменить. Однако во время этой регрессии он принял несколько иное решение. Доказательством тому были Архангелы «Эдема», в настоящее время помогающие Воплощениям. Однако не только он сделал странный выбор.
[[Как забавно. Вы смеете просить меня, Короля Демонов, передать вам «Стену».]]
Короли Демонов и ангелы, которые с убийственной силой сражались друг с другом во время Великой Войне Святых и Демонов, на этот раз стали их союзниками. Это был выбор, основанный на их желании выжить, но, тем не менее, это оказалось большим подспорьем для «Компании Ким Докча».
[«Стена, Разделяющая Добро и Зло» обнаружила свое предполагаемое положение.]
[Большое количество Созвездий раскрывают свой Статус в отношении «Компании Ким Докча»!]
Конечно, не все Созвездия стали их союзниками. Абсолютное большинство «Звездного Потока» по-прежнему оставались их врагами, а те Созвездия, которые решили помочь, были ничтожно малочисленны.
Но даже тогда товарищи благополучно добрались до этого места. Хотя на разных частях их тел остались глубокие шрамы, ни один из них не был потерян по пути.
Это было только потому, что никто не жадничал, и конечная цель была одинаковой для всех.
Хан Союнг посмотрела на Ли Хюнсунга последним.
На спине крепкого мужчины был бледнолицый Ким Докча. Точнее, не Ким Докча, а Аватар, который он оставил.
Она посмотрела на него и заговорила.
— Помоги нам, Ким Докча.
Однако этот человек также определенно был Ким Докча. Точно так же, как Хан Союнг из 1863-й регрессии определенно была "Хан Союнг".
— Другой я, возможно, не хотел бы, чтобы это произошло. Эта история… она закончилась тогда....
Ким Докча запнулся. К этому времени он уже смирился с тем, что был Аватаром Ким Докча. Хан Союнг молча посмотрела на него, а затем сказала.
— Почему бы нам не спросить об этом после встречи с другим тобой?
Это вызвало грустную улыбку на губах Ким Докча. Он посмотрел на Хан Союнг, затем поочередно посмотрел на лица товарищей.
— Если это… история, которую вы хотели....
Затем его бледная рука коснулась «Последней Стены».
Последним фрагментом Последней Стены была «Четвертая Стена». И поскольку он был Аватаром Ким Докча, он тоже владел частью этого ключа.
Цу-чучучу....!
Как будто этот мир не признавал его существования, тело Ким Докча начало трястись.
И вскоре после этого, вместе с громким треском, часть стены открылась. Ким Докча, трясясь, словно его ударило током, мгновенно потерял сознание. Ли Хюнсунг продолжал нести его на спине.
Ю Джунхек, вытирая лезвие своего Черного Демонического Меча, заговорил.
— Вперед, на максимальной скорости.
По его сигналу товарищи побежали вперед.
— Все, оставайтесь сильными! Осталось совсем немного!
— У нас еще осталось достаточно Пилюль Жизни и Смерти, поэтому, даже если вы только слегка ранены, пожалуйста, сразу же скажите мне!
Голоса товарищей подбадривали друг друга. Хан Союнг бежала, слушая их. Перед ее глазами простиралось ярко-белое снежное поле. Тут и там на этом поле виднелись буквы, нагромождающиеся, как снег. Она наступила на эти буквы и вскочила.
Написала ли она 1863-й регрессии эту историю в пересмотренной версии?
Думала ли она об истории Ким Докча и последующем эпилоге?
....Она не могла сказать.
Как бы она ни пыталась, она просто не могла вспомнить эту часть.
В этот момент что-то упало и осело на ее ресницах. Она рефлекторно вытерла это, но нечто, похожее на снежинки, испачкало ее руку.
[...эта девушка,
